Книга о русском еврействе. От 1860-х годов до революции 1917 г.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Выходцы из России сыграли огромную роль в еврейской пе­чати Америки не только в «Форвертсе», но и во всех других из­даниях. Всякий, кто даст себе труд заглянуть в историю «Варгайта», «Тога» и «Морген Журнала», в историю ежемесячных журналов, таких, как «Цукунфт», «Фрайе Гезелыпафт», и непе­риодических изданий, как «Фрайе Арбайтер Штиме», «Веккер», «Идишер Кемпфер», легко заметит во всех этих журналах влия­ние русской литературы, которое внесено было еврейскими пи­сателями и поэтами, публицистами и мемуаристами, — сотруд­никами этих изданий.

Одновременно с ростом еврейской периодической печати в Америке, — сложилась и расцвела пышным цветом еврейская художественная проза и поэзия, которая по своему размаху и интенсивности может быть признана «золотым веком» еврей­ского художественного творчества. И в эту литературу на идиш в Америке внесли свой оригинальный вклад эмигранты из Рос­сии, выдвинувшись в первые ее ряды. На американской почве вырос замечательный талант Г. Лейвика, передавшего в своих сибирских стихах далекое эхо вечной скорби русских бесконеч­ных просторов. И тут же в Америке расцвел нежный лиричес­кий талант Мани Лейб, воспевшего красу русского пейзажа. От­метим и другого выходца из России, поэта и литературного кри­тика А. Табачника, в своих монографиях, посвященных творче­ству еврейско-американских поэтов, обнаруживающего глубо­кое знание и понимание поэзии.

Значительным выигрышем для еврейской литературы явился тот факт, что таких два выдающихся литературных критика, как Шмуэль Нигер и д-р А. Мукдойни, покинув Рос­сию, нашли убежище в Соединенных Штатах. Их влияние на литературу было велико, к их голосу постоянно прислушива­лись писатели, — независимо от того, были ли они согласны или нет с их оценками и мнениями. В тот период, когда, напри­мер, знаменитый писатель Шолом Аш выступил со своими на­шумевшими «христианскими романами», и общественное мне­ние в еврейской среде было охвачено сильным волнением и да­же возмущением, Ш. Нигер был единственным критиком, вы­ступившим в пользу Аша. Многие были недовольны позицией Нигера, но и этот случай не нанес ущерба авторитету его, как литературного критика.

Органы местной русской печати, в которых, между прочим, принимали участие и русско-еврейские журналисты, тоже стре­мились разъяснять эмигрантам пути и методы американской де­мократии. Большую роль сыграла в этой области ежедневная де­мократическая газета «Новое Русское Слово», которая ряд деся­тилетий издается в Нью-Йорке В. И. Шимкиным под редакцией М. Е. Вейнбаума.

Члены группы «Ам-йлом», изгнанники, пережившие мно­жество горьких разочарований, принесли с собой в первые годы массовой эмиграции атмосферу той России, которая не имела ничего общего с режимом самодержавия; они принесли дух рус­ской культуры, проникнутой стремлением к моральному и ху­дожественному совершенству, и пыл борьбы за свободу, вопло­щенной в благородных фигурах идеалистов и мучеников осво­бодительной борьбы. Эти настроения разделялись и последую­щими поколениями эмигрантов. Подобно своим предшествен­никам, они старались внедрить в сознание новых соотечествен­ников, что русское самодержавие является угрозой всему миру. Одним из деятелей, организовавших сбор пожертвований на нужды революции, был д-р Хаим Житловский. В 1904 г. он при­ехал как представитель партии социалистов-революционеров в Америку вместе с «бабушкой» Ек. Брешковской; а спустя неко­торое время Житловский выдвинулся, как пропагандист «идишизма», в первые ряды еврейских культурных деятелей; его статьи вызывали горячие споры, а нередко давали повод и к резкой полемике.

