«Наше «время Босха» — 2023»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Под декларацией российская сторона в лице министра иностранных дел С.В. Лаврова поставила свою подпись. А присутствовавший на встрече министр здравоохранения, коллега Урсулы фон дер Ляйен (гинекология) М.А. Мурашко[62] заявил, что РФ будет активно развивать сотрудничество с Всемирной организацией здоровья (ВОЗ). Мы не ослышались? С той самой ВОЗ, о которой как о коррумпированной, жульнической не пишет только ленивый? С той самой ВОЗ, которая наполовину в кармане Гейтса и Рокфеллеров? С той самой ВОЗ, которая недавно перевела педофилию из разряда психических заболеваний в некий синдром, т.е. работает на легализацию педофилии? С той самой ВОЗ, которая не просто защищает, а продвигает ЛГБТ-повестку? С той самой ВОЗ, которая собирается в 2024 г. навязать миру новый договор о пандемии, по сути резко ограничивающий суверенитет любого государства; в частности, согласно проекту, государства обязаны сотрудничать с неправительственными организациями, включая ВОЗ, в реализации предписанных ВОЗ мер по борьбе с пандемией (ст. 16) и по юридическому противодействию «инфодемиям» — «дезинформацией» (читай: критике ВОЗ, насильственной вакцинации и т.п.)[63]. «Дезинформаторов» как сторонников теории заговора предполагается жёстко преследовать — вплоть до лишения прав человека.

Я понимаю: чиновник, клерк, даже высокопоставленный — это не власть, тем более в России. Наша власть клерка любого ранга может одёрнуть и, фигурально выражаясь, поставить в угол. Но даже у глупости и холуйства перед Постзападом и транснационалами должен быть предел. О том, что должно быть понимание: перед тобой враг, а в доме врага горек хлеб, — я уже не говорю; так должно быть всегда, а в нынешних условиях — вдвойне, втройне. Вот и приходится констатировать, что, во-первых, административная система у нас по-прежнему, как и до СВО, движется по схеме одной еврейской песни: «Две шаги налево, две шаги направо, шаг вперёд и две назад». Во-вторых, как всегда в русской истории, всё во власти зависит от первого лица, которое может любого клерка «поправить» и ситуацию исправить. А может не поправить и не исправить — зависит от степени информированности и понимания сути и тенденций мирового развития.

Чтобы использовать эти тенденции, мало играть только на своей территории — мировые игры выигрываются (или как минимум играются вничью) только на мировой арене, в мировом масштабе — в этом была сила СССР. Логика событий диктует РФ стратегию осаждённой крепости. Это нормально, но необходимы вылазки, сбивающие врагу дыхание, заставляющие его думать об обороне, лишающие уверенности. Что может РФ предложить миру? В экономическом плане — мало что. А вот в политическом — весьма немало: суверенитет, его поддержку и защиту. Военной, силовой помощью (с экономической добавкой) РФ может поддержать энное количество государств на глобальном Юге в их борьбе за централизацию власти с постзападными хищниками и их местными холуями. По поводу властей этих государств не стоит обольщаться, но тактически, ситуационно они наши союзники, поскольку их, как и нас, Постзапад приговорил стереть Ластиком Истории.

В ситуации осаждённой крепости оказывается сегодня и Китай. Создание международного союза (осаждённых) крепостей, отстаивающих суверенитет, свой и других государств, против ультраглобалистов с их БЭТ-фашизмом, — реальная задача, одна из целей которой — снять осаду с помощью экспорта суверенитета и загнать врага в состояние обороны. Последнее требует ещё и игры не только на мировом поле, но и конкретно на самом вражеском поле, в тылу врага. Там нашим объективным союзником являются те слои, которые ультраглобалисты собираются пустить под нож. Прежде всего это средний слой Запада, многие представители которого к тому же до сих пор разделяют традиционные ценности.

