— Всё так, но люди об этом забывают, Гленард. Для них именно ты стал олицетворением того ужаса, который несла им Стража в последние годы. Справедливо несла, я бы сказал. Я бы сам вообще разогнал всю эту кодлу, которая вьется вокруг Императора и Канцлера Дугала. Но нельзя. Стража теперь уже не та.
— Что ты имеешь в виду? Разве Миэльори плохо справляется?
— Нет, она-то как раз хорошо. Старается сохранить последние куски былой славы. Но Канцлер Дугал убедил Императора в том, что Империи не нужна такая большая Тайная Стража. Дескать, триста лет, со времен Андера Великого, справлялись малыми силами, так почему же не справляться сейчас?
— Может быть, потому что при Императоре Андере население Империи было почти втрое меньше, чем сейчас? — Гленард усмехнулся.
— Вот это мы ему и отвечаем. Миэльори отвечает, я имею в виду. Но Канцлер-таки убедил Императора, что Тайную Стражу нужно урезать. Нам сокращают финансирование из казны. Собственные фонды у нас забрали, еще когда тебя увольняли, сам знаешь. Император приказал сократить число тайных стражников на треть, а агентов чуть ли не втрое. Тайных стражников переводят в простые армейские гарнизоны! Причем на те же звания, а то и ниже. Можешь себе представить, как это влияет на наших ребят.
— Думаю, влияет отвратительно. Мы привили им чувство элитарности, принадлежности к чему-то особенному. И не зря, подготовка тайных стражников в разы сложнее и лучше, чем армейские тренировки. А теперь их равняют с простыми солдатами. Думаю, у них в душе всё кипит.
— Именно. Многие предпочитают просто уходить в отставку вместо перехода в армию. Хуже того, нам стало гораздо сложнее работать. Нам еще больше урезают полномочия. Об этом не объявляли вслух, но мы теперь фактически даже пытать не можем никого, даже простолюдинов, без разрешения местных герцогов и баронов. Сам понимаешь, как это всё усложняет и удлиняет расследования.
— Что-то я об этом ничего не слышал, Леонис. Тайная Стража в Мерфрайне со мной не слишком советуется. Хотя я мог бы им помочь.
— Да? Ну, возможно, Гленард, ты на особом положении. Возможно, у полковника Хедриха есть какие-то особые указания по этому поводу. Я уточню и тайком тебе расскажу. Я считаю, что исключать тебя из жизни Тайной Стражи несправедливо после всего, что ты для нее сделал.
— Спасибо. Скажи мне тогда, Леонис, какая задача у полковника Хедриха относительно меня? Он просто должен выполнять свою работу, выискивая врагов Империи в моем герцогстве, или он должен особо присматривать за мной, выискивая врага Империи во мне самом?
— Ну, Гленард, ты же сам знаешь, что Тайная Стража всегда присматривала за всеми герцогами Империи. И при тебе особо.
— Мне нужен более конкретный ответ, Леонис. Есть ли у Хедриха, помимо задач по управлению таргаранским отделением Стражи, прямой приказ особо контролировать мои действия, так сказать, опекая меня? А то я никак не могу понять его ко мне отношение. Вроде, относится вежливо и уважительно, благодарит за то, что я помог ему с карьерным ростом, но при этом держится отстраненно, постоянно крутится во дворце и задает кучу вопросов моим слугам.
— Если честно, Гленард, я не знаю. Может, это его собственная инициатива. Может, у него приказ от самой Миэльори, или от Галиссы, или от Деррмида. Я могу быть просто не в курсе, ты сам понимаешь. Ты — фигура известная и значительная для Империи. Я не удивлюсь, если Император лично просил Миэльори за тобой присматривать, а она тайно передала этот приказ полковнику Хедриху.
— Понятно… — Гленард вздохнул.
— Что понятно?
— Что ничего не понятно, Леонис. Ладно, хрен с ним. Разберемся. Хедрих может хоть все углы в замке обнюхать и пометить, и всё равно ничего интересного на меня не найдет. Потому что просто нечего искать.
