Девять жизней Je ne vu: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Следующая зима дала мне еще один довольно интересный «статистический материал»: осенью я снова внимательно пересчитал теток в городе у Чермяки (который теперь получил от меня (точнее, от котиков же!) название «Чермянка» и выяснил, что тридцать две из сотни снова ходят с пузом (разного обхвата). То есть, выходило, что в год на две сотни взрослых население теоретически прирастало на пятнадцать процентов, а при таком приросте… Нет, столько младенцев появлялось, а прирост был все же поменьше: народ-то периодически помирал. Однако Луга мне с неимоверной гордостью (как будто в этом была ее заслуга) сказала, что на ее памяти столько детишек вообще никогда не выживало. А еще она сказала, что и взрослых померло заметно меньше ожидаемого: по крайней мере пять молодых теток, о которых она прошлой осенью решила, что они уже «не жильцы», умудрились и той зимой не помереть, и вроде и этой помирать не собирались. Ну да, стабильное и сытное питание, опять же нормальное жилье с теплыми сортирами…

Однако такой демографический взрыв грозил иными, причем более чем серьезными неприятностями: хотя я в прошлом году запретил дичь добывать ближе двух километров от жилья, зверей и птиц вокруг охотники добыли немало и «лесное население» проредили более чем заметно. И зима уже грядущая в плане пожрать выглядела совсем не радужно, а у меня в поместье единственной «отрадой» стали «домашние свинки»: мне удалось пятерых свиней и одного кабанчика от попадания в котел все же уберечь и теперь уже они должны были украсить наш обильный стол. Но и тут была засада: свинки-то жрут даже больше, чем люди, и у меня закралось смутное подозрение, что сделанных за лето запасов всякого сена, яблок и желудей им не хватит даже до Нового года. Это бы и не страшно было, свинок сожрать у нас тоже было кому — но получится ли хотя бы свиноматок до следующей весны сохранить, было уже не ясно. А завести в следующем году новых шансов стало маловато: так как соседи выгребли в радиусе километров семи, а то и десяти все яблоки, желуди и вообще все, что можно при определенных усилиях прожевать, все три диких кабаньих стала куда-то откочевали. И не факт, что получится где-то поблизости другие стада найти…

И как жить в таких условиях дальше, я прекрасно знал: нужно массово переходить с пищи животной на пищу растительную, тем более что за лето и места под будущие поля уже расчистили прилично. То есть гектаров, может, уже семь, а то и десять (я не все расчищенное успел проверить на «скрытые пеньки»). Но чтобы питаться дарами полей нужно было к этим дарам все же кое-что добавить. Так что, как только реки снова освободились ото льда, я распорядился спустить мою посудину на воду, а затем провел среди экипажа очень подробный и детальный инструктаж. В лодку могло, конечно, и три десятка людей влезть (а захотело в нее забраться гораздо больше, каждый второй мужик в соседнем городе возжелал слегка так попутешествовать), но я отобрал только дюжину (причем действительно самых умелых лучников), забил судно тулами со стрелами, вручил путешественникам самые хорошие луки, проэкзаменовал их всех…

В целом, минимум трое, по моему мнению, все же поняли, куда и зачем я их посылаю. И первого мая «большая лодка» отвалила от берега и отправилась… вперед. К победе как раз этого самого первобытного коммунизма — когда каждому по… не по потребности, а поровну, ну, примерно, а от каждого… Я парням сказал в качестве напутствия, что «котики на них очень надеются». А вот что из всего этого получится… лично я надеялся, что узнаю об этом ближе к осени. Если парням все же сильно повезет. И рассчитывал, что им все же повезет: откровенно говоря, я и сам хотел с ними отправиться, но тут уж и Тимка, и Таффи, и даже три котенка (как в сказке: черный, серый и белый… ну почти такие) буквально встали у меня на пути и в лодку не пропустили. Ну и не надо: мне с ними и дома хорошо, и вообще все это я не для себя затеял. То есть и для себя тоже, а больше как раз для котиков… то есть для себя все же: я хорошо помнил, что передо мной «эти» поставили задачу заботиться прежде всего о звериках. И вот о них я точно позабочусь, причем не потому, что «эти» приказали, а потому что зверики стали для меня семьей. И даже больше, чем семьей, а я уж точно стал семьей для Таффи и Тимки. Главой их семьи, и они в меня верят…

