Девять жизней Je ne vu: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ну да ничего: землю освоят. Где-то через поколение освоят, в смысле, лет через двадцать пять. Потому что сейчас рост населения выглядел в чем-то даже устрашающе: это у на с Малиной только семеро детей родилось, а в среднем в семье рождалось (и выживало, что на самом деле было крайне важно) около девяти детишек. И смертность детская очень сильно сократилась: ведь и с питанием теперь почти везде было хорошо, и люди жили в теплых домах и простужались реже. Правда, люди все равно болели и умирали, но я-то с этим вообще ничего сделать не мог!

Почти ничего: после того, как у жены научились производить серную кислоту, я здешнюю медицину очень сильно вперед двинул. Все же рядом море, а в море водоросли… Откровенно говоря, водорослями я занялся когда народ научил капусту квасить: капуста ведь является одним из не очень многих продуктов, которые из человека йод сильно вытягивают. А вот если йодику людям добавить, в соль добавить или еще куда, то жизнь становится гораздо веселее и насыщеннее. С солью я точно знал, как поступать: в нее не просто йод добавлять нужно, а йодистый калий, который не очень быстро разлагается. Но если йод уже массово производится, а еще очень нетрудно и спиртиком запастись, то разные ранки можно довольно неплохо обеззараживать и люди от какого-нибудь столбняка начинают помирать гораздо реже. И от простой царапины реже загибаются, и даже от полученной в бою с врагами раны. Правда, для обеспечения производства ценным сырьем пришлось кое-каких соседей с берега Черного моря немного отодвинуть, но двигали-то из действительно пока еще немножко, и освоить кусочек побережья было с кем. В прочем, там и местное население особо против смены руководящего состава не возражало: их никто не трогал, налогами на обкладывал — а вот дополнительный источник заработка появился. А как легко и просто из водорослей и серной кислоты получить йод, я на ютубе видел, в канале парня под ником Thoisoi. Очень интересно парень про зимия рассказывал (и показывал), и я его ролики смотрел с удовольствием, хотя и считал, что все это мне в жизни никогда не пригодится. Но — пригодилось, я думаю, что больше половины «химических знаний», которые я жене передал, из его роликов и узнал. А она — применила.

А народ все это и дальше применять будет, а вот когда народу станет раза так в два больше… Собственно, я сейчас в основном об этом и думал, и новенький корабль и выстроил, чтобы детям моим (и внукам, если я их успею увидеть) жилось лучше. У меня был большой уже списочек составлен на предмет того, что этот кораблик мне доставить должен. Я же не зря его таким сделал: пароход со стальным каркасом, длиной в семьдесят метров, шириной в десять почти, с двумя паровыми машинами сил под триста… А вот вся обшивка на нем была деревянная: уже по Дону два полностью стальных пароходика бегало, но пока что, несмотря на все старания, стальная обшивка на них ржавела очень быстро. То есть пока кораблики по реке плавали, было еще терпимо — а вот когда они хотя бы в Азов совались, никакой свинцовый сурик в четыре слоя от ржавчины не спасал. А так как новый пароход я именно под морские плавания готовил, было принято решение на нем всю обшивку сделать деревянной — и получилось вроде неплохо: он уже несколько лет вполне успешно ходил аж в Испанию… в смысле, туда, где Испания когда-то будет, и никаких неприятностей с ним ни разу не произошло. Сейчас кораблик стоял в порту Херсона, там его угольком загружали для предстоящего дальнего плавания.

В принципе, котлы его можно было чем угодно топить, хоть дровами, хоть даже соломой. Но антрацит — он для именно дальнего плавания лучше выглядит… а если уголь внезапно посреди моря закончится, то кораблик и под парусами плыть может. Но уж лучше под парами: плыть предстояло далеко, а время терять очень не хотелось. Потому что у меня была мечта еще успеть полакомиться очень давно не пробованной пищей. Нет, я не гурман какой, но уж очень я соскучился по тому, что дома любил готовить, и потому списочек капитану судна и Володе (который был назначен начальником экспедиции — но не потому, что он моим сыном был, а потому что он лучше других знал, что в моем списке слова обозначают. Простые слова: картошка, подсолнухи, кукуруза, кабачки с тыквами…

Да, вот уже Володя и дорос до должности начальника экспедиции, а я все еще сидел дома с котиками и ждал, пока мне кто0то чт0то вкусненькое принесет. На самом деле даже не мне: у нас, когда я еще совсем мальчишкой был, жил кот, который больше всего на свете любил оладьи с тертыми кабачками. И когда бабушка начинала из готовить, кот тот — глее бы он ни находился — мгновенно материализовывался на кухне и тихо сидел, пожирая бабушку глазами в ожидании первого оладушка. И бабушка всегда ему половину первого оладушка отдавала — а я решил и своих котиков побаловать. Мечтал побаловать: все же возраст уже немалый, мне больше именно мечтать теперь приходилось…

И вот когда я уже отправил сына в Севастополь… в Херсон, не было еще Севатополя! Так вот, когда я лег среди дня немного вздремнуть, ко мне прибежала — на второй этаж — Таффи, и принесла мне одного их своих котят, рыжего, который весь в маму пошел. То есть в маму, когда она молодой была, а теперь Таффи все же заметно поседела. И вообще все же состарилась, у нее в последний раз только два котенка родилось. А через пару минут она мне принесла и второго, серого в полоску, положила обоих ко мне на кровать, сама на нее взобралась, подошла ко мне, лизнула меня в лицо, тихо мяукнула — и убежала. Что меня сильно удивило: все же котятам еще месяца не было, а раньше она меня раньше чем через месяца полтора после рождения к котятам старалась вообще не подпускать. Так что я встал и спустился посмотреть, что же происходит.

Да, время победить мне не удалось, и «этим» — тоже: Тимка лежал на диване, отвернувшись к спинке. А Таффи взобралась на диван, оттуда на меня поглядела, еще раз мяукнула (как я понял, попросила за котятами посмотреть)…Котики мои со мной больше полувека прожили, но время неумолимо. Я мне оставалось лишь надеяться, что жизнь к них была счастливая. Я им такую смог дать, ведь Таффи именно ко мне своих последних котят принесла. Значит, котики решили, что и котятам со мной хорошо будет. А вот как мне без моих славных котиков будет, я не представлял…