При всей слабости и конформизме этого слоя, при том что значительной его части промыли мозги на антироссий-ский лад, имеет смысл поработать с ним в рамках программы с условным названием «мидлинтерн». Необязательно, чтобы средний слой Постзапада стал пророссийским, главное, чтобы он сопротивлялся ультраглобалистам, ослабляя их, съедая их время. Ещё раз напомню, что тремя главными опасностями на пути ультраглобалистского перехода к НМП Шваб назвал сопротивление населения, выход из проекта одной из трёх крупнейших стран мира и нехватку времени. В свою очередь, нехватка времени ограничивает пространство действия противника, сжимает его. Как заметил великий шахматист Зигберт Тарраш, анализируя на примере одной из партий Капабланка — Маршалл стратегию шахматной партии, «всякое же стеснённое положение уже носит в себе зародыш гибели». Именно когнитивная война, успех в ней, резко усиливает позиции во временной гонке — ключевом факторе в нынешних условиях. Ведение когнитивной войны требует безотлагательных кардинальных изменений в области обществоведческой науки и образования, но это, повторю, отдельный вопрос.

Завершая, отмечу следующее. В лице хозяев нынешнего Постзапада мы имеем дело с мировым злом, замахнувшимся не только на социальное, но и на биологическое переустройство человечества с выбраковкой большей его части, включая в первую очередь русских. Нынешняя борьба с этим злом — борьба не только за нормальное общество, но и за сохранение человека как биологического вида. Социальный и антропологический расизм британцев, помноженный на тезис протестантизма (максимально иудаизированной версии христианства) об избранности на расово-имущественной основе, получил адекватное ему оформление в новонормализме ультраглобалистов. Мы имеем дело с врагами человечества. Для тех, кто ещё сомневается в этом, приведу две цитаты из работ отцов-основателей Римского клуба — Аурелио Печчеи и Александра Кинга (третьим был Джермен Гвишиани, сын единственного нерасстрелянного заместителя Л.П. Берии и зять А.Н. Косыгина).

Ещё в 1969 г. (!) Аурелио Печчеи в книге «Перед бездной» предложил (на выбор!) три решения демографической проблемы, т.е. избытка людей: 1) биологический «микроб или вирус» (СПИД, COVID-19 — что дальше?); 2) массовая стерилизация (уже применяется в ряде стран третьего мира);

3) ликвидация всех лишних людей (surplus humans), которые, естественно, принадлежат к беднейшей части населения планеты. Беднейшее население планеты — это ббльшая часть человечества, 80–85 %, можно сказать, почти всё человечество. Над ним и занесён топор глобалистов, да они этого и не скрывают.

А теперь Александр Кинг. В 1991 г., когда СССР де-факто уже не существовал и уже совсем не нужно было прятать клыки за фальшивой улыбкой и разглагольствованиями о том, как облагодетельствовать человечеств, в сборнике «Первая глобальная революция» он писал: «В поисках общего врага, против которого мы можем объединиться, мы пришли к идее, что загрязнение, угроза глобального потепления, нехватка воды, голод и тому подобное будут соответствовать всем требованиям. По своей совокупности и взаимодействию эти явления представляют собой общую угрозу, с которой должны бороться все вместе. Но, обозначая эти опасности как врага, мы попадаем в ловушку, о которой мы уже предупреждали читателей, а именно, ошибочно принимая симптомы за причины. Все эти опасности вызваны вмешательством человека в природные процессы, и только через изменившиеся установки и поведение их можно пресечь. Настоящим врагом тогда является само человечество (подчёркнуто мной — А. Ф.)». Комментарии излишни. Как говорил один из крупнейших деятелей советской истории, кто не слеп, тот видит. И добавлю от себя: враг у ворот, и не должно быть ему пощады; мы его не звали, он сам пришёл, поклоняясь дьяволу. Вот и нужно его к нему отправить.

К СТОЛЕТИЮ СССР

(РАЗМЫШЛЕНИЯ К ЮБИЛЕЮ СТРАНЫ, КОТОРОЙ НЕТ, НО КОТОРАЯ БУДЕТ ВСЕГДА)

1

Сегодня Союзу Советских Социалистических Республик исполнилось бы 100 лет. Моей страны как бы нет. «Как бы», потому что, пока люди мыслят её и пока останется хоть один человек, который её мыслит, она жива — вопреки всем антисоветчикам РФ и мира вместе взятым. Столетний юбилей — хороший повод порассуждать о нашей истории в XX веке и в наши дни — дни хмурого утра века XXI.

