«"Фантастика 2023-150". Компиляция. Книги 1-22»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Возможно, — она поджала губы, — хотя я вижу здесь кое-какие неточности на алтаре. А это непростительно, ведь извращение обрядов — это плевок прямо в лицо Богам, ваша светлость, вы согласны?

— Уважение к Богам, несомненно, нельзя ставить под сомнение, госпожа Эйлин, — обтекаемо ответил Гленард, внутренне передернувшись. — Так что вы думаете о моем предложении?

— Герцог Дугал верный сын Двух Богов, ваша светлость, — священница пристально смотрела в глаза Гленарда холодным, черным, немигающим взглядом, словно ворона. — Однако порой мне кажется, что он уделяет следованию их пути недостаточно внимания. В частности, пожертвования Казны на строительство новых храмов существенно сократились в последнее время. Это объясняется сложностями в экономике Империи, но как по мне — так это вопрос приоритетов. На другие вещи, типа поддержки богомерзких альвов, деньги находятся. А разве можно ставить мирское прежде божественного?

— Божии пути неисповедимы, госпожа Эйлин, — участливо не возразил, но и не согласился Гленард. — Думаю, если бы во главе Императорского Совета стоял более воодушевленный божественным промыслом человек, он бы смог правильно расставить приоритеты.

— Я не сомневаюсь в вас, ваша светлость, — она улыбнулась одними губами, по-прежнему не отрывая внимательного взгляда от его глаз. — И я уверена, что истинный почитатель Двух Богов во главе Совета, несомненно, принесет большую пользу всей Империи. Однако есть кое-что, что печалит меня в вашей жизни.

— Что же, госпожа Эйлин?

— Я давно уже смирилась с вашим браком, ваша светлость. Герцогиня Лотлайрэ, конечно, на четверть альвийка, да и ее взгляды на нашу религию и ее обряды излишне широки, на мой вкус. Однако вера ее искренняя и глубокая, и божественная искра горит в ней, не затухая. Вам повезло с такой женой, Гленард.

— Именно это я и думаю каждый день, госпожа Эйлин.

— Однако меня беспокоит ваш воспитанник Винфред. Говорят, его мать из жутких и противоестественных извращенцев, из этих отвратительных вархов. И говорят, что он ваш сын, ваша светлость. Я не осуждаю вас, Гленард, мужская плоть слаба к искушениям, а любовь и страсть — это тот огонь, который Богиня дарит нам, дабы возжигать костер нашей жизни и освещать темноту ночи, которая, как известно, темна и полна ужаса, покуда Богиня-Луна не осветит ее. Я прекрасно понимаю, что вы могли поддаться чарам ведьмы и возлечь с нею, ошибочно, но искренне приняв искушение богомерзкого колдовства за дар нашей святой покровительницы. Однако зачем же вы держите это создание в своем доме? Зачем кормите и воспитываете его, словно он один из истинных детей наших небесных родителей?

— Я верю в то, что Боги милостивы, госпожа. Если же они своим непостижимым провидением решили привести Винфреда ко мне, то кто я такой, чтобы спорить с волей всемогущих и всеведущих создателей наших? Разве могу я противиться воле их? Мне не дано осознать полный замысел этой воли и ее предназначение в судьбе нашего мира, однако если Богам угодно, чтобы я помог своему сыну, то, несомненно, у них есть какой-то план, в котором я играю лишь малую роль. Кто знает, какую долю уготовили Боги для Винфреда или для кого-то из его отдаленных потомков? Возможно, кому-то из них предстоит оказать помощь нашим небесным защитникам в каком-то важном для них деле в далеком будущем?

— Не путаете ли вы, ваша светлость, волю Богов с происками их противников — грязных демонов? Боги, прошу вас, простите меня за упоминание этих отвратных существ в этом святом месте!

— Наш небесный отец является воином, госпожа Эйлин. Величайшим воином во всех трех мирах. Воину нужны противники, чтобы их побеждать. И мы все знаем, что главными такими противниками являются мерзкие демоны. Поэтому даже если испытания нам посылаются и не Богами, а демонами, то это всё равно происходит во славу Богов, ибо что толку Богу побеждать слабых противников? Разве в этом слава для настоящего воина? Нет, слава в том, чтобы победить врага сильного и коварного. А значит, чем сильнее демоны, противостоящие нашему небесному отцу, тем сильнее и слава самого великого небесного воина — Бога всемогущего и всепобеждающего.

— Хм… Помогать демонам ради славы Богов? Звучит как-то еретически, ваша светлость, вы не находите?

— Отнюдь, пресвященная госпожа. Я почти дословно цитирую сочинение Томиаса из Аквинии. А кого же называть истинным верующим и праведным, как ни его? Разве не его идеи, словно камень в фундаменте, лежат в основе всего современного учения нашей веры?

— Вы правы, ваша светлость, — смутилась священница. — Я запамятовала. Это непростительно для меня, и я наложу на себя строгое наказание за это. Хорошо, Гленард, вы меня убедили. Я не буду просить вас отослать этого вашего Винфреда. В конце концов, он может служить для вас постоянным напоминанием о том, как тонка грань между истинной любовью и страстью, посылаемыми Богиней, и демоническим искушением. Однако у меня будет другая просьба. Я буду рада вас поддержать перед Его Священным Императорским Величеством, однако церковь нуждается в вашей помощи…

— Говорите, госпожа Эйлин. Я буду рад услышать вашу просьбу. Я всегда рад помочь нашей вере.