Жизнь четвертая: А жизнь-то налаживается…

Как нам сообщает старинная народная мудрость, что ни делается — все делается слишком медленно. За предыдущий год был сделан большой запас известняка, дров нарубили с огромным запасом, угля нажгли немеряно — так что весной народ приступил, наконец, к постройке новых домов у меня «в поместье». И отстраивали два дома, для которых еще в позапрошлом году фундаменты были поставлены, а еще один дом уже «с нуля» возводить стали. Правда, хотя дома и строились трехэтажными и целиком кирпичными, перекрытия в них ставили все же деревянные: для железобетона и стали не было, и цемента. С моей точки зрения у таких был один недостаток: дерево все же слишком уж легко горит — но если о пожарной безопасности побеспокоиться заранее…

Если этим вопросом заняться именно всерьез, то и в деревянном доме можно приличный уровень пожарной безопасности обеспечить. Я когда-то в родственникам в деревню приезжал, там этот вопрос решался просто: возле печки на полу был положен лист кровельного железа. Так себе защита, но если аккуратно печку топить, то вполне сойдет. Правда, у меня кровельного железа не было, но ведь можно просто из глины плитки налепить — а избу выстроить, наверное, попроще будет, чем кирпичный дом ставить. И в «поместье» началось и строительство все же кирпичных фундаментов для будущих изб.

Еще один большой дом уже сами соседи начали строить в Чермянке, и меня там радовало одно: они обо всем меня спрашивали. То есть спрашивали-то они Таффи и Тимку, а я им котиковы ответы просто «переводил», но теперь я точно знал, что они на самом деле именно дом построят, а не кучу кирпичей сложат: по крайней мере когда я им сказал переделать перекрытие над подвалом, которое они сделали из связанных веревками тонких палок, они молча передали, поставив туда нормальные бревна. А сами они именно дом и хотели заполучить: заметили все же разницу в «уровне выживаемости» в нормальном доме и в своих землянках.

Вот только в сельском хозяйстве они особого энтузиазма не проявляли: уж больно это, по их мнению, было хлопотным занятием: тут тебе и место под поля от деревьев расчищать надо, и землю копать а орехов и желудей набрать в лесу куда как проще. И в отношении текущего года они были даже правы: в лесу точно намечался большой урожай лещины и желудей, но ведь год на год не приходится — а этого я соседям пока объяснить не смог.

И это было для меня по-настоящему странным: люди-то точно поумнее предков были, в лесу они ориентировались как я у себя дома, зверей чувствовали не хуже, чем когда-то Бых — но ведь о будущем, даже о ближайшем (то есть дальше, чем на несколько дней вперед) они вообще не задумывались. А еще — в отличие от предков — у них уже появилось новое чувство, а с ним и новое слово: «моё». И четкое понимание термина «не моё», правда, пока это касалось лишь довольно немногих вещей. А вот понятия «общее» пока что не сформировалось, хотя на самом деле именно общего тут было очень много: дом общий, заметная часть продуктов, некоторые простые инструменты. Но вот уже «новые луки» стали именно «моими», а теперь это с огромной скоростью и на стрелы распространялось. Что было понятно: стрелы тут они уже кузнецам как-то оплачивали и в мирное время это даже я считал нормальным. Однако времена сейчас были, как я случайно узнал, совсем даже не мирными (я это еще в прошлом голу выяснил, когда ко мне пришли товарищи из Москвы «пожаловаться на супостата»). И вот в немирное время такое отношение приводило с очень большим проблемам, вплоть до летального исхода. И это было не формой речи: какие-то «соседи» москвичей решили поживиться «железными» стрелами и напали на группу охотников. А у них со стрелами было своеобразно: один — самый «богатый» полный тул таких стрел с собой тащил, а трое других с собой всего по паре стрел захватили. И когда они свои по врагу выпустили, «богатенький буратина» им свои использовать не дал: мол, испортят, и кто за них ему заплатит? В общем, перебили соседи их всех, о чем последний, все же до конца не убитый, и рассказал: я его потом лечил, так как при нынешней медицине рана от стрелы в руке почти наверняка человека неторопливо убивает из-за сепсиса. А йод и спирт дают шанс выжить, хотя и небольшой — и этому бедолаге повезло, что он сообразил ко мне на лодке приплыть. Да и вообще мужичонка оказался крепеньким, он у меня теперь в кузнице трудился — но не потому, что я его на самом деле спас, а потому, что он на соплеменников обиделся…

