Читать книгу «Золотая лихорадка. Урал. 19 век. Книга 7» онлайн.

— На второй линии ремень тоже на ладан дышит. Весь в трещинах. Пошлете еще парочку.

— Скажи, что будут, — коротко ответил я. — Пришлю с обозом. Работникам привет.

Я отключил связь и позволил себе довольную ухмылку.

Это была первая ласточка.

Вторая прилетела на следующее утро с «Каменного Лога». Там проблема была другая, но не менее мерзкая. Цепные насосы, поднимающие воду из глубоких шурфов, текли по всем швам. Прокладки из промасленного войлока и кожи деревенели, переставали держать герметичность, и вода хлестала фонтанами, заливая людей и механизмы.

— Отправь им кольца, — сказал я Мирону, когда он вернулся. — Те самые, что мы нарезали из листовой резины.

— Размеры могут не подойти, — усомнился механик. — Там фланцы кустарные, кривые.

— Резина мягкая, Мирон. Она подожмется. Где надо — расплющится, где надо — заполнит каверну. Это тебе не кожа, её размачивать не надо.

К обеду радиограмма с «Каменного Лога» подтвердила мою теорию.

«Течи устранены полностью. В насосной сухо. Помпа качает в полную силу, давление держит. Пришлите еще ведро таких колец, мы всю линию переберем».

Я сидел в конторе, глядя на карту своих владений, приколотую к стене. Флажки обозначали прииски, красные линии — дороги.

Раньше я видел только золото. Теперь я видел систему.

Дверь открылась, и вошли Раевский с Аней. Раевский тащил толстую конторскую книгу, Аня несла поднос с кофейником.

— Андрей Петрович, — с порога начал Александр, водружая свой фолиант на стол. — Я тут систематизировал данные по нашим «резиновым заплаткам».

Он раскрыл журнал. Страницы были расчерчены в идеальные таблицы.

— Смотрите. Срок службы кожаного ремня в условиях сырости и холода — три недели максимум. Потом он тянется, начинает проскальзывать, требует подрезки и перешивки. Наш резиновый образец на лесопилке работает уже второй месяц. Износ — минимальный. Эластичность не потеряна.

— Экономика? — спросил я.

— Кожаный ремень стоит рубль серебром в городе. Плюс доставка. Наш обходится в… — он глянул на Аню.

— В двадцать копеек, — подхватила она, разливая кофе. — Если считать серу и зарплату Архипа. Мазут и пеньку мы считаем условно бесплатными.

— Пятикратная выгода, — подытожил Раевский. — И это только прямые расходы. А если посчитать отсутствие простоев? Вчерашний случай на «Змеином» сэкономил нам сотни рублей. Если бы мы ждали обоз из города…

Он не договорил, но смысл был ясен. Мы перестали зависеть от капризов снабжения.

— Это нужно ставить на поток, — сказал я, беря чашку. — Мы не можем лепить каждую прокладку на глазок, по месту.

— Верно! — Аня поставила чашку передо мной, и её глаза блеснули. — Андрей, я сегодня смотрела, как мужики на «Каменном» ставили наши кольца. Они их подрезали ножом, подгоняли… Это варварство.

Она вытащила из папки лист бумаги.

— Я тут набросала. Три типоразмера для фланцев насосов. Два типа приводных ремней по ширине. Четыре вида манжет. Если мы приведем все наши механизмы к этим стандартам, нам не нужно будет каждый раз придумывать как закрыть дыру.

Я посмотрел на чертеж. Четкие линии и размеры.

— Мирон! — крикнул я в приоткрытую дверь, ведущую в мастерскую.

Черепанов появился мгновенно, вытирая руки ветошью.

— Тут.

— Смотри, — Аня подвинула ему чертеж. — Сможешь сделать шаблоны? Железные. Чтобы любой подмастерье мог взять лист резины, положить шаблон, обвести и вырезать. И чтобы точно, без ошибки.