Русские евреи сыграли большую роль в деле популяризации русской литературы в Америке: если американский читатель полюбил Толстого, Чехова и других выдающихся русских писа­телей, это является в значительной степени их заслугой. Им удалось также создать атмосферу сочувствия русскому освобо­дительному движению: местные люди охотно жертвовали боль­шие суммы на нужды русских борцов за свободу. Сочувствие революционному движению проникло даже в круги, которые раньше им не интересовались. Когда после октябрьской рево­люции власть перешла к большевикам, евреи-эмигранты по­могли американской читающей публике разобраться в том, что произошло в России; они разъяснили местным людям смысл событий и дали им ключ к анализу политической ситуации. Они делали это в органах печати, предназначенных для сотен тысяч читателей, всякий раз, когда, нужно было выяснить, что представляет собой большевизм и какой угрозой он является. Среди идеологов и публицистов, выполнявших эту задачу, вид­ное место в Америке занял Р. Абрамович, деятель русского Бун­да и долголетний представитель меньшевиков в Социалистиче­ском Интернационале. Проблемам большевизма посвящена также, серия книг Д. Ю. Далина, вышедших в свет во время вто­рой мировой войны и в послевоенные годы, а также моногра­фия долголетнего сотрудника «Форвертса» Д. Н. Шуба «Ле­нин», которая была переведена с английского на несколько языков; эта книга до сих пор остается ценным пособием для всех, кто следит за политическими событиями нашего времени и хочет понять сущность большевизма. К той же категории при­надлежит вышедшее на английском языке исследование Соло­мона Шварца «Евреи в Советском Союзе».

Ни одно мало-мальски значительное событие в жизни аме­риканского еврейства не обходилось без участия выходцев из России. О русских евреях можно без преувеличения сказать, что «без них ничего, не делалось». Мы встречаем их повсюду в об­щественной работе, в промышленности, в области культуры, в торговле, в области науки и искусства, в политике. И судьба по­заботилась о том, чтобы первый дипломатический представи­тель государства Израиль в Америке — посол Эли Эпштейн (Илат) также оказался выходцем из России.

В этом можно видеть и символическое выражение осуществ­ленной мечты: потомки пионеров-идеалистов, которые много лет тому назад поселились в стране под именем «Билуйцев», встретились с детьми и внуками других пионеров-идеалистов, прибывших в ту же эпоху в Америку под именем «Ам-йлом». И это была поистине радостная встреча.

7

Такую же роль, как в еврейской печати, сыграли выходцы из России в истории еврейского театра, где они стали главной дви­жущей силой. Инициатором первого спектакля на еврейском языке был Борис Томашевский. При содействии двух братьев Голубоков, Мирона и Леона, приехавших в Нью-Йорк из Одес­сы через Лондон, он поставил пьесу Гольдфадена «Колдунья»; надо полагать, что это произошло в 1882 г., хотя ни в воспоми­наниях самого Томашевского, ни в других мемуарах, относя­щихся к этой эпохе, мы не находим определенной даты. Это представление положило начало еврейскому театру в Америке, но в течение первых лет этот театр, выдвинувший немало та­лантливых актеров, не отличался высоким интеллектуальным уровнем. Уровень этот стал повышаться с ростом массовой эми­грации, в рядах которой оказалась целая группа известных ев­рейских артистов. Крупнейшими из них были Зелик Могулеско, Давид Кеслер, Яков П. Адлер, Морис Мошкович, Леон Бланк, Сара Адлер, Кени Липцин, Бина Абрамович, Беси Тома­шевская.

Художественный и общественный престиж еврейской сце­ны в Америке явно вырос, когда Морис Шварц основал еврей­ский художественный театр. Это событие казалось началом но­вой эпохи, которой предстояло создать почву для ряда художе­ственных достижений. Шварц привлек к участию в труппе та­ких выдающихся артистов, как Самюэль Гольденберг, Лудвиг Зак, Циля Адлер, Павел Баратов, Берта Герстон, Анна Апел, Исидор Кашир, Юдел Дубинский и Муни Вайзенфраунд, впоследствии приобретший известность, как Поль Муни, не­мало способствовали поднятию престижа еврейского театра и выступления Шварца на сцене. Герои многих произведений Шолом-Алейхема, приобретшие популярность в народных массах, а в особенности «маленькие людишки с маленькими устремлениями», как называл их писатель, приобрели на сцене художественного театра, под руководством Шварца и в его ис­толковании, новую художественную ценность и стали еще бли­же сердцу зрителя.

Это было в период расцвета культурной жизни американско­го еврейства.

