Заметив моё приближение, Сылянь опустила мандолину:
– Я не ожидала тебя сегодня, Вэй.
Как я ни была взволнована, от её взгляда у меня всё равно вспыхнули щёки.
– Поэма духа сердца, которую написал Маро, – сказала я, стараясь не терять сосредоточенности. – Могу я её увидеть?
Должно быть, что-то в моём голосе её встревожило, потому что она немедленно отвела меня в кабинет принца. Она наблюдала, как я переписываю отрывок на свиток, пока я объясняла своё отчаянное положение и план спасения.
– Вид у тебя испуганный, – сказала она. – Ты боишься, что твой план не сработает?
Я сделала глубокий вдох и украдкой взглянула в окно на освещённую фонарями воду.
– Да. Очень. И… – Я невольно заговорила тише. – И не меньше боюсь, что он сработает. Юн Хэсинь невиновен. Я не желаю ему зла. Всё, что он делал, – служил своей стране, даже если это означало содействовать принцам, которых он ненавидел. Он не заслуживает…
Меня передёрнуло от одной мысли о том, что может сделать Тэрэн, если я сумею убедить его в измене Хэсиня.
Так или иначе, кому-то предстояло принять на себя удары ножей.
– Я бы не назвала его невиновным, – возразила Сылянь. – Он принял немало жестоких решений, прикрываясь служением стране.
Это было правдой – но едва ли оправдывало то, что я собиралась с ним сделать.
– Но я же стану ничем не лучше остальных, Сылянь.
Цинь Жун, чьи ложные обвинения едва не уничтожили доброе имя Маро. Императрицы Сунь, чья интрига на моей свадьбе едва не стоила жизни мне или служанке Майе. Сун Сымина, который на самом деле зверски убил Тайфона – лишь затем, чтобы подставить Тэрэна и настроить Хэсиня против Восточного дворца.
Все постоянно говорили коварные лживые слова ради политической выгоды – и теперь я собиралась сделать то же самое.
– А разве обязательно быть лучше? – В этот миг улыбка Сылянь стала такой же злой, как у императрицы. – Помни: наше дело благородно. Если второй сын станет императором, погибнет куда больше невинных. Какой бы ни была цена, ты должна выжить, чтобы убить его.
– Каждый считает своё дело благородным.
– Тогда пусть каждый делает то, что должен, чтобы победить.
Я спрятала переписанный отрывок там, где, как мне казалось, Хэсинь мог его найти, и попросила Пеночку проверять тайник. Как только записи пропали, я велела Цыи передать послание Тэрэну.
«Я не в силах вынести больше ни дня без вас, – гласило оно. – Если я не увижу вас сегодня, то выплачу все глаза от тоски».
Встретив меня в башне, он заранее был встревожен:
– Что случилось, Вэй? Снова что-то срочное?
– Я ходила навестить госпожу Сун в Западный дворец. – Я нарочно запнулась, словно ожидая, что весть его не обрадует. – Но прежде чем встретиться с ней, я увидела… я увидела там Хэсиня. Он говорил с твоим братом.
Он мгновенно напрягся:
– Когда это было?
– Две ночи назад, после ужина.
– Две ночи назад? Он сказал мне, что собирается к тебе в павильон.
Я опустила голову и ничего не сказала, чтобы моё молчание говорило само за себя.
Его дыхание участилось.
– Что они обсуждали? Ты слышала?