«"Фантастика 2023-150". Компиляция. Книги 1-22»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Взяв протянутый первосвященницей ритуальный кинжал с белой костяной ручкой, Гленард отрезал прядь волос, а затем сделал небольшой надрез на левой ладони. Обмакнув отрезанные волосы в кровь на ладони, Гленард передал прядь госпоже Эйслин. Та торжественно опустила полученный дар в чашу с горящим огнем на алтаре. Волосы тут же исчезли, превратившись в едва заметное облачко дыма. Священница взяла вторую чашу — с водой — и медленно, маленькой струйкой влила ее в огонь. Слияние первоначал принесло ожидаемые плоды — огонь и вода превратились в пар, поднявшийся к куполу храма.

Гленард нашел глазами Лотлайрэ. Она ободряюще улыбалась ему из первого ряда гостей. Рядом с ней, чрезвычайно гордые собой, сидели дочки Гленарда: Аэринн, уже почти взрослая девушка восемнадцати лет, скоро замуж, и юная четырнадцатилетняя Лорэн.

Старший сын Гленарда, Славий, сидел в стороне от семьи, рядом со своей невестой — Катариной, дочерью бывшего Императора Славия. О помолвке было объявлено аккурат перед Советом Империи, и этот союз принес Гленарду немало голосов, обозначив преемственность власти от старого Императора к новому.

Винфред на церемонии не присутствовал. Сразу как Роллену стало лучше, скорбящий по Тэлфрину юноша решил вернуться в Страну вархов и полностью посвятить себя изучению Сфер и механизмов работы с ними. Гленард долго пытался его отговорить, убеждая, что в Империи Винфред принесет больше пользы, но тот был непреклонен.

— Ты, призванный владеть и править, ты, отдающий Богам себя, свое тело и свою кровь, прими же эту землю в свое владение. Прими этих людей в свое правление. Прими тело земли этой и кровь земли этой! — госпожа Эйслин передала Гленарду серебряную тарелку с хлебом, символизирующим землю Империи, ее плодородие, и благословение Богини.

Гленард проглотил кусочек хлеба и вернул тарелку священнице, получив взамен золотую чашу с вином, символизирующим кровь Империи и ее народа, равно как и веселье, олицетворяющее, в свою очередь, благословение Бога.

— Прими этот меч, меч Священного Императора Андера Великого, создавшего Империю Андерриох, и пусть с этим мечом придет к тебе сила и смелость Бога!

Госпожа Эйслин не без труда подняла с бархатной подушечки и передала Гленарду первую регалию Империи — меч в золотых ножнах на золотом же поясе, составленном из филигранных резных звеньев, напоминающих то ли чешую, то ли густые заросли листвы.

Гленард взял из рук священницы меч, оказавшийся непривычно тяжелым. Может, из-за золотых ножен? Аккуратно опоясавшись, он застегнул пояс вокруг белого дублета, в который он был одет. К счастью, ранка на ладони от прошлой части ритуала уже успела затянуться, и он не испачкал кровью ни драгоценные ножны, ни блистающую белизной одежду.

— Прими этот жезл, — священница протянула Гленарду серебряный жезл с невероятно искусной и красивой резьбой, изображающей перевитые между собой стебли пшеницы, цветы и тонкие ветви, — и пусть с ним придет к тебе мудрость и милосердие Богини!

Гленард аккуратно взял чудесный жезл и закрепил его в специально предназначенных для него ножнах на том же золотом поясе, к которому крепился меч Андера Великого.

Начиналась главная часть ритуала, ради которой тысячи благородных, а также не благородных, но богатых людей Империи и собрались в этот день в храме.

Гленард почувствовал неожиданное волнение. Он ощущал себя маленьким деревенским мальчиком, нежданно и незванно попавшим на собрание серьезных и богатых благородных правителей. Он чувствовал себя словно обманщиком, к которому в любой момент могут подойти большие серьезные дяденьки и выгнать его из этого блистающего силой и красотой места, хорошенько надавав ему пинков.

Он словно оказался один наедине со своими мыслями. Не существовало ничего за пределами магического круга, да и внутри его тоже всё расплывалось и таяло. Гленард поднял взгляд вверх и едва не рухнул на мрамор пола, увидев под куполом две улыбающиеся фигуры, полупрозрачные, словно сотканные из пара и света — мужскую и женскую. Обнимаясь, они улыбались ему, протягивая к нему руки в приветствии. А над ними, заменив собой купол огромного храма, простиралось бескрайнее темное пространство, усыпанное сверкающими спиралями бесчисленных миллиардов звезд.

Это продолжалось меньше чем тысячную долю мгновения, но Гленард запомнил это видение навсегда. Он моргнул — и всё исчезло. Точнее, всё, как раз, вернулось на свои места: храм, алтарь, первосвященница, гости.

