Дело о телефонных звонках: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Костурич помотал головой.

— Никак. В магазине уже было полно народу, это могу сказать с уверенностью. Вечер субботний, сами понимаете!

— А при чем тут магазин? Вы ведь ехали в кино?

— Не попал я в кино, — сказал Костурич. — Встретил знакомых, ну, и началось тут... Вот, влетел на пятнадцать суток.

— Вы помните, за что получили пятнадцать суток?

— Я-то сам не помню... Мне потом крепко напомнили. Будто бы я по морде кому-то съездил... Какому-то Фомину. Ничего не помню. Наверное, так и было.

Он посмотрел на Всехсвятского очень пристально.

— Вот тут начинается то, ради чего вы меня позвали. Верно? Что, это какой-нибудь крупный гусь, этот Фомин?

Всехсвятский промолчал.

— Может, он расхворался после нашей дружеской беседы?

— А вы как думаете? — спросил Всехсвятский. — Может человек расхвораться после такой вот дружеской беседы с вами?

— Не та во мне сила, — сказал Костурич.

— Ну, если иметь в руках что-нибудь тяжелое...

— Вы что, серьезно? — спросил Костурич с изумлением. — Неужели я в самом деле... Но чем? Бутылкой?

— Вам лучше знать, — сказал Всехсвятский.

Костурич осел, сгорбился, словно обвис... Потом прокашлялся и наконец сказал:

— Вот, значит, что.

Всехсвятский продолжал:

— Вы мне, однако, не досказали. Расскажите все, что вы помните. Когда вы решили не идти в кино, кого вы встретили...

— Да уж какая теперь разница, — сказал Костурич разбитым голосом. — Хотел я одного человека встретить... Жену, собственно говоря... Ну, иду, а у гастронома знакомые... Володька, Толич, Марьи Николаевны муж — заведующая там Марья Николаевна. Ну, я их знаю, они меня знают... Они говорят: уехала твоя жена, мы видели. Они же всегда там на углу всех видят. Ну и пошло: давай с нами, муж Марьи Николаевны вот при деньгах, угощает! Одним словом, вот так... Ну, я теперь быстро готов делаюсь. Мне много не надо. Но откуда этот Фомин взялся, с чего он пришел на свою шею приключений искать? Ладно! В общем, так мне и надо!

— Да, — сказал Всехсвятский. — Вам тоже что за нужда была непременно в этот день в кино ездить?

— Судьба, — сказал Костурич.

— Судьба-то судьба, но почему вы ее около своего бывшего дома нашли? Что вас туда повлекло?

— Именно повлекло, — усмехнулся Костурич. — Что вы еще стараетесь выяснить? Я ведь не отказываюсь... Фомин так Фомин. Дальше солнышка не пошлют, две лопаты в руки не дадут. Ведь он жив? — И сам себе ответил: — Да жив, наверное... Если бы не был жив, вы бы не так со мной разговаривали.

Всехсвятский сказал:

— Фомин жив, вы правы. А Никодим Ефимович умер.

— Как... Никодим Ефимович?!

Его потрясение было неподдельным. Или до того хорошо разыгранным, что казалось неподдельным.

VII

Гулять в Ленинграде под ноябрьским снегом — дурацкое занятие. Особенно если на вас куртка из кожзаменителя, а на голове — промокший берет. Никулин согласился с женой, которая не скрыла от него свое мнение по этому поводу, однако сам этого не думал. Во всяком случае, во время этой прогулки. Он только морщился иногда, если мерзлая крупа сыпалась ему за воротник.