«Наше «время Босха» — 2023»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Информация к размышлению. В России картина такова:

1 % населения владеет 70 % активов (ср. по миру — 40 %; Африка — 44 %; Япония — 17 %). В 2014 г. российские буржуины сравнялись с саудовцами по покупке самых дорогих яхт в мире. Аналогия: максимум заказов в России Фаберже получил в 1916–1917 гг. — пир во время чумы.

Исходя из этих расчётов, битва за посткапиталистическое будущее — это схватка 56 млн человек с 2 283 млн, в ходе которой первые планируют лишить вторых собственности.

Если убрать пассивы и оставить активы, то картина выглядит следующим образом. Наиболее часто встречающаяся цифра — 90 трлн долл., при этом 1 % владеет 35 трлн, 12–15 % — 40 трлн, а остальные 15 трлн — 85 % населения. Задача верхнего 1 % — экспроприировать 12–15 %. В то же время и внутри верхнего 1 % идёт острая борьба, там разрыв между верхним 0,1 % и остальной частью — 0,9 % — вырос ещё больше, чем между 1 % и 12–15 % соответственно. Средний слой «однопроцентники» в любом случае приговорили к экспроприации и уничтожению. Этот глобальный передел собственности — необходимое условие возникновения/создания нового строя, НМП. Как это будет сделано — другой вопрос.

В то же время нужно помнить: само наличие массового среднего слоя в ядре капсистемы в последней трети XIX — первой трети XXI в. — это явление уникальное, аналогов в других социальных системах не имеющее. Оно обусловлено ограблением колоний, неэквивалентным обменом ядра и периферии и научно-технологическим прогрессом-рывком ядра с конца XIX по середину XX в. и в принципе краткосрочно. Средний слой — побочный продукт развития промышленного капитализма, нарост, который хозяева новой системы срежут за ненадобностью (для них). Волны «посткапитали-стического прогресса» вот-вот сомкнутся над средним слоем Постзапада, что потенциально создаёт возможность взрыва. Как заметил социолог Баррингтон Мур, великие революции рождаются не из победного крика восходящих классов, а из предсмертного рёва класса, над которым вот-вот сомкнутся волны прогресса (прогресса — для восходящих, разумеется, для уходящих это регресс, энтропия). Так что теоретически на Постзападе зреют гроздья гнева, но это теоретически; чтобы гроздья созрели до кондиции, надо поработать, тем более что это в наших интересах.

А в чьих конкретно интересах переход к НМП? Если говорить об этажах вертикально интегрированной экономики, то это, безусловно, представители верхних трёх и отчасти четвёртого этажей. Ну и, разумеется, Биг Фармы и ГМОшников. Сложнее вопрос с кластерами мировой верхушки. Здесь, по-видимому, возможны разные комбинации; самые причудливые: да, прав булгаковский Коровьев: «как причудливо тасуется колода». Ясно одно: верхние 50-300 семей даже в новом холодном мире, скорее всего, так или иначе сохранят свои позиции. Как говорилось в одном из детективных романов Агаты Кристи, «мир становится трудным для жизни, и это касается всех, кроме сильных». Задача мировой верхушки — резко уменьшить число сильных. Однозначно в авангарде строителей НМП — большая часть англо-американских кланов в союзе с Ватиканом; ударная сила — Демократическая партия США. Именно на её высокопоставленных клерков была сделана ставка в организации перехода к НМП.

5

По всей видимости, именно в расчёте на них был разработан 16-летний план перехода к НМП, т.е. к посткапитализму. 16-летний, поскольку предполагалось, что 8 лет — президентство Обамы, ещё 8 лет — X. Клинтон. Среди мер перехода к НМП центральное место занимали следующие две.

Во-первых, создание двух надгосударственных трансокеанских сообществ: Трансатлантического торгового и инвестиционного партнёрства и Транстихоокеанского партнёрства. Решающую роль в обоих должны были играть транснациональные корпорации (ТНК), банки и фонды (типа Black Rock и Vanguard). По отношению ко всем этим формам, контролируемым в разных долях «хозяевами истории» (напомню, четыре кластера: монархо-аристократические семьи, Ватикан вкупе с религиозными орденами, банкиры и три диаспоры — еврейская, армянская и ливанская), государства и госбюрократии выступают как функциональный орган, как инструмент второго уровня; инструмент первого уровня — наднациональные структуры мирового согласования и управления типа Cercle, Siecle, Клуба островов, Бильдербергского клуба и др. Показательно, что хартия Транстихоокеанского сообщества, которая должна была регулировать отношения ТНК с государствами, готовилась по модели отношений британской Ост-Индской компании (БОИК) с индийскими княжествами, только на месте княжеств теперь государства, а на месте БОИК — ТНК. Неслучайно идеальными с точки зрения ультраглобалистов формами организации посткапиталисти-ческого «новонормального» мира, базовыми единицами его и его макрозон являются структуры типа БОИК, разумеется обновлённые и доведённые до уровня мегакорпораций, которые должны поглотить, всосать в себя государства и присвоить их репрессивные функции.

