— Да, — спокойно ответил Северин. — Потому что ты сейчас слишком близко к тому, чтобы вместо генерала остаться просто мужчиной рядом со своей женщиной. А это, как ни странно, худшее, что можно показать совету на пороге задержания.
На секунду мне показалось, что Кайран его ударит.
Но он только отвел взгляд. Коротко. Жестко. И этим согласился.
Удар в дверь наверху прозвучал так сильно, что дрогнуло стекло.
— Госпожа Нэйра Олларт! — донеслось снаружи. — По распоряжению внутреннего совета и до особого разбирательства вы обязаны открыть и следовать под охраной!
Я почувствовала, как в комнате все окончательно собралось в одну острую точку.
Вот оно. Началось.
Северин подошел ко мне первым. Снял с крюка у стены темный теплый плащ и накинул мне на плечи. Потом вложил в ладонь мой кинжал.
— Только если совсем понадобится, — сказал он тихо.
— Знаю.
Кайран все еще стоял у окна. Слишком неподвижно. Слишком прямо.
Я подошла к нему сама.
Не ради красивой сцены. Ради того, чтобы увидеть лицо перед тем, как выйти к людям, которые уже решили назвать меня обвиненной.
— Посмотри на меня.
Он посмотрел.
И все. Ни тронного зала. Ни собора. Ни слухов о наследнике. Ни бумаги на столе. Только этот взгляд. Слишком живой. Слишком поздний. Слишком мой, чтобы не ранить.
— Не ломай все, — сказала я тихо. — Что бы они ни сказали.
— А ты? — спросил он так же тихо.
— Я уже достаточно сломалась на сегодня.
Он очень медленно поднял руку и коснулся моего лица костяшками пальцев. Едва-едва. Словно боялся больше не меня, а самого себя.
Под браслетом прошло ровное тепло. Спокойное. Тихое. И именно от этого у меня сжалось горло сильнее, чем от любого крика.
— Если они тебя уведут, — сказал он, — я приду.
— Не надо красиво говорить. Просто приди с правдой, а не с огнем.
Уголок его рта дрогнул. Почти больно.
— Попробую.
— Нет. — Я посмотрела ему прямо в глаза. — Не попробуешь. Сделаешь.
Он кивнул.
Один раз.
Этого хватило.
Северин уже открывал засов.