СССР — первое в мире государство, официально поставившее своей задачей строительство общества социальной справедливости и добившееся на этом пути многих успехов, а попутно — фантастических достижений в экономике, науке, технике и культуре. Я ни в коем случае не идеализирую СССР. Как и у всех обществ, будь то социальные системы или просто государства и имперские образования, момент его рождения и ранняя стадия были кровавыми: молодость, индивидуальная или социальная, всегда жестока, противоположные примеры мне неизвестны. Это первое. Второе: если бы СССР был чем-то похож на идеальный социум (именно похож, поскольку идеальных обществ не бывает), то откуда повылезала та мразь, которая в 1980-е гг. в своих шкурных интересах ломала систему и страну, а в 1990-е вместе с западными буржуинами грабила бывший СССР, мародёрствуя во время пира забугорных стервятников?

Внутри любого общества заложен его антипод — это одно из реальных системных противоречий. Аналогичным образом в любом здоровом организме присутствуют опасные микробы и вирусы, но, пока организм здоров, он их подавляет. Вылезают они, когда организм, его иммунитет слабеют. В СССР рядом с Мальчишем-Кибальчишем всегда существовал Плохиш, рядом с СССР-1 — СССР-2, рядом с Союзом — его Тень. Чуждое присутствовало в советской системе с самого начала — иначе быть не могло. При Сталине чуждое боялось. После его смерти в 1953 г. стало поднимать голову и расправлять плечи, но этого почти до самого конца не заметили. Что же говорить о 1950-х?!

2

Лето 1954-го. Мне 3 года. Я улыбаюсь моему отцу-фронтовику, который фотографирует меня в нашем маленьком садике-огородике. Победой 9 лет назад окончилась война.

«Живи да работай. Хорошая жизнь». Но «всё хорошо, да что-то нехорошо». Это теперь, ретроспективно, мы знаем, что было нехорошо. А тогда ни отец, ни другие взрослые, ни тем более дети и знать не могли, что «нехорошо» пробудилось, пока опасливо, но уже подняло голову, что уже заработал тот механизм, который через 37 лет убьёт мою страну, и что активизировался он в 1954 г. с уступок во внешней политике — ими и закончит: от Никиты-Кукурузника до Мишки-Конвертика (он же Меченый, он же Горби). До этого, однако, у СССР будет ещё много побед, которые попадут на детство, отрочество и молодость (до 35 лет) моего поколения. В 1960-е гг. мир будет обсуждать не то, обгонит ли СССР США, а то, когда это произойдёт. Будет несколько развилок, выборов на распутье, будут возможности придавить, выкорчевать «нехорошо», но они будут упущены — именно в 1960-е, «гордые-пузатые».

В 1990-е гг. дети и внуки этого «нехорошо» возьмут реванш; не то что «плохиши» переиграют «мальчишей-кибальчишей», этих «мальчишей» уже в 1970-е гг. почти не останется, вот в чём штука. И станет не до смеха. Но это будет позже. А пока, в том лете 1954-го, я улыбаюсь — не только отцу, но также и светлому, ясному будущему и моей Родине — Советскому Союзу. Впереди — советские триумфы потрясающего 30-летия, которыми я буду гордиться всю жизнь, презирая тех, кто трусливо предал страну и живёт краденым: «И во веки веков, и во все времена трус, предатель всегда презираем» (В. Высоцкий).

3

Как и все новые общества, СССР рождался в потоке насилия и крови — иначе не бывает. Более того, те, кто творил революцию и гражданскую войну, ни о каком СССР как форме бытия исторической России думать не думали. Россию, мягко говоря, они не любили. Россия их вообще не интересовала: левые глобалисты — Ленин и ленинцы с их германским поворотом, Троцкий и троцкисты с их поворотом на США и Великобританию — грезили Земшарной республикой. А потому советская история 1920-х — середины 1930-х гг. — это разгул русофобии, повторившийся во внешне смягчённом варианте в 1990-е гг. И Сталин до середины 1930-х гг. был не тем Сталиным, который под давлением обстоятельств (борьба за власть, приближающаяся война с гитлеровской Германией) совершил во второй половине 1930-х гг. национальный, патриотический, имперский поворот. Ещё в июле 1930 г. в докладе на XVI съезде ВКП(б) Сталин говорил о том, что главная опасность — великорусский шовинизм. Правда, при этом, в отличие от многих, он призывал к борьбе и с нерусскими формами шовинизма и национализма. Тем не менее акценты очевидны. И вдруг — поворот 1935–1937 гг., который изменил ситуацию и вытравил многое из наследия левого глобализма — «как причудливо тасуется колода» (М. Булгаков). Однако родимые пятна остались — и немалые.

