— Всем оставаться на месте! Бросить оружие! Лечь на настил!
Гера даже головы не поднял.
— Ага. Щас. Прямо бегу.
Потом сверху бахнули первые выстрелы.
Пули пошли по перилам, по воде, по краю бетонной стены. Одна с визгом ушла в ржавую раму прямо над матерью.
Лиза пригнулась над ней и заорала:
— Быстрее! Не тормозите, мать вашу!
— Не ори, — сказала мать с полотнища. — Я и так стараюсь лежать достойно.
— Мам!
— Что "мам". Если нас сейчас красиво убьют, я хотя бы не хочу выглядеть мешком с картошкой.
— Вот умеет человек выбрать момент, — пробормотал Гера.
Я дал короткую очередь по мосту, просто чтобы пригнуть стрелков. Вера добавила сразу справа. На мосту засуетились, кто-то залёг за дверью машины.
Голос внутри тихо сказал:
Бронекатер выходит на прямую линию.
До огневого контакта — сорок секунд.
Я обернулся к воде.
Катер шёл быстро. Чёрный, низкий, с щитом на носу и двумя фигурами за турелью. Небольшой, но нам такого хватит за глаза.
— Катер! — крикнул я. — Справа по воде!
Борисыч только коротко матюкнулся.
— Нам ещё этой радости не хватало.
— У нас сегодня комплект, — сказала Вера.
Баржа была уже совсем рядом. Полузатопленная, старая, с облезшим бортом и рубкой без стёкол. На вид — кусок ржавого железа, который давно должен был уйти на дно. Очень надеюсь, что вид обманывает.
Анна первой увидела главное.
— Трос! — крикнула она. — Она сидит на магнитном замке!
И правда. Баржу держал не только швартов. К борту шла толстая стальная лапа старого причального фиксатора. Пока её не скинешь, с места не двинемся.
— Ну конечно, — сказал Гера. — А то вдруг у нас всё будет слишком просто.
Голос внутри отозвался:
Причальный фиксатор активен.
Снятие возможно с панели на правой тумбе или вручную с аварийного рычага на борту.
Время ручного снятия — ориентировочно двадцать секунд.