— Не сомневаюсь в вас. Вы много сделали для истинной веры, Гленард. Об этом я и хотела поговорить. Боюсь, ваша преемница на посту Великого Инквизитора не настолько верная дочь Двух Богов, как вы. Да о чем я вообще говорю — она же богомерзкая альвийка. Причем не из тех альвов, которые родились в Империи и притворяются, будто верят в наших Богов, как…

— Как, например, Императрица Ниара?.. — скромно вставил Гленард.

— Эээ… — священница осеклась. — Я не говорила этих слов, ваша светлость. У церкви нет никаких претензий к Ее Величеству.

— Не сомневаюсь, госпожа Эйлин.

— То, что я хотела сказать… Это то, что Миэльори не верит в наших Богов. Никто никогда не видел ее участвующей в каких-либо праведных обрядах. Возможно, она всё ещё поклоняется этим мерзким лживым демонам, которых мятежные альвы считают своими божками. Либо, что еще хуже, она вообще не верит ни в каких богов. А разве может быть какая-то мораль или совесть у неверующего человека?

— Вы полагаете, Миэльори плохо справляется со своей работой, госпожа? — Гленард изо всех сил сдерживался, чтобы не сорваться в спор со священницей, это загубило бы всю идею этой встречи.

— Мне неизвестно ничего про ее работу, ваша светлость. И не мне ее оценивать. Тайная Стража служит Его Священному Императорскому Величеству, вот пусть Император ее и оценивает. Меня же беспокоит лишь то, что с момента ее прихода на ваше место меня совершенно перестали приглашать на допросы еретиков и колдунов. Похоже, что борьба с врагами веры и врагами наших добрых Богов не входит в приоритеты этой альвийки. Ходят слухи даже, что она, это богомерзкая еретичка, хочет и вовсе упразднить Десятый дом Тайной Стражи, считая борьбу с врагами нашей веры напрасной тратой сил Стражи. Это уже совсем ни в какие ворота не лезет!

— Боги посылают испытания нам, госпожа Эйлин, для того, чтобы мы, преодолевая их, росли над собой.

— Не надо мне снова цитировать Томиаса из Аквинии, Гленард. Я всё понимаю. Пути Всевышних неисповедимы. Однако иногда, ваша светлость, и великие Боги нуждаются в нашей помощи. Их борьба с врагами происходит во всех трех мирах, и в нашем мире именно мы являемся их руками, помощниками и их воинством. Победив ересь и жуткое злое колдовство здесь, в серединном мире, мы, возможно, поспособствуем гибели сотни тысяч демонов в верхнем и нижнем мирах. Наша борьба важна для Богов. А демоны нанесли нам жуткий удар в самое сердце этой борьбы, поставив возглавлять ее свою эмиссарку.

— Чего же вы желаете, госпожа Эйлин? Как я могу помочь вам в этой борьбе?

— Вы помогаете не мне, Гленард. Вы помогаете Богам. Возможно, с помощью Богов, вы и станете Канцлером Империи. Но лишь для того, чтобы и дальше искоренять ересь и ведьмовство, помогая нашим небесным покровителям. Помогите мне убедить Императора сменить эту альвийку на кого-то более праведного и более подходящего этому посту. Уверена, что в Тайной Страже много действительно достойных и искренне верующих людей, которые могут быть призваны на пост Великого Инквизитора.

— Несомненно, госпожа, — Гленард старался очень осторожно выбирать слова, чтобы ненароком не пообещать ей лишнего. — В Тайной Страже очень много достойных людей. Уверен, что Тайная Стража и дальше продолжит всеми своими силами защищать и Императора, и Империю, и нашу веру, без которой, как известно, не может существовать ни Империи, ни самого человеческого рода. Если я с вашей помощью и, конечно, с соизволения наших небесных Отца и Матери, достигну той позиции, в которой я смогу рекомендовать Его Священному Императорскому Величеству наилучшие меры для защиты нашей веры, я, несомненно, воспользуюсь такой возможностью для того, чтобы вера наша процветала, а истинные враги нашей веры получили бы то, чего они будут признаны достойными. Ибо, позволю себе еще одну цитату, пусть Боги, всемилостивые и всемогущие, светом своим божественным всегда поддержат нас, дав нам то, что нужно нам в свой день и свой час, однако действиями своими должны мы также приближать желаемое нами, ибо не только Боги стремятся к нашему сердцу, но и сердце наше должно ежемоментно всей сущностью своей стремиться к Богам.

— Благодарю вас, Гленард, — священница улыбнулась и погладила Гленарда по плечу. — Это именно те слова, которые нам сейчас нужны. Можете не сомневаться: когда вы меня призовете, чтобы поддержать вас перед Императором, я приду и поддержу вас.

— Благодарю вас, госпожа Эйлин, — Гленард склонил голову и стукнул себя кулаком по груди, внутренне торжествуя от того, что он спрятал за многословным ответом то, что, фактически, так ничего конкретного и не пообещал Первосвященнице.