«"Фантастика 2023-150". Компиляция. Книги 1-22»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Выпьем за вечную дружбу, Гленард из Волчьей погибели! — Славий допил последний глоток вина и поставил пустой кувшин на мрамор ступеньки возле колонны.

— Кажется, там опять что-то начинается, — Гленард прислушался к шуму, доносящемуся за несколько кварталов к востоку.

— Как раз вовремя, — Славий, усмехнувшись, поднялся и потянулся, разминаясь. — Пошли, посмотрим. Утихомирим немножко горячие головы победителей…

Глава XXXIX

20 день IX месяца 569 года После Падения Звезды

Рогтайх, столица Империи Андерриох

Через пару недель после взятия Магнады Первый, Второй, Третий и Четвертый восточные полки отправили в гарнизон при Аркентаре, столице соседнего герцогства Хортия. Там предстояло полки расформировать, и решить дальнейшую судьбу каждого из их бойцов. Кто-то должен был получить новое назначение в восточные и южные гарнизоны, а кого-то, примерно половину оставшихся воинов, должны были отправить в почетную отставку. Победившей Империи уже не нужна была такая большая армия. Такой же процесс происходил и со всеми другими полками, но Гленарда и Славия, понятно, интересовало, что будет именно с ними.

Но перед тем как отправиться в Аркентар за новым назначением, Славий и Гленард совершили длинное путешествие аж в самую столицу Империи. Двум тысячам наиболее отличившихся за время войны солдат было предложено присутствовать в Рогтайхе на казни герцога Маркуса ан Глареан и его мятежных приспешников. В том числе, и Славию с Гленардом.

Огромный город ослепил и ошеломил Гленарда. После детства и юности, проведенных в деревенской глуши, после многих лет войны на пустошах и вытоптанных степях, обилие людей, домов, звуков, движений, запахов совершенно заворожило его. Точнее, сначала напугало, но потом, когда попривык, заворожило.

Он бывал уже в Рогтайхе однажды, перед тем, как отправиться на фронт. Совсем недолго, и тогда было не до осмотра города. Тогда рядом с Черным замком Тойрин, главным гарнизоном Рогтайха, был разбит огромный тренировочно-распределительный лагерь, в котором отбирали и наскоро обучали новобранцев. Сейчас этот лагерь уже снесли, и беднейшие горожане из Черного города пытались осваивать его как место для своих хижин и землянок.

До казни мятежников у Гленарда было около недели, и он всё это время, день и ночь, провел, гуляя по улицам, проспектам, набережным и переулкам Белого, Бурого и даже Черного города. Гулял и наслаждался этим безумным водоворотом жизни, так отличающимся от всего, что он видел и чувствовал ранее. В Рогтайх, со всеми его красивыми и неприглядными сторонами, Гленард влюбился сразу же и бесповоротно.

Во многих местах Рогтайха, конечно, было небезопасно. Но местные бандиты и воры не решались нападать на молодого и, с виду, сильного солдата с мечом на поясе. Да и что с него было взять-то? А те, кто решились, были пару раз такие инциденты, очень быстро пожалели об этом, убегая от Гленарда в темноту переулков, крича от боли.

Славий проводил почти всё время в доме своей семьи в Белом Городе. Его отец и старший брат также были в это время в городе. Приближалось осеннее равноденствие, а с ним и Совет Земель — герцог ан Квитин должен был в нем участвовать. Император специально выбрал дату казни прямо перед Советом, когда все герцоги съехались в столицу, чтобы жестокая гибель Маркуса дала ясный сигнал остальным герцогам — с Его Священным Императорским Величеством ссориться не стоит.

Славий даже представил Гленарда своему отцу. Тот встретил боевого товарища сына приветливо, но без особого тепла. Гленард не обижался, понимая, что для герцога он всего лишь еще один простолюдин, едва чуть выше слуги. Славий предлагал Гленарду остановиться в доме герцога, пустых комнат там было предостаточно, однако Гленард вежливо отказался, предпочитая жить в тесноте казармы, но зато при относительной свободе.

Утро казни выдалось мрачным и облачным. Ночью моросил дождик, камни Рыночной площади были мокрыми. Но сейчас дождь прекратился, и лишь низкие облака дымкой плыли над площадью, скрывая башни Императорского дворца.