Родимым пятном левого глобализма на всю советскую историю ляжет однобокая, в конечном счёте оказавшаяся провальной национальная политика ВКП(б)/КПСС, которая поднимала окраины за счёт русских, РСФСР (и Белоруссии). Именно здесь, в отличие от всех окраин, советскость органично ляжет на русский национальный характер. В других республиках советскость, во-первых, парадоксальным образом будет работать не на интернационализм, а на национализм, который со временем довольно быстро превратился в русофобию, в чёрную неблагодарность и русским, и социализму (напомню: в республиках перестройка и то, что за ней последовало, развивалось не столько под антисоветскими, сколько под антирусскими лозунгами). Во-вторых, значительная часть населения, особенно в Закавказье и Средней Азии, ощущала советскость как обязанность русских «тащить воз» — бремя русского человека оказывалось бременем белого человека наоборот. Другое дело, что русские героической эпохи социализма (1930-1950-е гг.) считали своим долгом помочь слабым мира сего как в СССР, так и за его рубежами и делали это вовсе не из-под палки. Огрехи, мягко говоря, национальной политики партии это, однако, не отменяет.

Но это лишь одна сторона дела. Есть и другие. Только со-ветскость — советский социалистический строй, его организация — обеспечила победу в войне. Да, сам Сталин признал, что советские люди бились не столько за социализм и за Сталина, сколько за Родину. Но ведь бились-то они, будучи организованными в советскую социалистическую систему в её сталинском варианте, используя её как организационное оружие. В войне победил не просто русский народ, а народ, организованный определённым системным образом — советским. В своём знаменитом тосте на кремлёвском приёме 24 мая 1945 г. Сталин определил русских как «выдающуюся нацию», как «руководящую силу Советского Союза среди всех народов нашей страны». В то же время без СССР как организационной формы исторической России и русский народ в войне не победил бы. Достаточно вспомнить Русско-японскую войну 1904-1905 гг. и Первую мировую войну, чтобы ситуация стала предельно ясной.

Самодержавная Россия к концу XIX в. зашла в исторический тупик: закупорка социальных сосудов, по сути, блокировала развитие. Неслучайно М.О. Меньшиков в самом начале XX в. писал о необходимости для России «смены энергий», иначе она превратится в колонию или полуколонию Запада. И действительно, если бы энергии не сменились, то февраль 1917 г. стал бы уже тогда началом 1991 г. Революция разрушила классовые барьеры и тем самым высвободила колоссальную, копившуюся как минимум более столетия социальную энергию низов, масс. Энергия эта сначала была разрушительной, большевики не контролировали социальный атомный взрыв, которому поспособствовал «гиперболоид инженера Ленина» — партия профессиональных революционеров, ставшая мощным организационным оружием. Но взрыв был мощнее, и потому большевики лишь следовали за его результатами в ходе гражданской войны.

Создание СССР призвано было превратить разрушительную энергию в созидательную. Эту же цель, помимо чисто экономических, преследовали отчасти НЭП и полностью коллективизация, индустриализация, то есть сталинский режим. Он, помимо прочего, стал средством и способом укрощения стихии, превращения разрушительной энергии в созидательную. Регулируя и организуя население как в своих, так и в общих интересах, власть при всей своей жестокости, адекватной таковой народа (а следовательно, при всей своей народности), должна была защищать от развинтившегося и разбушевавшегося за время с 1914 по 1929 г. народа и то неразвинченное, что осталось от старого режима, в том числе определённую часть интеллигенции, прежде всего научно-техническую, хотя и не только её. Как заметила Н. Мандельштам в «Книге второй», если бы власть оставила интеллигенцию осталась один на один с народом, то он её просто порвал бы.

