«Я не уверена, что у меня есть хоть что-то», — призналась она. «Но если я могу вам рассказать что-то еще, я с удовольствием это сделаю».
«Рассказывал ли полковник когда-нибудь о делах, которые ему приходилось рассматривать, когда он сидел на скамье подсудимых?»
«Да, он часто так делал. Это было довольно нервирующе».
«Почему это было?»
«Ну, я всегда считал Нортхаллертон очень безопасным местом, поэтому я был встревожен, услышав, что там полно воров, пьяниц и других нежелательных лиц. В сельской местности чувствуешь себя в полной безопасности, но город определенно не то место, где можно задерживаться до поздней ночи».
«Куда бы вы ни пошли, миссис Ридер, везде одно и то же. Преступность повсеместна».
«Полковник Тарлтон научил нас этому. Некоторые из тех, кто был до него, были ужасными головорезами. Они высказывали в его адрес самые леденящие кровь угрозы, но он просто отмахивался от них. После всех этих лет столкновения с реальной опасностью в бою, он всегда говорил нам, что не испугается местных злодеев».
«Можете ли вы вспомнить имена этих злодеев?»
«Боюсь, что нет, сержант».
«Кто-нибудь пытался осуществить угрозы?»
«Насколько мне известно, нет».
«Позвольте мне задать вам еще один вопрос», — сказал он, меняя тактику. «Знаете ли вы, что полковник имел обыкновение ездить в Донкастер в одно время?»
«Нет», — сказала она. «Я знала, что он иногда проводил дни вдали от дома, но Мириам — миссис Тарлтон — никогда не говорила мне, что он ездил в Донкастер. Интересно, что могло привести его туда?»
«Именно это мы и пытаемся выяснить».
«Тогда вам придется поискать в другом месте».
«А как насчет миссис Тарлтон? Она много путешествовала?»
«Она время от времени навещала кузину в Эдинбурге. Как правило, она оставалась там на ночь. Мне говорили, что это красивый город».
«Не знаю», — сказал Лиминг. «Я лондонец, родился и вырос в Лондоне. Я счастлив только там. Если я заезжаю слишком далеко на север, у меня начинает кружиться голова. Последний вопрос», — добавил он, заметив печаль на ее лице и не желая затягивать свое пребывание. «Похоже, у полковника и его жены были какие-то финансовые проблемы. Им пришлось экономить».
«Это правда. Помимо сокращения числа слуг, им даже пришлось продать часть земли».
«Вы случайно не знаете почему, миссис Ридер?»
«Я не знаю», — решительно ответила она.
«Вероятно, ваш муж должен знать».
«Мой муж — воплощение благоразумия, сержант. Именно это делает его таким надежным банкиром. Он никогда не раскрывает мне или кому-либо еще подробности счетов клиентов».
«Я знаю. Он отказался вдаваться в подробности. Я просто подумал, что миссис Тарлтон могла дать вам подсказку».
«Все, что она мне сказала, это то, что им пришлось внести несколько изменений».
«Судя по всему, это были довольно большие изменения».
«Это произошло настолько постепенно, что их едва можно было заметить».
За ее вежливостью Лиминг чувствовал глубокую печаль. Потеря двух близких друзей за такой короткий промежуток времени потрясла ее. Это заставило его почувствовать себя незваным гостем, врывающимся, когда она действительно хотела, чтобы ее оставили в покое. Когда он поднялся на ноги и собрался уходить, что-то мелькнуло у него в голове.
«Полковник и миссис Тарлтон когда-нибудь ездили в отпуск?»
«Только изредка», — ответила она.