Среди артистов, выдвинувшихся на английской сцене — на Бродвее, в опере или в фильме — было также немало выходцев из России или детей эмигрантов. К их числу принадлежат Ал. Джолсон, Эди Кантор, Ирвинг Берлин, Джордж Гершвин, напи­савший музыку к приобретшей всемирную славу «Порги энд Бесс», а также знаменитые оперные артисты Рихард Токер, Джордж Лондон, Роберт Мерил, Жан Пирс, Роберто Питерс и Регина Резник. Уроженцы России оказались пионерами в аме­риканской фильмовой индустрии: их усилия в значительной степени помогли Голливуду стать тем, чем он является в насто­ящее время; благодаря им фильмовая промышленность так раз­рослась, что заняла выдающееся место в хозяйственной жизни Америки и стала источником заработка для большого количест­ва людей. Уроженцем России является также один из самых крупных американских импресарио — Сол Юрок, организатор гастролей в Америке самых знаменитых артистов мира: он в свое время привез в Америку Шаляпина и Анну Павлову, а в по­следний период также балет Московского Большого Театра. Предшественником Юрока был другой русский еврей — Морис Гест, в 1923 — 24 годах привезший в Америку труппу Московско­го Художественного театра; эти представления вызвали подлин­ный энтузиазм в Америке, следы которого до сих пор сказыва­ются в работе лучших американских театров.

Мы встречаем русских евреев в первых рядах деятелей аме­риканской науки: достаточно назвать профессора Залмана Вак­смана и врача Йонаса Солка — с одной стороны, и Давида Сар­нова, возглавляющего в Соединенных Штатах империю телевидения и радиовещания — с другой.

Из былых «свит-шопов», служивших безнадежными очагами эксплуатации, выросла огромная одежная индустрия; русские евреи помогли поднять ее на такую высоту, что с ней не может сравниться ни одна страна. Эти «мастера на все руки», как про­зывали евреев мужских и женских портных в местечках, где они работали, распевая популярную песенку: «а вот так шьет порт­ной», оказались в Америке пионерами индустрии, которая раз­рослась до огромных размеров. Им усердно в этом помогали так­же бывшие экстерны и ешиботники.

Русские евреи и дети их, родившиеся в Америке, в большом числе работали в строительной индустрии, создавшей новый облик больших городов на огромном пространстве между Ат­лантическим и Тихим океаном. В сооружении мостов также принимали видное участие евреи-инженеры, среди которых выдвинулся эссеист и литературный критик Л. М. Леонтьев-Моисеев.

Выходцы из России сыграли большую роль в деле органи­зации землячеств, которые сумели создать в тысячах земля­честв для людей, очутившихся на чужбине, атмосферу родст­венную и семейную. Эти землячества, вскоре превратившиеся в организованную силу, оказывали помощь людям, пострадав­шим от войны, погромов в далеких городах и местечках на ста­рой родине, которые члены землячеств давно покинули, но о которых продолжали вспоминать с затаенной грустью и бла­годарностью.

Русские евреи проявили большую энергию в деле создания крупных организаций взаимопомощи и филантропических об­ществ, наложивших печать на еврейскую жизнь в Америке. Ког­да в 1914 г. возник «Джойнт Дистрибюшон Комити», (впослед­ствии сочетавший свои функции с «Юнайтед Джуиш Апил»), проводящий с тех пор огромную деятельность в интересах евре­ев во всех странах мира, — среди его основателей были выходцы из России; один из них был социалистический деятель Алек­сандр Кан, впоследствии менеджер «Форвертса».

Следует отметить также и деятельность Американского Ор­та, Хайаса, ОЗЕ, — в которых русские евреи неизменно прини­мали самое активное участие.

Основателем Еврейского Рабочего Комитета, репрезентиру­ющего свыше полумиллиона евреев-рабочих в стране и благода­ря своей широко разветвленной политической и помощной дея­тельности занявшего почетное место в общественной жизни американского еврейства и приобретшего популярность в аме­риканских рабочих кругах, — был Б. Владек.

В Арбайтер-Ринге, который в годы своего расцвета смог стать, благодаря своей численности и влиянию (объединяя свыше 70 тысяч членов) стержнем еврейского рабочего движе­ния в Америке, пост первого генерального секретаря занял в 1900 г. известный социалистический деятель и писатель Бень­ямин Фейгенбаум. Среди его преемников было несколько вы­ходцев из России: д-р Франк Розенблат (Бен-Якир), Цивьен, Вилльям Эдлин и Иосиф Баскин. После смерти последнего его место занял Н. Ханин, руководящая фигура в еврейском соци­алистическом движении. Среди деятелей Арбайтер-Ринга сле­дует также отметить И. Ешурина, уроженца Вильно, который выдвинулся в качестве неутомимого библиографа еврейской литературы.

