Тэрэн вытащил из кармана клочок бумаги. Его тут же подхватил холодный ветер с гор, затеребил край.
Почерк у брата был красивый. Маро ему завидовал.
– «Кот вечно бежит: он преследует мышь, – прочитал он. – Дерево тянется к вечно бегущему солнцу». Хм. Дай подумать.
В такую игру часто играли друг с другом словотворцы, оттачивая своё мастерство. Один поэт придумывал первую половину стихотворения, а другому выпадало завершить его. Некоторые из самых известных классических поэм родились именно из таких «поединков двустиший».
Маро поразмыслил немного, глядя на долину – на вид в тысячу ли, на далёкие пики, на реку Арицину, медленно текущую к морю. Очередной порыв ветра с гор принёс целое облако лепестков с Векового Персика, закружив их повсюду.
Он оживился:
– А! Придумал!
Кот вечно бежит: он преследует мышь, Дерево тянется к вечно бегущему солнцу. Отчего мы бежим: мы кот или дерево? Или вольный ветер, рождённый для бега?
Однажды Тэрэн пришёл играть сильно избитым. Он и раньше часто ходил в ссадинах – ведь он был маленьким, рассуждал Маро, и хрупким, – но на этот раз всё было гораздо хуже обычного. На шее и ключицах темнели синяки, а когда Маро закатал ему рукав, то обнаружил и там такие же багровые и синюшные пятна.
– Что случилось? – требовательно спросил он.
Тэрэн долго увиливал, но в конце концов признался, что упал с дерева.
– Покажи, – велел Маро, сжимая кулаки. Когда брат не двинулся с места, он повторил, уже жёстче: – Покажи мне это дерево.
Ярость в его голосе, должно быть, напугала Тэрэна – тот подчинился. Прихрамывая, он повёл Маро к Вековому Персику на дальнем краю сада.
Это дерево… Ну конечно, какое же ещё. Маро поднял взгляд на исполинское дерево, на его неимоверную высоту и мерзкие цветы и принялся колотить по нижней ветке. С силой. Это не причинило дереву особого вреда, и тогда он подпрыгнул и повис на ветке всем телом, отчаянно пиная ствол. Он не останавливался, пока не услышал треск, и в следующее мгновение и ветка, и он сам рухнули на землю.
– Ма-ро… – Тэрэн моргнул, глядя на брата в полном замешательстве.
– Я хотел проучить его, – объяснил Маро, пытаясь отдышаться. – Хотел, чтобы оно знало, что бывает с теми, кто обижает моего младшего брата. – Он выбрался из-под ветки, вытер кровоточащие костяшки о полу своего одеяния и поцеловал Тэрэна в лоб. – Мы – семья. А семья нужна затем, чтобы беречь друг друга.
– На самом деле он вам не семья, – сказал мастер Лэнь, твёрдой рукой поправляя боевую стойку Маро. – Сейчас он кажется безобидным, он ещё слишком мал, чтобы претендовать на ваш трон. Но настанет день, когда вы оба повзрослеете и всё станет не так просто.
В Рассветном павильоне, где жила госпожа Небо и где рос Маро, всегда звенели птичьи трели. Летние тёплые ветра колыхали пышные кусты золотистых трубчатых цветов. На другом конце двора друзья Маро – Дождик из клана Мэй и Сун Сымин – занимались со своими наставниками.
Держать равновесие в Позе Журавля было трудно, но у Маро получалось всё лучше.
– Даже когда мы вырастем, – упрямо сказал он, – нас не будет волновать никакой трон. Мы всё равно будем играть вместе, даже когда станем седыми, как вы.
От уголков глаз наставника побежали лучики морщин – он прятал улыбку.
– Взрослые не играют, Маро.
– А мы будем! И не перестанем, пока не сыграем в десять тысяч игр. И не напишем десять тысяч стихов! – Он потерял равновесие, замахал руками и шлёпнулся прямо на мох. – Уф.
Именно в этот неловкий миг к ним подбежал Сымин.
– Ваше Высочество! Мастер Гу сказал, что я только что в совершенстве выполнил Дугу Восходящего Солнца! – Он подпрыгивал от восторга. – Хотите, сразимся? Я покажу!
Маро поднялся с земли, потёр ушибленные локти и взглянул на мастера Лэня, ожидая разрешения. Он не любил поединки с Сымином – тот дрался нечестно и жульничал при любой возможности, – но сейчас был рад отвлечься. Это значило, что ему больше не придётся слушать ужасные слова о брате.
Предостережения мастера Ганьцзи были гораздо более прямолинейны.
– Он пойдёт против вас, – сказал он однажды днём в кабинете Маро, во время перерыва в заучивании классических текстов. – Это неизбежно. Он второй сын, а значит, вы единственное, что стоит между ним и титулом императора.
– И что? Он всё равно не сможет победить меня в бою.
Маро попытался снова развернуть свиток со стихами Цао Тэ Шу, но наставник выхватил его: