«Есть ли повод для празднования?» — спросил он, подходя.
«Это личное дело, сэр», — сказал Колбек, — «и оно не связано с делом. Спасибо, что присоединились к нам. Могу я предложить вам выпить?»
Ридер сел, выпивка была заказана, и вскоре все трое заговорили о расследовании. Банкир смог предоставить некоторые дополнительные подробности о Майкле Брантклиффе.
«На свой двадцать первый день рождения он получил немного денег», — сказал он. «Любые надежды на то, что это сделает его более ответственным, вскоре рухнули. Он начал растрачивать их по мелочам на азартные игры. В этом отношении он и Адам были соучастниками преступления. Когда они не играли в азартные игры или не искали сомнительную женскую компанию, они вместе ходили на охоту».
«О?» — удивился Колбек. «Молодой мистер Тарлтон рассказал мне, что его отчим не позволял ему иметь доступ к огнестрельному оружию. Полковник ему не доверял».
«Вот почему Адам одолжил дробовик у Брантклиффа. Это был еще один способ бросить вызов полковнику. Они вдвоем отправились стрелять по пернатой дичи. Когда они выпивали слишком много, они иногда стреляли в окна людей просто ради развлечения».
«Их никогда не преследовали?»
«Нет, инспектор, ничего невозможно доказать».
«Где я могу найти Брантклиффа? Кажется, он исчез».
«О, я не думаю, что он будет слишком далеко», — сказал Ридер. «Он, вероятно, живет во грехе с распутной женщиной, если я его знаю. У него всегда было определенное развратное очарование».
«Следует ли его считать подозреваемым в убийстве?»
«Должен признаться, он не очевидный, потому что он никогда не был виновен в реальном насилии. Но он высказывал ужасные угрозы, когда его приговорили. Я помню, как полковник рассказывал мне о них».
«Подождите-ка», — сказал Лиминг. «Конечно, угрозы были адресованы полковнику, а не миссис Тарлтон».
«Я полагаю, что самый большой способ причинить ему боль — убить его жену», — сказал Ридер. «Полковника оставили бы мучиться до тех пор, пока он не смог бы больше это выносить».
«Кажется, вы знали его лучше, чем кто-либо другой, мистер Ридер», — сказал Колбек. «Может быть, вы расскажете нам, почему он регулярно приезжал в Донкастер?»
Читатель пожал плечами. «Я не знал, что он это сделал».
«Разве он не доверился тебе?»
«Ну, да, но были определенные области его жизни, о которых он никогда не рассказывал. Его служба в армии была тому примером. Очевидно, он наслаждался этим периодом, но для меня он оставался закрытой книгой. Я мог бы привести вам и другие примеры его скрытности».
«Это может быть еще одним примером», — сказал Лиминг. «Ваша жена понятия не имела, почему он мог выбрать Донкастер, сэр. А вы?»
«Нет, не знаю», — ответил Ридер. «Я заинтригован так же, как и вы».
«Что действительно интригует нас, — сказал Колбек, — так это резкая перемена в судьбе семьи. Как они могли потерять столько денег?»
Читатель был резок. «Это откроется в свое время. Даже дети не знают всех подробностей, поэтому я не могу раскрыть их вам. В конце концов, они не имеют никакого отношения к убийству».
«Они могут иметь отношение к самоубийству», — утверждает Колбек.
«Прошу прощения. Я молчу, инспектор. У меня здесь профессиональный долг. Полковник и его жена были моими клиентами много лет. Я не могу обсуждать с вами их дела».
«Да будет так».
«Я осмелюсь предположить, что вы также пытались вытянуть информацию из мистера Эверетта. Я вижу, что вам это не удалось».
«Он был таким же сдержанным, как и вы, сэр», — сказал Колбек, — «поэтому мы подождем. Сейчас приоритет — найти и допросить Майкла Брантклиффа. Я удивлен, что его имя не упоминалось раньше».
«В этом не было необходимости», — предположил Лиминг. «Когда миссис Тарлтон пропала, все здесь, похоже, думали, что ее убил муж».
«Мы так не думали, — подчеркнул Ридер, — но вы совершенно правы, сержант. Полковник был главным подозреваемым, и для большинства людей он им остается до сих пор. По этому поводу даже были опубликованы статьи».
«Да», — сказал Колбек. «Я читал одно из них. Оно было почти таким же жестоким, как это». Он достал конверт из кармана. «Это письмо, написанное под прикрытием, отправленное с целью подразнить полковника. Вы узнаете почерк, сэр?»