Он по-прежнему не смотрел на меня. Зато смотрела императрица. Когда наши взгляды встретились, она одарила меня мимолётной, едва заметной улыбкой. «Девушки вроде вас, – говорила эта улыбка, – долго во дворце не живут».
Она что-то замышляла.
Сердце забилось ещё быстрее. Вдруг стало ясно, почему в последнее время она не задевала меня: она поджидала подходящего случая. Свадьба в присутствии Великих кланов и тысяч важных гостей? Лучшего момента, чтобы ударить сразу по мне и по Тэрэну, и придумать нельзя.
Тэрэн первым подал чай советнику – с таким видом, будто предпочёл бы выпить яд, чем стоять так близко ко мне, да к тому ещё сгибаться перед кем-то в поклоне. Я подняла своё блюдо перед императрицей. Но она не протянула руку к чаше. Вместо этого одним широким движением золотого рукава она смела всё блюдо, и фарфор вдребезги разбился об пол рядом с нами.
Я бы вздрогнула, если бы не прилагала столько усилий, чтобы не шелохнуться.
– Я бы хотела благословить этот брак, – произнесла она, поднимаясь на ноги. – Но, к сожалению, сперва нужно уладить одно дело.
Тэрэн, как и я, был застигнут врасплох. В его взгляде, обращённом к императрице, мелькнула готовность ядовитой змеи к броску.
– Сунь Аи. Вы портите мне этот радостный день.
– Напротив, дорогой мой. Я лишь забочусь о вас. Мой долг как Матери Дома – стоять на страже чести Внутреннего двора. Любое донесение должно быть тщательно расследовано – в том числе и то, которое я собираюсь представить вашему вниманию.
Он поднялся, чтобы встретиться с ней глазами:
– Вам следовало проявить вежливость и провести расследование заранее. В частном порядке.
– Увы, на это не было времени. Я получила это донесение лишь сегодня утром.
Тень улыбки выдала её ложь, но заметить это могли лишь те, кто стоял достаточно близко.
– Тогда это может подождать до окончания церемонии.
– Не может. Речь идёт о вашей невесте – а значит, и о святости вашего брака.
У меня пересохло в горле. Я чуть ли не кожей ощущала повисшее в воздухе напряжение, чувствовала, как неестественная тишина поднимается от многотысячной толпы навстречу падающему снегу.
У Тэрэна было такое лицо, будто он сейчас убьёт императрицу на месте.
Но он не сделает этого, подумала я. Даже он не может совершить такое деяние без причины, прилюдно и в такой знаменательный день. Это настроит против него всю Тэньшу. Императрица, похоже, понимала это не хуже моего: она держалась самоуверенно и беззаботно.
– Стража, – велела она. – Приведите свидетельницу.
Двое стражников Дома Азалий ввели вверх по лестнице перепуганную служанку – худенькую девочку не старше тринадцати лет.
– Это одна из служанок Западного дворца. Она, бедняжка, прибежала ко мне в ужасном волнении прямо перед свадьбой. – Императрица повернулась к девочке. – Майя, будь добра, повтори для всех то, что ты сказала мне?
Глаза Майи были полны слёз, они ручьями катились по её щекам. Она упала на колени на верхней ступеньке, обернувшись к морю знамён внизу:
– Я… я видела госпожу Инь, как она… она…
– Громче, – ласково сказала императрица. – Чтобы слышали все собравшиеся.
– Я видела, как она шла в Западный дворец! – выкрикнула Майя. – Ночью. Одна. В одном только платье для сна!
Глава 33 Подозрения
Глава 33 Подозрения
«В платье для сна».
Я воззрилась на служанку в полном непонимании. Я и представить не могла, откуда взялась эта ложь.
Я была в Западном дворце лишь однажды – чтобы забрать дневники Маро, – и то тайно. И даже если кто-то видел меня тогда, я была одета вполне пристойно.