Железная дорога в могилу: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Такое у меня сложилось впечатление. Он, как мне кажется, завсегдатай джентльменских клубов и питейных заведений». Он огляделся. «Держи глаза открытыми, Виктор».

«Что я ищу, инспектор?»

«Подозреваемый в убийстве — он здесь».

Хотя он выглядел дряхлым и дряхлым, коронер оказался быстрым и эффективным. Когда он встал из-за стола, чтобы объявить, что суд начал заседание, шумиха тут же стихла. Коронер в четких и кратких деталях объяснил процедуру и напомнил всем, что они просто пришли сюда, чтобы вынести вердикт о смерти от его собственной руки полковника Обри Редверса Мартина Тарлтона. Первый свидетель был приведен к присяге, и начались допросы.

Первой пришла Марджери Уизерс, которая рассказала им, как вел себя полковник после исчезновения жены, и настаивала на том, что в день самоубийства он выглядел как обычно. Ее показания были полны слез. Лотти Перл была слишком недавним сотрудником, чтобы иметь возможность выстроить какие-либо эмоциональные связи с полковником и его женой, поэтому ее комментарии — хотя и произнесенные дрожащим голосом — были более объективными. Она согласилась, что не было никаких признаков того, что имел в виду полковник, когда он в последний раз выходил из дома.

Эту же историю повторяли снова и снова те, кого он встречал в деревне, направляясь к самоубийству. Доркас Скелтон, жена приходского священника, некрасивая, бледная, толстая женщина с привычкой шмыгать носом в конце каждого предложения, подошла к своей очереди.

«Вы встречали полковника в тот день?» — спросил коронер.

«Да, сэр», — ответила она.

«В котором часу это будет, миссис Скелтон?»

«Было около одиннадцати часов утра».

«Вы обменялись какими-нибудь словами?»

«Вообще никаких», — сказала она. «Полковник просто приподнял передо мной шляпу и улыбнулся. Учитывая мои чувства по поводу судьбы его жены, я не смогла ответить ему взаимностью».

«Судьба миссис Тарлтон не имеет значения», — сказал коронер, подавляя поднявшийся ропот. «Мы здесь просто для того, чтобы вынести решение относительно ее мужа. Вы заметили что-нибудь необычное в нем тем утром?»

«Я этого не сделал, сэр».

«Значит, вы считаете его в здравом уме?»

«Да, я бы так сделал, несомненно».

«Спасибо, миссис Скелтон».

Раздраженная тем, что ее показания были такими короткими, она вернулась на место рядом с мужем, который похлопал ее по руке в знак одобрения ее выступления. Другие выступали по очереди, пока в конце концов не было названо имя Таллиса. Страхи Лиминга оказались беспочвенными. Как и предсказывал Колбек, суперинтендант расправил плечи и стиснул челюсти, стоя перед коронером. Тот факт, что он имел слабое сходство с покойным, вызвал волну интереса. Никто не удивился, когда услышал, что он много лет служил в армии.

«Когда вы в последний раз видели своего друга?» — спросил коронер.

«Мне стыдно признаться, но это было давно», — ответил Таллис. «Моя работа исключает любые путешествия ради удовольствия».

«Не могли бы вы выразиться точнее, суперинтендант?»

«Это было пять с половиной лет назад — как раз перед тем, как в деревню приехал настоятель. Последняя служба, на которой я присутствовал в церкви, была проведена его предшественником, каноником Джермином. Однако, — продолжил он, — мы с полковником поддерживали постоянную связь посредством переписки. Я был его доверенным лицом».

«Можем ли мы услышать, что он сказал вам в своем прощальном послании?»

Таллис чувствовал себя неловко, зачитывая личное сообщение в таком публичном месте, но он произнес слова вслух. Миссис Уизерс была тронута до слез, и ее пришлось утешать Ив Доэл. Другие тоже были затронуты трогательностью письма. Некоторые, однако, были невосприимчивы к его последствиям. Фредерик Скелтон презрительно поджал губы, сержант Хепуорт, стоявший в конце комнаты, криво усмехнулся, а Адам Тарлтон был вынужден прикрыть рот рукой, чтобы сдержать смешок. Пока свидетели продолжали свой мимолетный момент под присягой, Колбек был обеспокоен тем, что вердикт уже вынесен. Казалось, это было предрешено. Все свидетельствовали, что покойный был полностью в здравом уме в период, предшествовавший самоубийству.

Внезапно все изменилось. Ив Доэль, которая с любовью говорила о своем отчиме, вспомнила визит, который они с мужем совершили в дом сразу после того, как ее мать была объявлена пропавшей без вести. Во время долгого разговора, который продолжался до ночи, полковник сделал несколько странных замечаний, которые, оглядываясь назад, были признаками того, что он подумывал о самоубийстве. В то время она не осознавала их как таковые. Она винила себя за то, что не осталась с ним в доме, чтобы оказать поддержку, но она была так взволнована исчезновением своей матери, что ее муж настоял на том, чтобы отвезти ее домой и обратиться за медицинской помощью для нее. Когда Ив закончила свои показания, она неуверенно вернулась на свое место.

Бертрам Ридер рассказал о сильном давлении, которому подвергался полковник, и он вспомнил время, когда его друг был настолько отвлечен, что он поехал в Нортхаллертон среди ночи, чтобы постучать в их дверь и спросить, там ли его жена. Агнес Ридер позже подтвердила это заявление и, между рыданиями, рассказала о других случаях, когда напряжение сказывалось на полковнике. Но именно показания семейного врача были действительно решающими. Медленно и с некоторой неохотой он описал неспособность полковника спать и его дикую просьбу о ядовитом яде, который он мог бы принять, чтобы прекратить свои мучения. Было несколько случаев тревожного поведения полковника, кульминацией которого стал пугающий инцидент, когда он обвинил доктора в убийстве своей жены и попытался напасть на него.

В то время как вся комната была взбудоражена этими откровениями, коронер отнесся к ним бесстрастно. Поправив пенсне, он попытался получить окончательное медицинское заключение.

«Вы заметили признаки психической нестабильности?» — спросил он.

«Я это сделал, сэр», — сказал доктор, — «и они были безошибочны».

«Было ли ухудшение его состояния?»