«Он не может», — согласился Эверетт. «Закон о захоронении был принят более тридцати лет назад, что позволило хоронить самоубийц в освященной земле».
«Тогда ему, возможно, придется отступить. Несмотря на это, это будет очень расстраивающим для Евы и — в меньшей степени — для Адама, если ректор упрется и создаст проблемы. Мы оба знаем, каким может быть мистер Скелтон, когда он вцепляется во что-то зубами».
«В аду нет ярости, подобной ярости ректора на миссии». Они обменялись смехом. Эверетт отошел. «Я оставлю вас в покое, чтобы вы могли написать своей жене. Пожалуйста, передайте ей мои наилучшие пожелания. О, — продолжал он, остановившись у двери, — есть кое-что, о чем я должен вас спросить. Чего мне ожидать от детей? Я очень мало их видел, когда они жили здесь. Вы с Агнес были теми, кто знал их лучше всех».
«Ева — восхитительная женщина», — с нежностью сказал Ридер. «Любой мужчина был бы горд иметь ее в качестве дочери, и именно так на нее смотрел Обри. У тебя не будет с ней никаких проблем, Клиффорд».
«А как насчет Адама Тарлтона?»
Ридер закатил глаза. «Он — совсем другое дело. Я не думаю, что он хоть один день проработал прилично за всю свою жизнь. Одним словом, он паразит. Он годами жил за счет своей матери и ужасно обращался с Обри. Я не знаю, почему его окрестили Адамом», — с горечью сказал он. «Если бы они хотели дать ему библейское имя, гораздо более подходящим было бы Каин».
Когда гробовщик провел их в комнату, Колбек стоял в углу и наблюдал. Адам Тарлтон уделил гробу своего отчима лишь беглый взгляд, а его мать заняла у него немного больше времени. Когда гробовщик откинул саван, чтобы открыть изуродованное лицо, Тарлтон некоторое время смотрел на него, прежде чем отвернуться.
«Это она», — сказал он.
«Присмотритесь как следует, сэр», — предложил Колбек.
«Мне это не нужно, инспектор. Я знаю, что это моя мать. Помимо всего прочего, косвенные улики указывают на нее. Насколько мне известно, ни одна другая женщина ее возраста не пропадала».
«Косвенные доказательства иногда могут быть обманчивыми, мистер Тарлтон. Я видел, как в результате присяжные выносили небезопасные вердикты. Я бы посоветовал вам взглянуть еще раз. Крайне важно, чтобы личность была установлена вне всяких сомнений ближайшими родственниками».
«Это моя мать, — настаивал Тарлтон, — и я не хочу больше на нее смотреть. Это место отвратительно. Я хочу убраться отсюда».
Колбек последовал за ним, оставив гробовщика натягивать саван на труп. Когда он вышел на улицу, Тарлтон глубоко вздохнул. Он был в траурном одеянии, но Колбек не чувствовал, что он на самом деле кого-то оплакивает.
«Что будет дальше, инспектор?» — спросил Тарлтон.
«Будет проведено расследование для установления причины смерти».
«Разве это не очевидно? Ее убили».
«Да», — сказал Колбек, — «но нам нужно знать, когда, где и как. Эти детали помогут нам в нашем расследовании».
«Но вы ведь их уже знаете, верно? Вы же нашли тело».
«Все, что мы сделали, это эксгумировали его. Фактическое открытие сделал фермер. Он заслуживает нашей благодарности».
«Ну, если он ждет от меня денег, — резко сказал Тарлтон, — то пусть идет и просит их. А откуда вы знаете, что он действительно их нашел? Разве он не мог отвезти вас к месту, где сам закопал тело?»
«Это даже не приходило мне в голову».
«Так и должно было быть, инспектор. Мне что, делать за вас вашу работу?»
«Мне это никогда не приходило в голову, потому что это было бы нелепым предположением», — объяснил Колбек. «Миссис Тарлтон была убита выстрелом из ружья с близкого расстояния. Откуда фермер мог взять такое оружие? Ему пришлось бы его украсть. А еще важнее то, где он мог раздобыть ловушку, которая переместила мертвое тело на много миль от места настоящего убийства? А потом есть фермер, который его нанял. Я думаю, что мистер Хиггинботтом наверняка заметил бы отсутствие одного из своих людей в течение длительного времени, особенно если его в последний раз видели идущим к ловушке, которой он не владел, с украденным ружьем под мышкой».
Тарлтон был угрюм. «Ну что ж, я ошибался насчет этого парня».
«Есть ли у вас еще какие-нибудь теории, сэр?»
«Я просто хочу, чтобы убийцу поймали и дело было раскрыто».
«Я постараюсь сделать именно это», — сказал Колбек, — «и в рамках моего расследования я хотел бы допросить вас и вашу сестру. Вы не возражаете, если я сопровожу вас обратно в дом?»
«Это действительно необходимо, инспектор?»
«Боюсь, что так и есть, сэр».
«Что мы можем вам сказать?»