Читать книгу «Алхимик должен умереть! Том 2» онлайн.

Я слушал и впитывал. Каждое слово ложилось в картину, которую мой разум выстраивал с жадной, голодной ясностью. Итак, Лис действительно бастард Голицына. Не подделка, не фикция, а настоящий, живой факт, похороненный четырнадцать лет назад в тверской земле вместе с горничной Дарьей.

— Почему именно сейчас? — спросил я.

Это был прямой вопрос. Возможно, слишком прямой для приютского мальчишки, только что спасенного от рудников. Но, как я уже упоминал, мне осточертело притворяться. Тело было измотано, источник пуст, резервы хитрости и осторожности выжжены до дна. Оставалось только неуемное желание докопаться до сути.

Глава 29

Анна Дмитриевна не удивилась вопросу, словно именно его и ждала.

— Потому что три дня назад кое-кто совершил поступок, который невозможно было проигнорировать.

Она не уточнила, что это был за поступок, и откуда ей стало об этом известно, но посмотрела на меня так, что я понял: она знает. Возможно не все, но вполне достаточно.

— Я наблюдала за вами с первого визита в приют, — продолжила она. — Мальчик, который составляет отчеты, недоступные половине чиновников губернской управы. Мальчик, который лечит кучера средствами, которых нет в аптекарском реестре. Мальчик, чьи успокоительные пилюли действуют лучше, чем продукция лицензированных алхимиков.

Она медленно загибала пальцы.

— И внезапно эфирный всплеск первого класса. В приюте. Там, где максимальная магическая активность исходит от охранных рун на стенах, которые я сама когда-то оплачивала.

Графиня устало откинулась на спинку сиденья. И это было первое человеческое проявление слабости, которое я от нее увидел.

— Я не знаю, кто вы на самом деле, Алексей. Но я знаю, кем вы уж точно не являетесь. Вы не простой приютский сирота и даже не заурядный отпрыск княжеского рода. И мой долг перед вашей матерью, которую я знала, и перед собственной совестью не позволить Синклиту уничтожить вас.

Вот оно что! Выходит, графиня лично знала Дарью, мать Лиса. Еще один фрагмент мозаики встал на место.

Я ничего не ответил и, кажется, на минуту глубоко задумался. Карета покачивалась, колеса стучали по мостовой, за окном проплывали фасады домов, чем дальше от приюта, тем чище и наряднее. Мы двигались в сторону центра.

Виленский деликатно кашлянул.

— Позвольте практическое замечание, ваше сиятельство. — Он обращался к графине, но говорил и для меня. — Юридически ситуация молодого человека теперь следующая. Обвинения сняты. Процессуальные нарушения зафиксированы мною в протоколе и будут направлены в канцелярию Судебной палаты. Факт происхождения неопровержимо подтвержден архивом Дворянской Герольдии. Однако признание Алексея законным сыном князя Голицына — отдельная процедура, требующая либо добровольного акта со стороны князя, либо решения Сената.

Он повернулся ко мне.

— До тех пор, молодой человек, вы находитесь в подвешенном положении. Формально вы дворянин по крови, но без документального статуса. Фактически же состоите под защитой Анны Дмитриевны, как вашей попечительницы. Советую вам не покидать ее дом без сопровождения. И пока что ни при каких обстоятельствах не использовать магию.

Последнюю фразу он произнес с особым нажимом, окинув меня пристальным взглядом. Мне даже показалось, что он знает или хотя бы догадывается, что мои способности выходят далеко за рамки того, что должен уметь обычный одаренный магией подросток.

— Я понимаю, — кивнул я.

И я действительно понимал. Мое положение было лучше, чем час назад, неизмеримо лучше. Но оно отнюдь не являлось безопасным. Синклит отступил, но не исчез. Верховский сейчас наверняка составляет рапорт, в котором постарается представить ситуацию в выгодном для себя свете. Князь Голицын, когда узнает последние новости, может отреагировать непредсказуемо. Бастард, о существовании которого он предпочел забыть, внезапно воскресший и связанный с магическим скандалом, — это совсем не подарок. Более того, — это проблема.

А еще Мышь, Тим и Костыль. Через два часа за ними приедет экипаж. Они окажутся в доме графини, в чужом, непонятном, пугающем мире. Мышь, которая несколько дней назад чуть не умерла. Тим, который до приюта жил под мостом. Костыль, который доверяет только мне и силе своего характера.

Мне нужно будет подготовить их и объяснить, как действовать дальше. Но для начала следует понять, где мы конкретно окажемся, в каком статусе и с какими перспективами.

Карета свернула на широкую, обсаженную липами улицу. Дома здесь стояли в глубине участков, за коваными оградами. Это были самые настоящие особняки. Жилье старого устоявшегося привилегированного дворянства.

Экипаж остановился у ворот двухэтажного дома с белыми колоннами и неброским фронтоном. Ни герба, ни вензелей на фасаде, ни вычурных статуй возле стен. Только ухоженный палисадник и чисто выметенные дорожки.

Кучер, тот самый Афанасий, которому я помогал с его недугом, спрыгнул с козел и открыл дверцу.

Виленский вышел первым и подал руку графине. Она ступила на землю и, обернувшись ко мне, сказала:

— Добро пожаловать, Алексей.

Я выбрался из кареты. Ноги были ватными, перед глазами вновь поплыло, но я изо всех сил старался твердо стоять на земле. Свежий, чистый, пахнущий цветами ветерок ударил в лицо, придавая сил.

Дом. Настоящий дом. С камином, десятками комнат и дорожкой, которую кто-то подметает каждое утро.