Он провел взглядом по первому ряду зрителей и встретился взором с глазами улыбающегося Славия, герцога Славия ан Квитин. Друга, с которым жизнь самого Гленарда переплелась почти тридцать лет назад, и никогда с тех пор не расплеталась. Друга, который искренне был готов умереть ради вот этого вот момента, но Гленард, конечно, не смог его убить.

Далеко не все в Империи приняли отречение Императора Славия. Многие оспаривали законность этого события. Славию за эти месяцы неоднократно поступали предложения участвовать в каких-то мятежах против узурпации Гленардом власти. Прекратил все домыслы и разговоры сам Славий, выступивший и на Совете Земель осенью, и на Совете Империи перед избранием нового Императора с однозначной поддержкой Гленарда в качестве своего преемника. Славий горячо доказывал добровольность своего желания отстраниться от управления Империей и посвятить себя полностью герцогству, которым правил его отец, дед, и бесчисленные прадеды, уходящие своей родословной еще далеко во времена до Падения Звезды.

Вероятно, именно поддержка Славия, а не интриги и договоренности, неизменно сопровождающие избрание нового Императора, сыграла решающую роль в том, что здесь и сейчас, в этом храме, на этом месте, стоял именно Гленард.

Гленард предлагал Славию остаться в столице, заняв пост Канцлера Империи, но бывший Император мягко, но решительно отказался, выразив желание как можно скорее вернуться в Квитин, к своим полям и виноградникам. Его супруга, в прошлом Императрица Ниара, а теперь герцогиня Ниара ан Квитин, поначалу выступила резко против произошедшего, но совместными усилиями Славий, Гленард, Солли и Лотлайрэ убедили ее в том, что достигнутое решение является наилучшим выходом для всех. Сейчас она смотрела на Гленарда без теплоты, но и без излишней злобы.

Первосвященница, тем временем, протянула Гленарду первую из семи корон, которые ему предстояло принять сегодня — старую корону королевства Мерфрайн, ставшего тем корнем, из которого Император Андер Великий, а тогда — лишь король Андер ан Мерфрайн, вырастил то огромное государство, которое сейчас носило его имя.

Гленард склонил голову, и госпожа Эйслин водрузила на нее корону. Гленард распрямился, замер на секунду, а потом снял с себя корону, поцеловал ее и возвратил первосвященнице.

Точно так же он поступил и со следующими коронами древних королевств: Зведжина, Фьотдайха, Глареана, Аррикуммы и Хортии. Короны Квитина здесь не было и быть не могло, так как королевство Квитин вошло в Империю добровольно и, вследствие этого, смогло сохранить свои королевские регалии и титул, хотя никогда их в реальности и не использовало.

Единственным в Истории Императором, который формально обладал всеми королевскими титулами в Империи, был Славий, являвшийся одновременно и Императором Андерриоха, и наследником герцогства Квитин, вместе с прилагающийся к нему старой королевской короной. «Впрочем, — подумал Гленард, — если моя династия усидит на троне, а брак Славия-младшего и Катарины окажется плодородным, то есть серьезный шанс, что мои внуки и последующие Императоры будут по праву носить корону Квитина и короноваться и ей тоже».

Первосвященница замерла перед Гленардом с последней, самой главной короной в руках — короной Императора Империи Андерриох. С виду простая, она была изготовлена очень искусно. Золото и серебро переплетались между собой таким образом, что зубцы наверху короны чередовались: за золотым зубцом шел серебряный, а за ним снова золотой. Основания золотых зубцов были украшены рубинами, а серебряных — изумрудами.

Гленард преклонил колено.

— Не я вручаю тебе эту корону, — торжественно произнесла первосвященница. — Люди, призвавшие тебя, и Боги, признавшие тебя, моими руками передают тебе эту корону и Андерриох!

Корона, которую Славий так хотел отдать Гленарду в тронном зале, и которую Гленард отказывался брать из его рук, наконец-таки опустилась на голову Гленарда. Он подсознательно ожидал, что в этот момент всё вокруг изменится, мир преобразится, всё вокруг засверкает и заискрится. Но нет. Ничего не произошло. Просто его голове стало чуть тяжелее.

Гленард поднялся. Госпожа Эйслин улыбнулась ему, затем повернулась к алтарю, раскинула руки и громко, с расстановкой, провозгласила:

— Добрые и милостивые Боги! Добрые люди! Вот ваш Император!

Тысячи приветственных криков взорвали торжественную тишину огромного храма. Люди радовались, улыбались, хлопали в ладоши, кричали что-то подбадривающее новому Императору. Постепенно всеобщее беспорядочное ликование перешло в торжественное пение старого гимна Империи: