Я даже не сразу поняла, что она сказала.
Потом медленно подняла голову.
— Нет.
— Госпожа...
— Нет.
— Вы не в том положении...
— Наоборот. Именно в том. — Я встала. — Этот браслет уже один раз пытались подменить этой ночью. Еще раз он никуда не уйдет с моей руки без прямого приказа хранителя Таля и при Кайране Варгрейме.
Она молчала секунду дольше, чем следовало бы человеку, уверенно вошедшему с готовой формулировкой.
— Генерал отстранен.
— А я не спрашивала, отстранен он или нет. Я сказала, при нем.
На этот раз в ее лице мелькнуло что-то очень похожее на раздражение.
— Вам следовало бы понимать, что жесткость здесь не работает.
— Женщинам слишком часто говорят это перед тем, как попробовать отнять у них последнее.
Марта Хевен смотрела на меня долго. Потом сказала:
— Хорошо. Этот вопрос поднимут в зале.
Разумеется. Пусть попробуют там.
Она развернулась к двери.
— Через три минуты.
Когда дверь закрылась, я подошла к окну.
Во дворе уже стояли люди. Слишком много. Писари с дощечками. Храмовые служки. Охрана. Кто-то из рода Варгрейм. Одна карета с занавешенными окнами. Две придворные дамы, которым, разумеется, вообще нечего было делать рядом с северным судом на рассвете, кроме как жадно ждать кусок скандала.
Я очень медленно вдохнула.
Мать была права. Если меня и хотели сломать, то не криком. Красивой процедурой.
Дверь открылась снова.
На этот раз за мной пришли двое. Не грубо. Но так, чтобы даже на расстоянии было ясно: да, это сопровождение, а не приглашение.
Коридор показался длиннее, чем был на самом деле.
Стук каблуков. Холодный свет. Двери. Поворот. Еще один. И вот — зал.
Не огромный. Без величия. Просто вытянутая комната с высоким потолком, длинным столом в глубине и двумя рядами стульев по сторонам. Ничего театрального. Все рассчитано именно на то, чтобы человек, вошедший сюда, почувствовал себя не героиней скандала, а предметом оформления.
За столом уже сидели трое.
Слева — пожилой мужчина в темно-зеленом, сухой, как палка. В центре — Марта Хевен. Справа — храмовый представитель, молодой, слишком осторожный лицом.
У стены — писарь. Чуть в стороне — хранитель Таль. Еще дальше — двое людей совета и... Вианора.