Читать книгу «Золотая лихорадка. Урал. 19 век. Книга 7» онлайн.

— Отбивай — крикнул я ей.

— На связи Воронов. Что стряслось? Завал? Люди целы?

— Люди целы, — уже расшифровывала она. — Привод встал. Главный ремень лопнул на промывочном барабане. Хлестнуло знатно, кожуха помяло, но никого не задело.

Я выдохнул. Железо чинится, люди — нет.

— Спроси — запасной ставили?

Дождавшись обратной связи, Аня выдала:

— Так нету запасных! — ткнула она пальцем в длинную запись на бумажке. — Последний на прошлой неделе износился, его дратвой сшивали. Встали мы, Андрей Петрович. Золото лежит, вода идет, а барабан стоит.

Я ёрзал на стуле, барабаня пальцами по столешнице.

В обычной жизни, той, местной, девятнадцатого века, это означало бы катастрофу локального масштаба. Несколько дней простоя. Несколько дней рабочие сидят в бараках и жрут кашу, не принося ни копейки прибыли, пока приказчик поскачет в город, найдет кожевенника, купит втридорога ремень из бычьей шкуры, привезет его обратно… А потом этот ремень снова растянется от сырости через неделю.

Но мы строили другую жизнь.

— Отбивай, — диктовал я дальше.

— Отставить панику. — Ждите. К вечеру запуститесь.

— Как к вечеру? — пришел ответ. — До города верст полста, да пока найдут…

— Я сказал — ждите. Конец связи.

Я щелкнул тумблером и отправился к Мирону Черепанову, который колдовал над чертежом нового клапана.

— Мирон, есть готовые резиновые приводные ремни? Те, что с пеньковой прошивкой внутри?

Черепанов поднял голову.

— Есть, Андрей Петрович. Три штуки лежат на складе, вулканизированные, отлежавшиеся. Черные, как грех, но крепкие. Я один на разрыв пробовал лебедкой тянуть — трос лопнул, а ремню хоть бы хны.

— Грузи один на «Ефимыча». И гони на «Змеиный». Лично проследишь за установкой.

Мирон расплылся в улыбке. Ему, как и мне, нравилось утирать нос обстоятельствам.

— Сделаем. Только шкивы там под кожу рассчитаны, может проскальзывать.

— Канифоли возьми. И натяжитель подкрутишь. Эта резина тянется не так, как кожа, она упругая. Действуй.

Через полчаса я видел в окно, как паровой тягач, выбрасывая клубы дыма, рванул в сторону тракта. В его кузове, свернутый в тугую черную бухту, лежал наш ответ кожевенным монополиям.

Следующие три часа тянулись медленно. Я занимался текучкой, просматривал счета, ругался с мастерами, но мыслями был там, на «Змеином». Получится ли? Кожа — материал проверенный веками. Резина — наш новодел.

Ближе к вечеру морзянка снова запищала.

— Запустили! — транслировала Анютка.

— Спроси как идет?

— Как по маслу! Даже лучше! Ни проскальзывания, ни рывков. Ровно крутит!

Я представил эту картину. Огромный вращающийся барабан, тонны мокрой породы, и все это крутится благодаря тому, что мы сварили в котле из нефтяных отходов и серы.

Аня снова записывала морзянку со «Змеиного».