Железная дорога в могилу: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Тогда девушка, должно быть, ошиблась», — сказал Колбек, придумывая по ходу дела. «Лотти Перл спит в мансарде наверху дома. Она клянется, что видела, как ваша дочь Джинни пробралась ночью в дом и просунула письмо через дверь».

«У Лотти были видения».

«Тогда нам придется положиться на показания миссис Уизерс. Она знает этот секретный путь из деревни в дом. По ее словам, Джинни вышла оттуда однажды ночью с чем-то в руке».

Хепворт прорычал: «Как они могли что-то увидеть в темноте?»

«Это справедливое замечание, сержант, поэтому было бы неправильно обвинять вас на основе того, что они утверждают. К тому же, в этом нет необходимости. У нас все еще есть эти письма. Все, что нам нужно сделать», — продолжил он, указывая на письменные принадлежности, — «это попросить вас написать несколько строк, которые мы сможем сравнить с почерком на этих конкретных письмах». Он повернулся к Лимингу. «Сколько их было, Виктор?»

«Три, сэр».

«Из всех, кто писал, этот анонимный автор был единственным, кто обвинил полковника в неподобающем поведении с его экономкой». Он улыбнулся Хепворт. «Разве это не то же самое заявление, которое вы сделали на нашем слушании, сержант?» Он поставил перед собой чернильницу. «Напишите что-нибудь для нас, пожалуйста».

«Вы не заставите меня сделать это», — с вызовом заявила Хепуорт.

«Это правда — мы не можем вас заставить. Но, с другой стороны, нам это и не нужно».

'Что ты имеешь в виду?'

«Нам просто нужно поговорить с вашими работодателями», — сказал Колбек. «Вы, несомненно, регулярно отправляете отчеты, так что будет много примеров вашего почерка. Когда вам вынесут приговор в суде, судья примет во внимание тот факт, что вы отказались сотрудничать после того, как ваша уловка была раскрыта».

«У тебя даже не хватило смелости самому доставить письма, — насмешливо сказал Лиминг. — Ты вовлек в это своего собственного ребенка».

«Джинни предложила», — сказал Хепворт, отшатнувшись в ужасе от своего непреднамеренного признания. «Послушай», — продолжал он с нервным смехом, — «почему бы мне не угостить тебя выпивкой, и мы забудем обо всем этом? Полковник мертв. Ничто из того, что кто-либо написал о нем, теперь не может ему навредить».

«Это может навредить его детям», — указал Колбек. «Это может вызвать отвращение у его друзей, в том числе у суперинтенданта Таллиса. Давайте узнаем правду, сержант Хепуорт, или вам будет хуже. Вы более или менее признались, что написали эти три письма, не так ли? Вот что вы можете написать на бумаге». Он положил перед собой листок. «Если у нас будет признание, это сэкономит массу времени в суде и избавит вас от дальнейшего унижения». Он протянул ручку. «Возьмите ее. Напишите что-нибудь, что вы действительно достаточно смелы, чтобы подписать».

Хепворт был в панике. «Не подавайте на меня в суд», — умолял он. «У меня жена и дети, которых нужно содержать. Джинни не может найти работу, а если вы встречались с Сэмом, то видели, что он немного слабоумный. Да, признаюсь, я нацарапал несколько строк полковнику, но только потому, что все еще был на него зол. Мы все пишем порывисто, о чем потом жалеем».

«Не три раза подряд», — сказал Лиминг.

«Я полицейский, один из ваших».

«Вы никогда не попадете в столичную полицию».

«У меня здесь есть положение, — сказал Хепуорт. — Меня уважают».

«Не я, сержант».

«И я тоже», — сказал Колбек. «Тот, кто посылает отравленные письма скорбящему мужу, не заслуживает уважения. Ты позоришь эту форму».

«Простите», — проблеял Хепуорт. «Я не хотел этого делать».

«Подумайте о том, какую жгучую боль причинили полковнику ваши письма».

«Это было неправильно с моей стороны, инспектор. Я чувствую себя виноватым».

«Я не видел никаких признаков вины».

«Дайте мне шанс, умоляю вас».

«Тебе придется многое сделать, чтобы искупить свою вину».

«Я сделаю все, что ты скажешь», — пообещала Хепворт, — «только, пожалуйста, не губи меня. Я не вынесу, если ты отправишь меня в тюрьму».

«Твой брат там надзиратель, не так ли?» — спросил Лиминг, наслаждаясь неудобством мужчины. «Ты сможешь видеть его чаще».

«Подумай о моей жене, подумай о моих детях».