Зеркала и паутина: читать начало книги онлайн

– На кого?

– Кто там здравомыслящий?

Отставной майор сжал кулак и принялся отгибать пальцы:

– Горбачёв! Это – раз!

– Лигачёв! Сталин! – издевательски закричали ему снизу.

– Яковлев! – продолжал майор, игнорируя суфлеров.

– Берия! – выкрикнул кто-то из заднего ряда.

– Точно! – подхватили впереди. – Бей его! Это провокатор!

– Почему провокатор?! – заголосили ряды. – Человек просто мнение высказывает. Имеет право!

Прямо у ступенек завязалась драка. Послышался мат, и женский голос громко взвизгнул. В майора полетела палка. Кидавший промахнулся, и палка шлепнулась на сцену с глухим стуком. Распорядитель выскочил вперед и заслонил собой майора:

– Товарищи, тихо! Это – провокация! Немедленно прекратите!

Но возня продолжалась. Какой-то мужчина, матерясь, лез наверх. Его удерживало сразу несколько рук. В другом конце началась настоящая свалка. Раздались истошные женские крики.

– Когда девок-то подвезут? – снова подал голос пьяный.

– Валим! – шепнул мне на ухо Троекуров. – Менты!

Я оглянулся и увидел, что из-за деревьев, как серые призраки, стали появляться милиционеры. Их было много.

– Уважаемые граждане! – раздалось в мегафон. – Просьба всем оставаться на своих местах!

Сердце в груди стукнуло. С головы до ног обожгло страхом. Сейчас поймают, отвезут в милицию, дело заведут. А потом еще выгонят из института, в который я с таким трудом поступил.

Мы отделились от митингующих и быстрым шагом прямо по газону двинулись в сторону Садовой – там был выход из парка. Ноги от страха не слушались, и я с трудом поспевал за Троекуровым.

– Молодые люди! – я обернулся и увидел, что к нам наперерез спешит тучный милиционер. – Остановитесь!

Я застыл на месте, но Троекуров изо всех сил дернул меня за рукав, что-то резкое крикнул – я от страха не разобрал, – и мы бросились к выходу.

– В разные стороны! – скомандовал Троекуров, когда мы выскочили на Садовую. Ты – туда, я – сюда!

Он ткнул пальцем в сторону Летнего сада, а сам кинулся к Невскому. Я обернулся и увидел, что милиционер приближается, на ходу подзывая кого-то жестом. Подумал, всё, конец, сейчас повяжут, выгонят из комсомола, из института, даже разбираться не станут. Захотелось сесть на корточки и закрыть голову руками – будь что будет.

– Эй, диссида! – услышал я громкий голос. Из стареньких белых «жигулей», стоящих на другой стороне улицы, кто-то высунул лохматую голову и махал мне рукой. Туда!

Движение на Садовой было, к счастью, не слишком оживленным. Я пропустил грузовик, увидел, что подъезжает трамвай, перебежал рельсы прямо перед ним, остановился, пропуская перед собой красную легковушку – она, вильнув вбок, сердито просигналила, – сделал два шага и оказался возле «жигулей». Трамвай, лязгнув железом, замедлил ход, остановился и полностью закрыл меня от милиционера. На какую-то секунду мелькнула мысль, а вдруг это ловушка, подстава и меня сейчас отвезут куда следует.

– Чего встал? – крикнул мне лохматый. – Запрыгивай скорее! Поймают!

Времени на раздумья не было. Я распахнул дверь и залез на заднее сиденье. Внутри находились двое: водитель и рядом на месте пассажира лохматый, тот самый, который мне кричал.

– Дверь поплотнее закройте, – велел водитель. Его голос был спокойным.

– Поехали, поехали, Толик! – заторопил его лохматый. – Давай, жми, пока трамвай стоит.

Он обернулся ко мне и заговорщицки подмигнул. На вид ему было чуть больше тридцати. Я запомнил тонкий нос на слегка полноватом лице и крепкий квадратный подбородок. Водитель недовольно дернулся и коротко приказал:

– Петя, не оборачивайся.