Генеральным секретарем Еврейского Национального Фербанда, одной из влиятельных национальных организаций сио­нистского характера в Америке, состоит Луис Сигал.

Мне кажется уместным привести здесь факт, возвращаю­щий нас к эпохе эмигрантов-пионеров. В 1922 г. в газетах по­явилось сообщение о том, что фабрикант, заработавший мил­лионы на дамской конфекции, некий Дикс из Нью-Джерси, передал свою фабрику во владение занятых в ней рабочих. Ему предлагали за фабрику крупные суммы, но он заявил, что не нуждается в деньгах: ему уже исполнилось 72 года, и денег на его век хватит; поэтому его решение неизменно. Оказалось, что Дикс-Дикштейн, еврей из Полтавы, давно уже носился с мыслью о том, чтобы отдать свою фабрику рабочим и, осуще­ствляя эту заветную мечту, он действовал в духе идей, которые принесла с собой в Америку группа первых эмигрантов «Ам-йлом».

Нет нужды распространяться об активной роли русских ев­реев в политической жизни Америки. Как иллюстрацию при­ведем отрывок из мемуаров Мориса Хилквита, рассказываю­щего о том, как социалистическая партия вы ставила его кан­дидатуру в Конгресс в густонаселенном девятом округе Ист-Сайда в 1906 г.

«В политической жизни нашего округа — вспоминает Хилквит — царила коррупция, и местные политиканы этого не толь­ко не отрицали, но даже хвастались этим. В день выборов голо­са покупались открыто у всех на глазах, по установленному та­рифу — два доллара за голос. Молодчикам, специализировав­шимся на голосовании в нескольких округах или по несколько раз в одном и том же округе, удавалось заработать порядочную сумму. Местные республиканские организации наглым образом вели свою работу сообща с кликой из Таммани-Холл. И лишь по­сле того, как социалисты стали политической силой, с которой другим партиям пришлось считаться, эта бесстыдная процедура была частично ликвидирована».

Социалистам уже в начале 20 века удалось добиться того, что атмосфера Ист-Сайда стала чище, что коррумпированные политиканы и окружавшие их подозрительные молодчики вы­нуждены были сойти со сцены. Это подняло престиж не толь­ко социалистов, но и американского еврейства, ибо среди руко­водителей социалистического движения, игравшего видную роль и в еврейской жизни, и в стране в целом, было немало вы­ходцев из России, получивших на старой родине свою общест­венную закалку в нелегальной работе, а подчас и в тюрьмах и ссылке.

Наряду с ростом радикальных настроений в еврейской среде нельзя отрицать и наличие религиозных традиций в широких кругах выходцев из России. В 1888 г. по вызову 15 ортодоксаль­ных синагог Нью-Йорка в Америку прибыл из России один из знаменитых раввинов, реб Яков-Иосиф. Он стал в Америке гла­вой раввината, и именем его названа была иешива, существую­щая и поныне. Реб Яков-Иосиф пользовался большой популяр­ностью среди религиозных евреев.

Во всех высших школах, где преподается иудаика и получа­ют образование раввины и «рабаим», обслуживающие религиоз­ные нужды всех американских конгрегаций, видную роль игра­ют русские евреи. Во главе Иешивы-университета, который в последние годы широко развил свою деятельность, стоит д-р Са­муил Белкин. В еврейском теологическом семинаре теперь ру­ководителем является профессор Луис Финкельштейн. Еврей­ский религиозный Институт, где покойный профессор Хаим Черновиц (одно время председатель Союза русских евреев в Нью Йорке) преподавал Талмуд, соединился с Гибру-Юнион-Колледж в Цинциннати; во главе этой школы стоит д-р Нельсон Глик.

С течением времени выходцы из России выдвинулись в пер­вые ряды американского еврейства. Их всесторонняя деятель­ность вросла корнями в почву Америки.

В годы исторических бедствий, постигающих евреев, — то тут, то там, — в период борьбы за равноправие евреев в России, в полосу страшных погромов после октября 1905 года, — в пери­од гонений в первую мировую войну, — американское еврейство отзывалось с глубоким сочувствием и несло свою щедрую по­мощь евреям в России. И среди тех, кто стимулировал эти акции помощи, в первых рядах всегда были евреи-выходцы из России, чудесным образом сохранявшие глубокую, интимную связь со старой родиной.