«"Фантастика 2023-150". Компиляция. Книги 1-22»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я думал об этом, — Гленард вздохнул. — На моей стороне выступит Роллен, это хорошо. И еще я думал привлечь госпожу Эйлин. Хотя и не хотелось бы, конечно…

— А я думал, что у тебя с Первосвященницей, наоборот, всё хорошо?

— С этой мерзкой фанатичной тварью? Да, согласен, у нас были общие интересы, особенно пока мы вылавливали остатки учеников Джалила и выкорчевывали зловредные ереси и черную магию. Но это не значит, что я стал к ней лучше относиться. Совершенно отвратительная личность — продаст кого угодно.

— Ты бы у нее, кстати, поучился бы. В плане политики и достижения своих целей ей вообще равных нет. Ты знаешь, как она стала Первосвященницей?

— Помню, там была какая-то сложная история. Что несколько более достойных кандидатов отказались, другие оказались опорочены, что-то там было с совращением детей. Мы в Страже проверяли обвинения, но так ничего особенного и не нашли, насколько я помню.

— Потому что ничего и не было. Но осадочек, как говорится, остался. Кого-то она подкупила, кого-то обманула, кого-то запугала, кого-то очаровала — и вот, она в Императорском Совете. Персона совершенно недостойная, но выгнать ее Славий не может. Традиционно Первосвященники покидают Совет только со смертью. Да и не захочет Славий ее выгонять — для него она всегда само очарование. Учись, Гленард. И, пока она к тебе еще хорошо относится, пользуйся ее умениями в своих целях.

— Придется, — Гленард поморщился. — Не хотелось бы, конечно, с таким человеком договариваться. Но придется. С ней, тобой, Миэльори и Ролленом у нас уже половина Совета в мою пользу. А если еще удастся привлечь и Рэнальфа или Эрнесто…

— На Эрнесто не надейся. Дугал выделил кучу денег его Университету, он вряд ли пойдет против своего благодетеля. А вот с Маршалом Рэнальфом можно поговорить. Особенно после того, как Дугал фактически предложил оставить его без половины армии.

— Поговорю, конечно.

— Но вообще, Гленард, учись договариваться даже с теми, кто тебе неприятен. Это я тебе как Главный Посланник Императора говорю. Тебе всегда было проще зарубить того, кто был тебе противен, чем договориться с ним. И это твоя слабая черта. Иногда приходится договариваться даже с теми, кого ты терпеть не можешь. Думаешь, мне всегда нравится договариваться с кадирцами, презирающими Императора за женитьбу на альвийке? Думаешь, я в восторге от общения с вечно грызущимися между собой кланами бьергмесов? Думаешь, мне доставляют удовольствие торговые переговоры с вождями зорг даджидов, многие из которых носят человеческие уши, как ожерелья, на шее? Но мне приходится договариваться с ними. И я научился, со временем, это делать. Научись и ты.

— Постараюсь, Брайн. Похоже, несмотря на мои седины, мне еще многому предстоит научиться. Такое впечатление, что я за свою жизнь слишком многое пропустил мимо себя. Только и научился, что саблей махать да следы находить.

— Не прибедняйся, Гленард, — Брайн рассмеялся. — Ты еще научился и доставлять неприятности всем вокруг тебя. Но это твое умение оказалось неожиданно полезным, как ни странно.

— Это да. Это я умею. Доставлять неприятности — мое призвание, — Гленард рассмеялся в ответ. — Ладно, давай попросим твоих поваров приготовить мне что-нибудь на завтрак, по-быстренькому, и поеду искать госпожу Эйлин. Буду учиться договариваться с неприятными типами.

— Сейчас сообразим тебе какой-нибудь еды. Ты езжай к Эйлин, а я буду думать, как нам встречу со Славием втайне от Дугала организовать.

— Спасибо.

— Но, вообще, знаешь, Гленард, — Брайн понизил голос до шепота, нагнувшись к собеседнику, — если честно, у меня появляются сомнения, что со Славием всё в порядке. Знаю, что за эти слова мне твоя Тайная Стража может яйца оторвать, но что-то Император плохо выглядит.

— Много пьет? — Гленард тоже перешел на шепот.

— И это тоже. Но не только. Он словно всегда усталый, полусонный. Словно отстраненный. Я к нему прихожу с делами, что-то рассказываю, а он смотрит в сторону и отвечает невпопад. Как будто вообще меня не слушает. И он в последние месяцы всегда то в грусти, то в злобе, то в какой-то апатии. Если честно… — Брайн замялся. — Если честно, Гленард, то я даже иногда начинаю сомневаться, способен ли Славий контролировать Империю. Способен ли он вообще быть Императором. Он мой друг, я его люблю как лучшего друга, но это же не про дружбу вообще, это про Империю, понимаешь?

— Понимаю, конечно.

— И этот Дугал с Влаславом — они везде. То один с Императором, то другой. Даже Ниара со Славием реже видится, чем Дугал и Власлав. Фактически, сейчас именно Дугал правит страной, а не Славий.

— Поэтому я и хочу его отодвинуть от Императора, Брайн.

— И я тебя полностью поддерживаю. Но я тебе говорю, Гленард, что это будет очень непросто. Даже если мы отвлечем Дугала. Даже если мы все, все советники, выступим в твою поддержку. Даже если все звезды сложатся в нашу пользу. Совсем не факт, что Славий к нам прислушается. Да и будет ли он вообще нас слушать?

— Я постараюсь, чтобы он нас услышал, Брайн. Я верю, что в глубине этого усталого человека еще живет тот полный сил и надежд юноша, с которым мы были плечом к плечу и на Злой Войне, и после нее, и в борьбе за трон, и в наших попытках сделать Империю лучше. Нужно только его там найти и позвать. А это уже предоставь мне.

— Хорошо, Гленард. Как скажешь. Давай попробуем. Но учитывай, пожалуйста, мои слова. То, что ты предлагаешь — это хорошо и правильно. Но это будет очень непросто сделать… Помни об этом.

Тот же день, после полудня

Храм Богини — Путеводной звезды в порту Рогтайха

— Нас многое связывает в прошлом, ваша светлость, — Первосвященница широко улыбнулась, было в этом что-то от ящерицы. — Ваша помощь в последние годы была весьма кстати. В благодарность за нее я даже готова встретиться с вами в этом маленьком храме.

— Он довольно популярен среди моряков, несмотря на размеры. Я благодарен вам, госпожа Эйлин, за эту встречу.

— Мы все моряки в море нашей жизни, ваша светлость. И нам всем нужна путеводная звезда в этом море. И кто же, как не Богиня, может быть такой путеводной звездой?

— Полностью с вами согласен, госпожа Эйлин. Прекрасно сказано. Уверен, что все прихожане этого храма с вами согласятся.