– Выучили ли вы урок? – Люси заставила себя утвердительно кивнуть. – Ну, пожалуйста, я вас слушаю.
Она дочитала стихотворение и широко улыбнулась сестре Марии.
– Хорошо.
Люси уже хотела пойти на место, но учительница знаком велела ей остаться.
– Что вы вынесли для себя из этого стихотворения?
Девочка открыла рот, она не знала, что ответить.
– Задам вопрос по-другому. О чем говорится в этом стихотворении?
Люси выдавила:
– О Деве Марии.
– И как она представлена в нем?
– Как пристанище.
– И как еще?
– Как добрая, нежная мать.
Директриса кивнула.
– Вот именно. То есть, как вы считаете, мадемуазель Дефоре, мать может быть злой и плохой?
– О нет, конечно, нет!
– Я с вами совершенно согласна. Ну а как тогда объяснить, что ваша мать как раз такова?
Мертвая тишина повисла в классе. Люси почувствовала, как почва уходит у нее из-под ног.
– Дети, послушайте меня. Ваша подруга – в ужасной беде. Ее мать, супруга господина Дефоре, руководителя экономического отдела нашей администрации, потребовала у него развод!
Дети разом охнули в ужасе. Люси с трудом разбирала слова, глаза застила красная пелена. Она стиснула челюсти, пытаясь сохранить самообладание. Перед ней маячило лицо Мадлен – та тоже была потрясена.
– Развод – это смертный грех. Если мадам Дефоре будет упорствовать, она попадет прямиком в ад. – Монашка повернулась к Люси: – Ты этого хочешь? Чтобы твоя мать отправилась в ад?
От возвращения привычного «ты» Люси совсем растерялась и расплакалась. Нет, конечно, она этого не хотела.
– Значит, ты будешь молиться. – И сестра повелела ей встать на колени перед всем классом и читать вслух «Отче наш» и «Богородице, Дево, радуйся», и потом еще пять раз повторить: «Господи, сделай так, чтобы моя мать отказалась от развода».
Люси, выполнив все, с трудом поднялась на ноги. Колени болели. Мир вокруг был страшным и враждебным. Когда она села на место, директриса сказала ей:
– Если ты любишь свою мать, то помешаешь ей развестись.
Люси чувствовала себя как в печи, огромной адской печи, разверзшейся в земле. Оттуда вырывались языки пламени, высокие, как морские волны. Океан огня и ужаса. «Мама! – закричала Люси во все горло. Алое пламя заполонило все, она не могла сделать ни шагу. – Мама…» Внезапно перед ней появился мост. Она, ни на секунду не усомнившись, побежала по нему, чтобы найти маму. Но внутри кратера вулкана, среди огненной лавы, была только маленькая девочка. Она сама.
На следующий день Люси не стала пытаться обнять сестру Марию де Гонзага. Она встала в шеренгу, как всегда рядом с Мадлен, которая осмелилась взять ее за руку, как будто ничего не произошло. Люси ни о чем не рассказала дома, ее сердце тонуло в горе. Голова слишком полна была воспоминаниями о ночном кошмаре.
– Мадемуазель Дефоре.
Сердце заколотилось. Поскольку она не тронулась с места, сестра Мария де Гонзага повторила ее имя. Люси вышла к доске, и пытка возобновилась. Стоя на коленях на паркете, она умоляла Всевышнего, просила прощения за мать, за свою неправильную мать. Директриса не смягчалась ни на йоту.
– Пресвятая Дева благословит тебя, если тебе удастся спасти мать от развода до 15 августа.