— Ну, вот, теперь есть, — Леонис рассмеялся. — Тайный визит к тебе одного из руководителей Главного Дома Тайной Стражи.
— А, да, ты прав, — Гленард улыбнулся в ответ. — Ну, пусть тогда Хедрих пишет отчет в Айрбен о том, сколько мы сыра с тобой съели, и сколько «Черного быка» выпили. Как вообще в Рогтайхе и в Империи дела-то? Зима довольно суровой была…
— Сам видишь, — Леонис развел руками. — Зима выдалась необычно холодной и снежной. Передвижение по дорогам затруднено даже в Плодэне, не говоря уже о шести северных герцогствах. Запасов прошлого года не хватает, во многих северных баронствах начинается голод. Дворец надеется на то, что скоро можно будет хотя бы отправить резервы с юга и из столицы на помощь голодающим. Но пока что по дорогам особенно не поездишь. Еще одна беда — появилось много разбойников. Голодающие крестьяне, да и бароны, что греха таить, грабят путников, нападают на соседние деревни и баронства. Стража пытается всё это останавливать, но наших сил не хватает. Особенно со всеми этими сокращениями. Вот, и мотаюсь по всей Империи, затыкаю дыры в тонущем корабле собственной задницей.
— Да, разбойники — это проблема. Мы давно такого не видели. У меня в Мерфрайне какого-то особенного голода нет. Стараюсь поддерживать крестьян из таргаранских запасов. Но вот бандитов развелось немало. Особенно на востоке, на границе с Фьотдайхом. Обнаглели, суки, вконец. Нападают на целые городки и баронские замки. Что не могут утащить, то сжигают и убегают. Армейские гарнизоны не успевают их перехватывать, а местные отделения Тайной Стражи как-то вообще не шевелятся. Вот, буквально только что мне сообщили, что еще на три деревни напали. Как раз собираюсь ехать туда сам, посмотреть. Ты бы поговорил по этому поводу с полковником Хедрихом. А то он, похоже, меня совсем не слушает, только головой кивает да вино мое пьет.
— Поговорю. Но я бы не стал в этом искать злой умысел. Я ж тебе говорю — Страже сейчас сложно.
— Понимаю… Увы, но сейчас, похоже, вообще всем сложно. Вон, у меня купцы и ремесленники воют. Совсем уж катастрофы после разорения Морской торговой удалось избежать, но торговля просела, это да.
— А так по всей Империи, Гленард. Всех трясет и колотит. Купцы и ремесленники разоряются, торговля замедлилась, герцоги вводят какие-то дикие пошлины и правила, каждый пытается ухватить кусок, словно живет последний день. Тут бы Казначейству поддержать экономику, выдавать побольше займов, покупать побольше товаров для нужд Империи, так нет — Вежис, напротив сократил все траты. Сидит, словно в горящем доме, на мешке с золотом и ничего не делает, а стены уже пылают.
— А как его собственная торговая компания?
— А как она может быть? Хорошо. Канцлер Дугал убедил Императора в том, что она — последняя надежда на стабильность экономики в Империи. Она же приобрела большинство твоих кораблей и складов. А остальное по дешевке скупили какие-то странные люди.
— Да? И кто именно?
— А хрен их знает, Гленард. Я же не кручусь в этом. Может, только Фионхаор знает.
— Я, кстати, не стал бы исключать, что это именно Фионхаор с Галиссой тайно для Стражи их скупают.
— Возможно, но я не думаю, если честно. Император был очень серьезен, когда запрещал Страже владеть имуществом. Не думаю, что Миэльори стала бы рисковать, идя против его воли. А Галисса и Фионхаор не пойдут против Миэльори, сам понимаешь.
— Понимаю… — Гленард задумчиво постукивал пальцем по своему бокалу. — Мне больше даже интересно, кто стоял за всем этим разрушением и Морской торговой компании, и всей экономики Империи. Не могла же Риджена сама всё это сделать. А ее покровителей мы так и не нашли.