«Это был тот, который мистер Ридер дал нам, когда принес ту карточку от жены ректора. Она была составлена миссис Ридер и содержала имена всех тех, кто определенно был осведомлен о распорядке, которому следовала жена полковника. Хепворта в списке не было».
«Это не имеет значения. Он наблюдатель, сэр. Если бы она была его целью, он бы держал ее под наблюдением в течение некоторого времени».
«Да», — признал Колбек, — «я могу себе представить, что он это сделает».
Они продолжили свой путь в деревню. Вернув нанятых лошадей, они вернулись в «Черный Бык». Колбек сначала смыл с себя грязь, которую он набрал во время боя, затем сменил одежду. Он спросил хозяина, где живет его наименее любимый клиент, и им указали на коттедж на внешней окраине Саут-Оттерингтона. Это было маленькое, низкое жилище для высокого, грузного человека, и они поняли, почему Сэму Хепуорту негде было играть со своими солдатами. Они постучали в дверь, но ответа не последовало. Когда Лиминг заглянул в пыльное окно, наполовину скрытое плющом, он никого не увидел внутри. Колбек повел их вокруг коттеджа, и они увидели, что кто-то все-таки был дома. Краснолицая девушка с копной каштановых кудрей развешивала белье на веревке. От нее веяло угрюмой обидой, словно эта работа была наказанием, наложенным недобрым родителем. Несмотря на то, что она увидела их через забор, она продолжила свою работу.
«Вы Джинни Хепуорт?» — спросил Колбек.
«Может быть», — нахально ответила она.
«Мы точно знаем, что ты такой», — сказал Лиминг, раздраженный ее грубостью. «Мы встретили твоего брата сегодня утром на церковном дворе».
«Наш Сэм всегда рядом».
«Мы бы очень хотели поговорить с вашим отцом».
«Нашего папы здесь нет».
«Ты знаешь, где он, Джинни?»
«Мы с мамой пошли гулять в воскресенье».
«И они оставили тебя делать всю работу, я вижу», — сказал Колбек. «Это было очень несправедливо с их стороны. Сегодня должен быть день отдыха. Когда они вернутся?»
«Понятия не имею».
«Вы знаете, кто мы?»
«Вся деревня знает».
«Тогда, возможно, ты скажешь своему отцу, что мы хотели бы поговорить с ним в «Черном быке». Ты также можешь сказать ему, — сказал Колбек, добавив информацию в качестве приманки, — что мы произвели арест».
«Понятно», — сказала она, прикрепляя последний предмет на веревке, прежде чем скрестить руки. «Кто же тогда у тебя?»
«Мы расскажем твоему отцу».
«Вы ведь работали в большом доме, не так ли?» — спросил Лиминг.
«Да, со мной плохо обращались».
«Как у вас сложились отношения с полковником?»
«Полковники были худшими».
«Так он тебе не понравился?»
«Нет, меня выгнали».
«Но твой отец заступился за тебя. Он нам так сказал».
«Да, именно так. Наш отец отчитал полковника, типа».
«И он, вероятно, написал ему, не так ли?» Ее веки сузились от подозрения. «Как любой хороший отец, он хотел бы защитить свою дочь. Держу пари, что он отправил письмо с жалобой. Я восхищаюсь им за это. Из того, что он сказал, мне кажется, что с тобой обошлись очень подло».
«Я был там — по крайней мере, полковник и миссис Уизерс».
«Получил ли ваш отец ответ на свои письма?»