— Сколько времени?
— Две недели.
— Почему уволились?
— По собственному желанию. Это было в прошлом месяце.
— Вам не нужен постоянный заработок? — поинтересовался Всехсвятский.
— Почему же? Нужен. Я и работаю.
— Сколько вы зарабатываете?
— Мне хватает.
— Вы ведь, кажется, выпиваете?
— Кажется, — подтвердил Костурич очень серьезно.
Всехсвятский пропустил мимо ушей возможную иронию.
— И вам хватает ваших заработков и на это?
— На это они почти целиком и уходят. Я, как видите, не пижон.
Он подбородком указал на оборванный лацкан своего вытертого пальто.
— Женаты?
— Разведен, есть сын.
— Алиментов не платите?
— Когда работаю — плачу. Но от моих алиментов проку немного.
Всехсвятский сказал:
— Гордиться тут нечем.
— А я и не горжусь.
Они помолчали.
— Какие у вас отношения с вашей бывшей женой? — спросил Всехсвятский.
— А вот это к делу не относится, — быстро ответил Костурич, словно давно уже ждал этого вопроса.
— Думаю, вы ошибаетесь. Так я повторяю вопрос: какие у вас отношения с бывшей женой?
— Решили, значит, заняться моим моральным обликом! — сказал Костурич. — Нормальные отношения, какие и должны быть.
— Вы встречаетесь?
— Иногда.
— Вы бываете у нее дома?
— Нет.