А на обиженных, как гласит уже другая народная мудрость, воду возят. И не только воду: товарищ, с запоминающимся именем Дурак, у меня в кузнице пахал аки пчёлк: я его учил делать сталь. В нынешних условиях занятие исключительно трудоемкое, но результат должен был окупить все его (и мои) страдания: топор со стальной вставкой в железном лезвии повышал, как показала практика прошлой жизни, производительность лесоруба минимум втрое. А уж если у меня получится научить Дурака делать стальные пилы — то вообще наступит практически рай земной. А ведь научу, Дурак совсем не дураком оказался: выяснив, зачем железные полосы нужно в горне с углем прокаливать в глиняной обмазке, он сделал из обожженной глины «коробок» с крышкой, и в ней только швы перед прожигом «герметизировал», повысив тем самым «производительность своего труда» минимум втрое. Честно говоря, раньше я и сам так делал, а тут поленился, так как Дураку просто принцип показывал — но он и сам допер до «оптимизации процесса»…

А я допер до другой «оптимизации»: раньше-то климат был куда как более суровый, а нынче все было гораздо веселее — так что я, собрав урожай зерновых в начале июля, просто засеял поля еще раз. И при второй посевной мат стоял… то есть не мат, конечно, до этого нынешняя цивилизация еще не доросла, но ругался народ на меня знатно: я же их заставил на все поля из лесу земли натаскать очень много. Ну, чтобы поля еще раз не перекапывать как бы…

И эксперимент завершился успешно: второй урожай, хотя и с некоторыми трудностями (потому что в сентябре много дождливых дней выдалось) был собран. В конце сентября, а в начале октября, буквально не следующий день после того, как урожай был помещен в новенький амбар, вернулась из далекого путешествия «большая лодка».И тут уже успех был… переменный: из пятнадцати человек вернулось всего одиннадцать, но они привезли центнеров семь соли. И, что мне показалось куда как более важным, еще и кое-какую живность притащили.

Во-первых, они привезли с собой пяток перепелок — и это было для меня событием очень радостным. А во-вторых, они умудрились на лодке притащить и двух маленьких жеребят, двух кобылок:

— Ты говорил, что знаешь, как лошадями поля пахать, — с извиняющимся видом сообщил мне «руководитель экспедиции» шестнадцатилетний парень по имени Шум. — Но это если лошади уже домашними будут, а там люди на них вообще сами ездят!

— Ну и чего ты тогда извиняешься? Правильно же сделал, что их привез. Или были проблемы с их получением?

— Да, за каждую эту лошадь мы отдали по две руки стрел.

— Новых наделаем.

— А потом местные на нас напали и нашими же стрелами побили людей, оного на месте убили, трое в дороге померли.

— Это действительно плохо, но что лошадей все же привезли, гораздо лучше.

— А еще я не посмотрел, а тут только две кобылы, хотя нам обещали и кобылу, и жеребца.

— Значит, придется нам в лесу жеребца ловить молодого. А как с солью было?

— Там все, как ты говорил, было: соль там просто на земле валяется, много. И людей там вокруг нет…

— То, что сейчас там никого нет, не значит, что они потом не появятся. Нужно сделать так, чтобы первыми там появились наши люди.

— Даже если мы позовем Медведей и Лосей, людей будет мало. И там нет дичи.

— А рыба?

— Рыбы много.

— Значит, наши люди там будут ловить рыбу. И на полях выращивать другую еду, а так же выращивать животных на мясо. И птиц, а еще…

— Но у нас мало людей, чтобы построить город, людей у нас не хватит.

— Сейчас да, людей мало. Но ты привез много соли, значит, зимой детей умрет мало. И через десять лет людей станет уже достаточно, чтобы строить новый город. А еще ты теперь точно знаешь, как доплыть до соли, так что зимой построим еще одну большую лодку, весной ты возьмешь вдвое больше людей и привезешь уже соли столько, что всем хватит на несколько лет. А чтобы у них было там много еды… посмотри, сколько зерна нам удалось собрать вот с этих небольших полей, а там, ты сам же видел, места для полей много. Ладно, заканчиваем разговоры, пошли строить новую лодку…