Во-вторых, необходимость выхода из кризиса 2008-2009 гг. и перехода к НМП поставила перед мировым правящим слоем среднесрочную (в нынешних условиях это 5–7 лет) задачу установления прямого контроля Постзапада над дешёвым сырьём РФ и дешёвой рабочей силой КНР. Это означало полную десуверенизацию даже этих крупных государств и делало ненужным наличие прозападных госбюро-кратий, будь то в форме контролёров или даже приказчиков. Их должна была сменить новая поросль, воспитанная на Постзападе, в структурах типа швабятника «Молодые глобальные лидеры». Этот тип блестяще показал в романе «Новый вор» Юрий Козлов.

Генеральной репетицией Постзапада по стиранию Ластиком Истории прозападных же правящих групп стала так называемая «арабская весна». Мировая верхушка, точнее её околонаучная обслуга, включая компрадорский сегмент в РФ, попыталась представить «арабскую весну» как исключительно внутренний процесс арабских стран, борьбу масс за демократию. Однако за последние 10 лет на самом Постзападе появилось немало исследований, авторы которых не только убедительно показали роль внешнего фактора, прежде всего спецслужб и НКО Постзапада в «арабской весне», но и разоблачили трактовку СМИ (а точнее, СМРАД: средства массовой рекламы, агитации и дезинформации) как спонтанных местных движений за демократию.

«Арабская весна», включая судьбу Каддафи, стала добрым молодцам уроком, они правильно поняли нечто как чёрную метку и отреагировали. К этому моменту, в районе 2010 г. в РФ завершилась длившаяся с самого начала 1990-х гг. борьба пяти групп за место под новым солнцем, за то, кто кого отсечёт от будущего и в какой степени. Речь идёт о эсвээровцах в союзе с внешторговцами, чекистах, эмвэдэшниках, военных и криминале. Борьба завершилась победой чекистов, которые в её процессе сильно коммерциализировались, а проигравших сверчков каждого посадили (не в плохом смысле слова) на свой шесток. Всё устаканилось. Казалось бы, живи и радуйся, так нет же: «Всё бы хорошо, да что-то не хорошо… будто что-то гремит, то ли что-то стучит…, а пахнет ветер то ли дымом с пожаров, то ли порохом с разрывов» (А. Гайдар). Ветер доносился с арабского Востока. И стало ясно, что спокойной жизни не будет, а верить людям, которые обещали Каддафи жизнь, а сами радостно организовали его смерть, нельзя. В связи с этим в РФ логично произошло возвращение В.В. Путина, мы активно вмешались в игры на дальних берегах — в Сирии, а затем, в 2014 г., случился Крым — выигранное очко в проигранной партии за Украину: РФ несколькими неделями, если не днями, упредила высадку американцев на полуострове. Ну а дальше конфронтация пошла по нарастающей. Впрочем, создаётся впечатление, что до самого упора, аж до осени 2021 г., российские верхи рассчитывали на снижение градуса противостояния. Вышло иначе — и опять пришлось работать на упреждение.

Поразительная вещь: насколько тупыми в своём высокомерии и высокомерными в своей тупости оказались верхушки Постзапада. Ведь самый прозападный в русской истории режим они загнали в угол до такой степени, что ему не оставалось ничего другого, как начать активно сопротивляться и в этом сопротивлении, пусть непоследовательно, озираясь, делая шаг вперёд и два шага назад, переползти, возможно, неожиданно для себя точку невозврата и перейти в состояние осаждённой крепости. А ведь ещё во время сирийского конфликта Г. Киссинджер предупреждал, что Америка может выиграть у России в Сирии (ошибся), но в таком случае, скорее всего, проиграет всё, чего за 20 лет добились в самой России (так и вышло, но не по поводу Сирии).

Определённая часть руководства КНР тоже верно поняла курс Постзапада, начались те процессы, которые привели к обострению китайско-американских отношений, «тайваньскому казусу», курсу Си Цзиньпина на третий срок и росту напряжённости между его группой и так называемыми «комсомольцами»; вишенка на торте — прямо во время XX съезда КПК под белы рученьки выводят «на коридор» лидера «комсомольцев», сторонника мирного курса по отношению к Тайваню и замирения с США Ху Цзиньтао. Китаю грозит оказаться в ситуации осаждённой крепости — как РФ. Впрочем, две крепости, пусть даже осаждённые, — это сила, особенно если учесть, что это две ядерные державы. Задача — институциализировать этот осаждённо-крепостной статус и осадить (в обоих смыслах слова) осаждающего — Постзапад.

