— Бедняга Бенни знал много грязных историй о ЛДП, но доступа к настоящему компромату у него не было. А наш агент такой доступ имел.
— Но вы же послали Бенни ко мне домой.
— Да, послали. Одного, чтобы он порасспросил тебя.
— Как вы узнали, что с ним случилось?
— На нем был микрофон. Так что мы слышали все, слышали, как он валит все на меня.
— А второй?
— О нем мы ничего не знаем.
— Бенни сказал, что он из «Боейтё боейкёку». Что ты отвечаешь за связь с ними.
— Он был прав, за связь я отвечаю, а вот насчет того, что я знаю его дружка, это полная ерунда. Мы проверили: приятель Бенни к японской разведке отношения не имел. Его привел Бенни, кто-то еще заплатил ему за это. Ты же знаешь, Рэйн, кротам доверять нельзя. Помнишь наши проблемы во Вьетнаме?
Я заметил, что водитель с подозрением поглядывает на нас в зеркало. Вероятность того, что он понимает по-английски, была нулевой, однако он явно почуял что-то неладное.
— По Бенни я скучать не буду, — продолжал Хольцер. — Тебе платят сразу две стороны, кто-то узнает об этом — и привет, ты получаешь по заслугам.
Или по крайней мере должен получить.
— Это верно, — согласился я.
— Но позволь мне дорассказать про нашего агента. Три недели назад он должен был передать нам информацию на диске, и — поверишь ли? — в подземке с ним случился сердечный приступ, и он умер. Диска при нем не оказалось.
— Откуда ты знаешь, что диск вообще был у него с собой?
— В этом-то мы уверены, Рэйн. Хочешь услышать самое интересное? — Он склонился ко мне и улыбнулся своей карикатурной улыбкой. — Самое интересное, что никакого сердечного приступа не было... Кто-то просто погасил его, кто-то, знавший, как сделать так, чтобы случившееся казалось естественным.
— Ну, не знаю. Все это выглядит притянутым за уши.
— Особенно если учесть, что во всем мире, не говоря уж о Японии, очень мало людей, способных провернуть такое дельце. Черт, единственный, кого знаю я сам, — это ты.
— Ты потому и хотел со мной встретиться? — спросил я. — Исходя из предположения, что я могу быть замешан в такого рода дерьме?
— Брось, Рэйн. Я точно знаю, что ты в нем замешан.
— Не понял.
— Нет? Тогда у меня есть для тебя новость. Половина заданий, которые ты выполнил за последние десять лет, поступала от нас.
Он наклонился поближе ко мне и начал нашептывать имена известных политиков, банкиров и чиновников, безвременно скончавшихся своей смертью. Каждая была делом моих рук.
— Ты мог узнать эти имена из газет, — сказал я.
Тогда он рассказал мне о сетевой доске объявлений, которой я пользовался для связи с Бенни, и назвал номера моих швейцарских счетов.
Черт подери, подумал я. Ты был всего лишь болванчиком, обслуживавшим эту публику.
— Теперь слушай: мы сумели заглянуть в акт о вскрытии. У Кавамуры был кардиостимулятор, который каким-то образом отключился. Судмедэксперт решил, что все дело в его неисправности. Однако мы выяснили, что такая неисправность практически невозможна. Кто-то отключил стимулятор, Рэйн. Это работа в твоем духе. И я хочу знать, кто тебя нанял.
— Это бессмыслица, — сказал я.
— Что именно?
— Зачем заходить так далеко, чтобы завладеть диском?