РОЗЫСК. ОСОБО ОПАСЕН. АРТЁМ КРАЙНОВ ЖИВ.
Гера аж присвистнул.
— О. Смотри. Поздравляю. Ты официально воскрес.
Я смотрел на экран и чувствовал внутри странную смесь.
Злость.
Облегчение.
И ещё что-то.
Как будто тебя годами держали в яме, а потом выволокли на свет и сказали: на, держи, теперь ты враг уже официально.
Голос внутри сухо заметил:
Статус внешнего реестра обновлён.
Признан активной целью.
— Спасибо, — сказал я.
— Всегда пожалуйста, — ответила эта зараза у меня в голове.
Анна спустилась последней и встала рядом, тяжело дыша.
— Вот и всё. Теперь ты не мертвец по бумагам. Теперь ты проблема публично.
— Ты говоришь так, будто это подарок.
— Для тебя — да. Для меня — скорее конец тихой жизни.
— Была тихая?
Она посмотрела на экран, где снова крутился мой снимок, и усмехнулась без радости.
— Не настолько.
Баржа стояла у дальнего края камеры. Между нами и ней шёл узкий сервисный мост. Старый. Скользкий. А по противоположному берегу уже двигались фигуры в сером.
Они нас пока не видели точно. Но это был вопрос минут.
— На баржу, — сказал я.
— Погоди, — отрезал Борисыч.
Он показывал вверх.
По мосту над рукавом ехала ещё одна машина стражи. А за ней — чёрный бронекатер по воде. Небольшой, но быстрый. И шёл он как раз сюда.
— Не успеем, — сказала Вера.
— Успеем, — сказал я.
— У тебя это любимое слово.
— Потому что иначе всё совсем тухло.