В центре Рыночной площади, расчищенной ради такого событий от лавочек и лотков торговцев, возвышался большой помост. На середине были приготовлены столбы для ожидающих казни преступников, пыточный стол с цепями и инструментами, а также колода-плаха.

Рядом с эшафотом были построен амфитеатр для важных гостей, на котором присутствовал Император Ангрен со всей своей семьей, герцоги Империи, Советники Императора, а также наиболее значимые в политической жизни Рогтайха представители знати Империи. На второй такой же трибуне, но поменьше и подальше от помоста, располагались скамьи для глав купеческих и ремесленных гильдий и цехов Империи.

Вокруг эшафота выстроились те самые две тысячи наиболее отличившихся солдат. А за их спинами всю огромную площадь плотно заполняла многотысячная толпа городских жителей. Казней такого масштаба в Рогтайхе не было почти сотню лет, со времен Третьей альвийской войны и всем, конечно, хотелось взглянуть своими глазами на такое важное событие.

— Я думал, ты будешь там, с отцом, — Гленард кивнул головой в сторону трибуны Императора.

— Мое место здесь, — Славий улыбнулся. — Я всё-таки был на войне как солдат Империи, а не как сын герцога.

— И ты это место полностью заслужил.

Толпа взвыла приветственными криками: на помосте появился палач с десятком подручных. Лица палача рассмотреть было невозможно, оно было закрыто красной маской-капюшоном. Но Гленарда удивила одежда палача: со своего места он мог рассмотреть, что она сделана из дорогого бархата. Да и сам палач выглядел не так, как Гленард ожидал — невысокий, упитанный, из-под маски смотрели добрые глаза.

— Имени палача никто, естественно, не знает, — как раз шепнул Славий на ухо Гленарду. — Но, говорят, что сегодняшнюю казнь будет проводить сам Великий Инквизитор Империи, герцог Донрен ан Верверриг лично.

— Неужели? Тот, который командир Тайной Стражи?

— Именно. И это, кстати, похоже на правду. Я однажды видел портрет Донрена, и я не вижу его самого на трибуне с Императором. А палач комплекцией очень на него похож.

— Не думал, что казни преступников входя в обязанности Великого Инквизитора.

— А они и не входят, — Славий усмехнулся. — Но герцог Маркус за эти годы так разозлил и Императора, и Донрена, что Донрен, вероятно, мечтает казнить его самостоятельно.

На эшафот, тем временем, вывели преступников, громко объявляя их имена перед толпой, а потом, под свист и улюлюканье толпы, приковывая их к столбам в ожидании казни. Помимо герцога Маркуса ан Глареан, казнить сегодня предстояло барона Гаспара ан Хумулиун, ревность которого и послужила предлогом для Злой Войны, глареанских графов Клавдия ан Висида, Джустиса ан Фертида, Аквилиса ан Оливеда, Фостиса ан Сильвада, Юррена ан Флюмена, Олиса ан Супрада, Мариса ан Орьента и Леониса ан Аврантис, ближайших сподвижников герцога Маркуса, а также большое число глареанских баронов и офицеров войск мятежников.

Граф Квинтис ан Оссидента, горячо поддержавший мятежников, но затем почти добровольно сдавший замок Оссидента имперцам, получил право тихо и без позора убить себя в тюрьме, выпив быстродействующий безболезненный яд. Остальные графы и бароны Глареана, бывшие вассалами мятежного герцога, но не участвовавшие открыто в мятеже герцога Маркуса или помогавшие Империи в борьбе против него, получили прощение Императора.

Не стал Император наказывать и семью герцога, хотя, как говорили, на этом настаивали его советники, и особенно — глава Тайной Стражи. Однако Император Ангрен предпочел простить сына Маркуса Юррена, рассчитывая на то, что тот, в обмен, будет лоялен Империи. Истерзанному войной Глареану нужен был хозяин, и меньше всего Императору хотелось, чтобы в герцогстве сейчас началась еще и внутренняя борьба за власть. Право же юного Юррена на герцогский престол, тем более подтвержденное самим Императором, никто оспаривать не мог.