Эдвар посмотрел на него слишком резко.
Вот это было интересно.
Он не знал всего.
Или сделал вид, что не знал, слишком хорошо.
Мелисса Хольд подняла бокал, который до этого держала нетронутым.
— Что ж. Кажется, у нас появилась невеста, которую нельзя назвать случайностью.
— Признанная Вейрхольмом, — произнесла Рейна Торн.
— Признанная старым правом, — добавила Астара.
Мерден медленно сел.
Его лицо снова стало спокойным, но теперь это спокойствие не закрывало трещину.
Трещина уже была видна всем.
— Совет признаёт результат обряда, — сказала Астара. — До полного разбирательства Лиана Морр имеет право стоять рядом с князем Дареном Вейром как выбранная невеста, признанная залом корней.
Эдвар поднялся.
— Дом Эйрдан не признаёт…
— Дом Эйрдан, — перебила Астара, — сначала объяснит исчезновение своей истинной невесты, подмену договора и связь своих людей с бумагой, где сказано, что невеста не должна прибыть живой в своём имени. После этого дом Эйрдан сможет возражать громче.
Я бы, наверное, восхитилась, если бы не чувствовала, что силы держаться уходят куда-то в камень под ногами.
Дарен заметил сразу.
Он не схватил меня. Не показал слабости перед Советом. Просто шагнул ближе и предложил руку.
Левую.
— Лиана.
Я посмотрела на его ладонь.
На Совет.
На Мердена, который думал уже не о моём происхождении, а о том, что ещё может спасти его от документов.
На Эдвара, который вдруг выглядел не только злым, но и встревоженным.
На лорда Лиар, чей страх был почти красивым в своей искренности.
Потом вложила пальцы в руку Дарена.
Свет на моём запястье тихо пульсировал.
Не как оковы.
Как напоминание.
Я выбрала.