– Он тут давно околачивается, ещё с выставки. Видали её? Мистер Смит выставил его против пса Милсворда и опять проиграл.
– А вы очень осведомлены, леди.
Женщина фыркнула от такого обращения. С задранной на колени юбкой и в компании ночных горшков она вовсе не чувствовала себя «леди».
– Да этот Смит каждый год какую-нибудь псину выкидывает, а нам тут и без того собак хватает. Хотите – забирайте!
Ретривер смотрел робко и доверчиво. Когда Эдельхейт показал ему пустую ладонь, пёс понюхал её и лизнул. Гай попросил женщину за пенни вынести собаке поесть, но та запросила три. Гай согласился, а после забрал пса с собой. «Среди арендаторов миссис Палмер, кажется, есть семья с ребёнком, который был бы счастлив за ним приглядеть».
Впоследствии пёс, которого Гай начал кликать Винсент, частенько убегал от той семьи, скрёбся в дверь на чердак и так лежал на пороге, пока дверь не открывалась. Эдельхейту казалось это невероятно трогательным, и он очень просил миссис Палмер не ругаться и не гнать собаку. Та под взглядом магических глаз Эдельхейта сдалась.
В один из таких дней Гай как раз лежал на диване, закинув ноги на подлокотник, как услышал на лестнице шаги двух человек. Винсент заволновался и поспешил спрятаться под кровать. «Сторожевым псом его можно не ставить», – вздохнул Эдельхейт. Но тут в дверь постучали, и миссис Палмер доложила:
– Мистер Эдельхейт, к вам миссис Браун.
– Пусть войдёт. – Гай поспешил подняться и надел круглые чёрные очки. – Мистрис Браун, прошу, проходите. Мне так жаль, что я не смог увидеться с вами раньше.
Глаза домовладелицы при этих словах смущённо забегали, но она всё же вышла, оставив неженатых мужчину и женщину наедине. Интересно, насколько старательную хозяйку хватит, прежде чем она уступит искушению пустить на кухне слухи?
– Похоже, мистрис Палмер считает наше уединение предосудительным, – улыбнулся Гай. – И я даже склонен с ней согласиться. Моё общество пагубно для вашей репутации и уж точно не придётся по нраву вашему отцу. Кстати, как он?
Инес деликатно прошла в комнату. В этот раз на ней было светло-серое платье в тёмную полоску и большой бант на шляпке и турнюре.
– Ему намного лучше, и он снова занялся работой, – уклончиво ответила Инес.
Она начала теребить оборку платья, словно чувствовала себя неловко. Не смотрела Эдельхейту в глаза. Впрочем, глаза он спрятал за очками. После бессонной ночи и работы они сильно покраснели.
– Мистрис Бра…
– Прошу простить мне моё нетерпение, мистер Эдельхейт. Я беспокоилась о вас, поэтому пришла вас навестить.
– Беспокоились обо мне?
Инес подошла и протянула ладонь к уже заживающей шишке на лбу Эдельхейта, но тот отшатнулся. Миг, полный неловкости. Смятая в ладони кружевная перчатка. Смущённое покашливание и рефлекторный жест, поправляющий очки.
– А-а… как ваша голова? – нарочито беспечно заговорила Инес, блуждая взглядом по комнате.
– Прекрасно размышляет. Однако в следующий раз я бы предпочёл прогулку на экипажах, – отшутился Эдельхейт.
– Вы не пришли на приём к графине, хотя были приглашены. Вот я и подумала, что вам может нездоровиться.
– А ваш отец, стало быть, приходил и наверняка рассказывал, что я от стыда и позора не смею показаться на людях.
Инес откашлялась и посмотрела в сторону. Эдельхейт попал в точку.
– Что ж, – продолжил он, – смею вас заверить, что причина иная: мне просто не хотелось идти.
Инес удивлённо вскинула голову. Как легко Эдельхейт отмахнулся от приглашения одной из самых именитых женщин города, как легко проигнорировал приём, на который мечтает попасть весь Гласстон. Вот бы и самой Инес так же просто делать то, что хочется ей, и руководствоваться исключительно своими желаниями.
– Однако, если бы я знал, что там будете вы, я бы непременно пришёл… чтобы узнать новости о нашем деле, разумеется.
На миг появившийся румянец Инес тут же пропал. Она сделала вид, что у неё першит в горле, а когда подняла голову, то снова имела исключительно деловой вид.
– Я узнала имя, но пришлось кое-что пообещать…
– Что-то серьёзное?
– Вы должны по окончании расследования дать комментарий мистеру Эрмсу. Он был крайне воодушевлён такой перспективой. Я прошу прощения, что решила за вас…