Защита, о которой идёт речь, была не чем иным, как элементом насильственного превращения разрушительной энергии в созидательную: социалистические боги победили социалистических титанов и гекатонхейров — сторуких чудовищ революционного хаоса.

Окончательное обретение энергией знака «плюс» произошло в ходе Великой Отечественной войны, когда ковалась, создавалась Победа. Ну а два послевоенных десятилетия — это чистое созидание: освобождённая революцией энергия, породившая героическую эпоху советской истории, полностью утратила разрушительный потенциал и превратилась в социалистическое экономическое чудо. Его завершение было обусловлено как экономическими факторами, так и снижением (хотя и в меньшей степени) по ряду причин энергетического тонуса народа, в том числе из-за формирования новых социальных перегородок, новых форм социального неравенства, которые со временем отлились в брежневский «номенклатурный социализм». Да, он был мягче и сытнее жестокого, но эгалитарного народного социализма; его принципом было «теперь к людям надо мяхше, а на вопросы смотреть ширше», но он выражал и одновременно формировал новое неравенство, оформлением которого стал 1991 г. и то, что за ним последовало.

Реально СССР становился собой, обретал самость не в 1920-е гг., а в холодной гражданской войне 1930-х, которую пытаются выставить в виде сталинских репрессий, и в Великой Отечественной войне. Именно эта война породила и советского человека, и советскую цивилизацию, которую он создал в кратчайшие сроки на основе идеалов социальной справедливости.

Всего за 40 лет (1945–1985 гг.) эта цивилизация добилась феноменальных результатов, причём не только в русской, но и в мировой истории, об этом чуть позже. И даже во время структурного кризиса второй половины 1970-х — середины 1980-х гг. СССР оставался сверхдержавой, само существование которой пугало переживавший серьёзные трудности Запад. Его спасением было максимальное ослабление или даже разрушение СССР. Неслучайно в 1982 г. в секретных документах США была поставлена задача изменения социально-экономического строя СССР путём воздействия прежде всего на надзаконную (партийно-гэбэшные торгово-экономические структуры за пределами СССР) и подзаконную (теневой сектор) экономики. Курс Запада на смену строя в СССР совпал со стремлением части совпартноменклатуры превратиться в собственников, т.е. изменить социально-экономический строй. Совместными, хотя и не всегда скоординированными, усилиями структурный кризис, не предвещавший системного, был превращён в системный (горбачёвщина). Превращение представляло собой активацию коллективного Плохиша, тени системы.

До поры Плохиш прятался под разными личинами, СССР-2 тихо делал своё дело, а тень знала своё место, но в какой-то момент плохиши и теневые, прикинувшись своими («больше демократии — больше социализма», «больше рынка — больше социализма»), провернули Великую измену: «Это всё я, Плохиш, сделал… То-то сейчас грохнет». Провернули с помощью Запада и, нужно признать, при содействии или как минимум равнодушии большей части населения. Последнее тоже можно понять: исфальшивившаяся, косная КПСС и впадавшее в маразм руководство вызывали не столько неприязнь, сколько смех, чаще всего презрительный. Потому-то и слинял Союз в два, самое большее три августовских дня, и защищать его никто не вышел. Это было более чем на руку перевёртышам из партноменклатуры и ГБ, считавшим, что социализм себя изжил, нужно жить как на Западе, а для этого — интегрироваться в него.

[62] Кстати, именно М.А. Мурашко в ноябре 2021 г. признал, что в «Спут-нике V» используются генетические технологии. Если это так, то становится понятно, почему многие на Западе считают, что именно эта вакцина соответствует в наибольшей степени целям прокламируемого ВЭФ «великого обнуления».

[63] Bergman F. Who Unveils Plan to Censor “Misinformation” and “Disinformation” online // Slaynews com. К этому ущемляющему государственный суверенитет курсу активно присоединяется ещё одна враждебная России организация — ЮНЕСКО. В ней разрабатываются глобальные рекомендации по борьбе с дезинформацией, под которой понимается критика насильственной вакцинации, зелёной повестки и т.п. Речь, таким образом, идёт о введении глобальной цензуры в интересах ТНК.