Я подошла к ней, взяла ее лицо в ладони и поцеловала в лоб.
— Да.
Не "постараюсь". Не "если получится". Не "если выживу".
Да.
Потому что другого ответа ей сейчас было нельзя давать.
Северин уже протягивал мне темный дорожный плащ и короткий клинок.
— Лошадей не берем, — сказал он. — Шумно. До канала карета, потом пешком по старой насыпи. Если повезет, перехватим раньше храма.
— А если нет?
Он посмотрел на меня.
— Тогда войдем в Пепельные Клятвы вдвоем и очень постараемся не умереть внутри.
Я кивнула.
Странно, но это звучало почти успокаивающе. Наверное, после такой ночи план, в котором есть четкий риск смерти и конкретный маршрут, уже кажется роскошью.
Эллен поймала меня за запястье раньше, чем я успела выйти.
Ее сухие пальцы легли прямо поверх браслета.
— Слушай еще одно, — сказала она тихо. — Если увидишь его на грани, не пытайся спорить как женщина. Зови как пара.
Я нахмурилась.
— Что это значит?
— Это значит, что там, где кончаются бумаги и мужская гордость, иногда остается только имя, сказанное правильно.
Я не успела спросить, что именно значит "правильно".
Потому что под браслетом снова полыхнуло. На этот раз так ярко, что я задохнулась.
Перед глазами вспыхнуло: черная арка, каменный двор, серебро на шее, и голос Кайрана — не вслух, внутри, хриплый, почти сорванный:
Нэйра.
Я дернулась к двери сама.
— Уже близко, — выдохнула я. — Быстрее.
Северин распахнул дверь. Холодная ночь ударила в лицо. Лестница вниз показалась слишком длинной.
И пока мы бежали к карете, я уже знала: если опоздаем хоть немного, назад мне могут вернуть уже не мужчину.
А дракона, который меня узнает — или не узнает вовсе.
Глава 14. Пепельные клятвы
Мы выехали без фонаря.
Карета шла почти вслепую, и только редкие отблески от мокрой мостовой вспыхивали под колесами, как короткие белые змеи. Я сидела напротив Северина, обеими руками сжав плащ на груди, и старалась не показывать, как мне тяжело дышать.