Дом у голубого залива. Крутой вираж. Токийская осень. Вытащить из петли: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Подростком, — ответил я.

— Это ужасно — потерять в такие годы обоих родителей. Вы были близки с ними?

— Довольно близки, я думаю.

— А вы не собираетесь вернуться в Америку?

— Одно время собирался. Я провел здесь десять лет с постоянной мыслью о том, что вот, побуду еще немного и уеду. А сейчас мне такие мысли в голову уже не приходят.

— Значит, Япония стала для вас домом?

Я вспомнил сказанное мне Чокнутым, перед тем как я сделал то, о чем он просил. «Для нас больше нет дома, Джон. После того, что мы натворили».

— Наверное, стала, — сказал я. — А как у вас? Хотите снова пожить в Америке?

— Я люблю Нью-Йорк, — помолчав, ответила она. — В ноябре мы выступаем в клубе «Вангард», это поднимет нас на нужную ступень.

— «Вангард»? — с почтением переспросил я. — Выступление там можно использовать как кредит, который позволит вам, если вы захотите, обосноваться в Нью-Йорке.

— Посмотрим. Нью-Йорк — чудесный город, но жить в нем все равно что плыть под водой. Рано или поздно приходится выныривать, чтобы глотнуть воздуха. После четырех лет я поняла, что пора домой.

Так, дверь приоткрылась.

— У вас, наверное, были очень терпимые родители, раз они готовы были отправить вас за границу на такой долгий срок.

Она чуть улыбнулась:

— Мама умерла, когда я была маленькой. А отец любил джаз и был в восторге от того, что я хочу стать пианисткой.

— Мама-сан говорила, что вы его недавно потеряли. Сочувствую.

Она наклонила в знак признательности голову, и я спросил:

— Чем он занимался?

— Он был чиновником.

— В каком министерстве?

— Большую часть карьеры в Министерстве строительства.

Что ж, мы делаем успехи. Необходимость притворяться порождала во мне неуютное чувство. Заканчивай допрос, подумал я. И вали отсюда к черту. Она выводит тебя из формы, это опасно.

— Душноватое, должно быть, место для поклонника джаза, — сказал я.

— Ему там всегда было трудно, — согласилась она.

Я понял, что она готова была сказать много больше, но потом передумала. Она подняла на меня взгляд:

— Можно задать вам вопрос?

— Конечно.

— Что вы имели в виду, говоря, что мы «спасли» вас?

— Да просто пытался завязать разговор, — ответил я. И тут же понял по ее глазам, что ответил неправильно. — Я говорил о вещах, которые делал, считая их правильными, — сказал я, перейдя на английский, на котором мне об этом говорить гораздо проще. — А потом выяснилось, что они далеко не таковы. И по временам эти вещи преследуют меня.

— Преследуют? — переспросила она, не поняв.