– Да, сэр. У вас очень серьезный случай пневмонии. Я позвоню в стационар, вас положат сегодня.
Старик уставился на него:
– А если я не хочу в больницу?
– Ну, вы можете умереть, полагаю. Вы не обязаны поступать правильно. Вам решать.
– И как долго меня там будут держать?
– Недолго. Три-четыре дня. Может, неделю. По-разному бывает. Сейчас можете одеваться.
Доктор Мартин отошел от старика, взял карту со стола. Собрался было уходить, но вдруг помедлил и взглянул на мальчика.
– Ты поступил правильно, настояв, чтобы дедушка показался врачу, – сказал он. – Как тебя зовут?
– Ди-Джей Кефарт.
– Сколько тебе лет?
– Одиннадцать.
– Да. Что ж, ты молодчина. Большой молодчина. Можешь гордиться, что заставил его показаться мне. Вряд ли ведь это было легко?
– Не слишком-то сложно, – ответил мальчик.
Старый доктор вышел из смотровой и закрыл дверь.
Старик принялся одеваться, но застегнул одну пуговицу рубашки не на ту петлю, так что одежду перекосило.
– Вот, – сказал он. – Поправь эту дрянь. Ничего не могу сделать.
Мальчик расстегнул рубашку и застегнул снова, а старик сидел, задрав подбородок, и пялился на схему сердца, висевшую на стене.
– Не слишком-то задирай нос из-за того, что он тебе сказал, – объявил он.
– Я не задираю.
– Вот и не задирай. Ты хороший парень. Этого довольно. А теперь помоги мне застегнуть комбинезон и пошли отсюда. Нужно узнать, что скажут в регистратуре.
Мальчик застегнул лямки комбинезона на старике, и тот поднялся со стула.
– Где мой носовой платок?
– Он в твоем заднем кармане.
– Правда?
– Да. Ты сам его туда положил.
Старик вынул грязный платок, прочистил горло и сплюнул, затем вытер рот и вернул тряпицу в карман, вместе с мальчиком покинул смотровую, прошел по коридору к регистратуре, чтобы узнать, что от них требуется дальше.
17
Был уже конец дня, когда медсестра положила старика в палату к Рэймонду Макферону. Она подкатила нового пациента в кресле-коляске к пустой койке у двери, нажала на ручной тормоз и сказала старику переодеться в больничную одежду, которую ему положили в изножье кровати.
– Разрез сзади, – уточнила она. – После я вернусь и вас устрою.
Она наполовину зашторила занавески возле его кровати и ушла. Мальчик проследовал за ними в палату и теперь стоял возле дедушки, по-прежнему сопровождая его, как и на протяжении всего дня.