– Отлично, – сказал Карлито. – Давай перейдем к следующей странице. Тут у нас всякие оскорбления и угрозы, которые ты кричишь в адрес игрока, когда пытаешься его убить.
Ники кивнул, затем хлебнул воды и прочистил горло.
А затем угрожающе зарычал на студийный микрофон: «Твоя отрезанная голова отлично будет смотреться у меня на стене!» Как и всегда, он сделал три дубля. Все были хороши. Звучало вполне себе угрожающе. Хотя мне показалось, что можно было сделать получше.
Карлито покосился на меня:
– Выбирай: A, B или C?
После каждой записанной реплики он заставлял меня отмечать один из трех дублей, чтобы потом мы знали, какой из них стоит вставить в игру.
– Может, C? – Я не был уверен, был ли среди вариантов неправильный ответ, но в тот момент казалось, что был. – Да, я думаю, C.
– Хорошо. Отметь его.
Я сделал, как было велено, а затем наклонился к Карлито и прошептал:
– У меня есть идея, как эту реплику можно немного изменить.
– Да? Ну-ка, ну-ка?
– Твоя отрезанная голова отлично будет смотреться у меня на члене.
Карлито фыркнул. Я не мог понять, смеется ли он над шуткой или насмехается надо мной.
– Это, пожалуй, слишком. Наши герои – плохие парни, но они не настолько плохие. Впрочем, мне нравится, что ты подкидываешь идеи.
Выходя тем же вечером из студии, мы столкнулись с ее руководителем. Карлито практически жил в студии на протяжении последнего месяца, так что эта парочка была хорошо знакома.
– Мы идем ужинать, – сказал Карлито. – Хочешь присоединиться?
– Я бы с радостью, но у меня тут задержался один режиссер. Не могу сказать, какой и над чем он работает, но речь идет об игре. Бедняга совсем взбесился. Кажется, он сейчас записывает 197‑й дубль одной и той же реплики.
Карлито пожал плечами, будто это было обычное дело:
– Тогда, может, завтра.
Мы сели в машину, и я спросил:
– 197‑й дубль! Это как вообще возможно?
– Держу пари, что этой сессией звукозаписи руководит ебучий бумагомарака. Эти ребята пишут реплики и думают, что в точности знают, как именно они должны звучать. Потом приходят сюда и во время записи ебут всем мозг, пока не услышат то, что хотят. Каждый из них мнит себя Стэнли Кубриком. К черту 197 дублей. Если твой актер не способен нормально озвучить реплику за десять дублей, то проблема не в нем, а в том, что ты написал дерьмовую реплику. Актерам нужно доверять. Это их работа. Они профессионалы, поэтому мы платим им за то, что они говорят слова в микрофон. Когда ты отдаешь кому-то свой сценарий, он начинает жить своей жизнью. Ты не можешь контролировать каждый шаг производства. Мне насрать, даже если ты написал охуенный сценарий, мир не вертится вокруг тебя. И никогда не завертится. Вот почему писателей нельзя пускать в студии звукозаписи.
– …Я писатель.
– Ну да, но ты-то ни хера не знаешь. Я могу научить тебя, как делать эту работу. А ты по крайней мере избавишь меня от лишних забот.
– Приму к сведению.
– 197 дублей… – Карлито усмехнулся, заезжая на парковку. Он не был зол, скорее чувствовал отвращение. – Просто уходите, – сказал он, цитируя Хьюмангуса из фильма «Безумный Макс 2: Воин дороги». – Просто уходите, и на этом ужас закончится.
Моя экскурсия по Санта-Монике должна была затянуться на две недели. На протяжении 14 дней я жил как Карлито. По мановению руки мой мир сузился до номера в отеле и звукозаписывающей студии. Они находились недалеко друг от друга, но я никогда не ходил пешком. В моем графике не было места для прогулок. Каждый день был быстрым, сосредоточенным и похожим на все остальные. Слишком много свободного времени, и я бы начал задавать мрачные, ужасные вопросы. Например, вопрос: «Зачем?» Если бы я задал его себе, то прошел бы точку невозврата. Чтобы отвлечься, я растворился в рутине.
08:00 – Подъем.
08:03 – Принять аддералл (20 мг) #1, запить диетическим «Рэд Буллом» (0,33 мл) #1.
08:10 – Посрать.