С началом терминальной фазы системного кризиса мировая верхушка подписала приговор суверенитету РФ и КНР и их правящим слоям в их нынешнем виде, и те решили сопротивляться. Однако главная беда к ультраглобалистам пришла откуда не ждали — из собственного логова: «чёрным лебедем» стал Трамп. Он, конечно же, не является националистом, каким его хотелось бы видеть некоторым. Трамп — традиционный глобалист, который считает, что государство должно ориентироваться на Международный валютный фонд, Всемирный банк и другие структуры подобного наднационального типа, но оно должно сохраниться. А с ним — промышленность, занятый рабочий класс, средний слой. Однако, не будучи националистом, Трамп должен был сильно перегнуть ультраглобалистскую палку в противоположном направлении, чтобы попытаться её выпрямить. В этом плане, пожалуй, главный его результат — это подрыв до основания, но без «затем», бесповоротно двух трансокеанских образований — двух «китов», на которых строился план эволюционного, постепенного перехода к посткапитализму.

В связи с этим в условиях временного пресса у ультраглобалистов оставался только один путь к НМП — скоростной, или, если угодно, революционный. Но для этого нужно было расчистить площадку в самих США, вернуть Америке статус логова ультраглобализма, а значит, свергнуть Трампа. Что и было сделано в 2020 г. путём госпереворота, на который сработали ковид, ударивший по экономике, запуск BLM — движения чёрного нацизма — и наглые фальсификации во время голосования. В Белый дом внесли дементора (во всех смыслах) Байдена, ультраглобалисты могли торжествовать и активизировали свою деятельность как на Постзападе, так и за его пределами. Впрочем, готовиться к наступлению ультраглобалисты начали, естественно, до 2020 г. Кое-что прозвучало в Давосе в 2017 г., но главное случилось в 2018 г. Именно тогда произошли два важных события: был опубликован документ ультраглобалистов «Цели на 2030 год» и проведена конференция в Институте сложности Санта-Фе (США). С этими материалами я хочу вкратце познакомить читателя.

Порой приходится слышать: а зачем нам знать, что пишут глобалисты, мы вообще не должны обращать на них внимания, а жить, как считаем нужным, будто их нет. Подобная точка зрения удивляет. Те, кто её придерживается, либо, мягко говоря, не очень далёкие люди, либо засланные казачки. Как это — не знать планы врага? Ну давайте будем идиотами в греческом смысле этого слова, т.е. людьми, живущими так, будто окружающего мира не существует. Но в том-то и дело, что он существует и планирует нас уничтожить. Зарыть голову в песок не лучший способ этому помешать. К тому же, как говорил Гэндальф во «Властелине колец», «постигая врага, проникаешься его коварством». Короче говоря, врага надо не просто «знать в лицо», но изучать, анализировать. Неслучайно в США Советский Союз изучали сотни структур, а у нас США изучали — раз-два и обчёлся, к тому же напичканные проамериканской агентурой влияния.

6

Целей на 2030 г. в документе была сформулирована дюжина:

1. Отмена частной и личной собственности.

2. Всеобщий базовый доход тем, кто принял «новую нормальность».

3. Отмена наличных денег, замена их цифровой валютой. (От себя добавлю: цифровая валюта — это не деньги, а средство социального контроля.)

4. Система углеводородных рейтингов для государств и корпораций.

5. Жёсткий социальный контроль (дроны, узнавание лиц).

6. Рационирование потребляемого продовольствия, энергии и природных ресурсов.

7. Патенты на семенной фонд и ограничение возможности питаться пищевой продукцией собственного производства.

8. Почти полная ликвидация скотоводства. Перевод основной массы населения либо на искусственную белковую пищу, либо на вегетарианскую. (От себя добавлю: в Нидерландах, в Харлеме, с 2023 г. запрещается реклама мясных продуктов, мясных блюд в общественных местах; дальше — больше: по сообщениям СМИ, в октябре 2022 г. в Нидерландах принято решение о принудительном выкупе 3000 скотоводческих ферм у их владельцев. Прощай, скотоводство и высококачественная белковая пища.)

9. Контроль над рождаемостью. (Это депопуляция.)

10. Обязательная (т.е. насильственная) вакцинация.

11. Запрет альтернативных форм медицинского лечения.