Книга о русском еврействе. От 1860-х годов до революции 1917 г.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ПРЕДИСЛОВИЕ

Союз русских евреев в Нью-Йорке, осуществляя давно заду­манный план издания «Книги о русском еврействе», — инициати­ва которого принадлежит ныне покойному его председателю, проф. М. Л. Вишницеру, — стремится выполнить лежащую на нем общественную обязанность. Мы пытаемся дать современно­му читателю факты и материалы о русском еврействе в дорево­люционной России, имеющие и теперь не только исторический интерес, но и общественное значение.

В 1960 году, когда наш коллективный труд выходит в свет, ис­полняется сто лет с начала эпохи великих реформ, когда казалось, что и перед русским еврейством открылись пути к социальному и культурному прогрессу. Под влиянием новых веяний традицион­ный быт еврейской народной массы повернулся лицом к окружаю­щему миру, и еврейство, разделяя надежды лучших людей России, стало принимать посильное участие в борьбе за право и свободу.

«Книга о русском еврействе» стоит под знаком истории. Мы сознательно не касаемся в ней вопросов современности и не гово­рим ни о тяжелой жизни евреев в Советской России, ни о чудовищ­ном массовом истреблении русских евреев в пору нацистских окку­пации. Нашей задачей было, — в границах, охватывающих пример­но шестьдесят лет, протекших от эпохи реформ Александра II до февральской революции 1917 года, — воссоздать основные этапы развития русского еврейства и его достижения в разных областях.

Чтобы осуществить эту задачу, нужно было обрисовать по­литический фон, на котором протекала жизнь русского еврея, его бесправие и выпавшие на его долю испытания — погромы и пресле­дования, — борьбу русского еврейства за гражданские и нацио­нальные права, и очертить тот вклад, который, несмотря на ог­раничения и мытарства, русские евреи внесли в народное хозяй­ство и культурный подъем России, особенно на рубеже двух веков и в первые годы двадцатого столетия. Нет той области хозяйст­венной, общественной и духовной жизни России, в которой не от­разились бы творческие усилия русских евреев, — будь то индуст­рия, торговля, финансы, транспорт, общественные движения, право, наука, философия, литература, журналистика, искусства. Мы пытались также охарактеризовать процесс формирования в русском еврействе общественных течений и роста его националь­ного сознания. Наконец, читатель найдет в «Книге о русском ев­рействе» сведения о еврейских школах, о литературе на идиш и иврит, об еврейских организациях самодеятельности и самопомо­щи, о роли русских евреев в истории сионизма и в строительстве Палестины и государства Израиль и о деятельности евреев-эми­грантов из России в Соединенных Штатах.

Большинство наших авторов — современники и свидетели со­бытий, о которых они пишут, и это дает им возможность осно­вываться не только на письменных источниках, но и на личных воспоминаниях. Представляя на суд читателей их коллективный труд, мы хотели бы подчеркнуть, что отдельные авторы несут личную ответственность за трактовку своих тем. Иной подход был бы невозможен в книге, объединяющей сотрудников разных общественных взглядов и направлений.

Исполнительное бюро Союза русских евреев в Нью-Йорке, под руководством которого вырабатывался план и шла подготовка «Книги о русском еврействе», состояло из следующих лиц: председа­тель Я. Г. Фрумкин, секретарь Л. О. Дан, члены: Г. Я. Аронсон, А. А. Гольденвейзер, И. М. Дижур, Д. М. Кадинская, Д. Н. Левин, Г. М. Свет и И. М. Троцкий. Для редактирования статей и наблюдения за печатанием Бюро выделило из своей среды коллегию в составе Г. Я. Аронсона, А. А. Гольденвейзера и Я. Г. Фрумкина.

В заключение считаем долгом выразить нашу признатель­ность писателям и исследователям, откликнувшимся на наше приглашение сотрудничать в «Книге о русском еврействе», и на­шу искреннюю благодарность всем, кто помог осуществить изда­ние, в частности International Ladies Garment Workers Union в Нью-Йорке, возглавляемому Д. Дубинским.

Наибольшая поддержка была оказана изданию книги со сто­роны Conference on Jewish Material Claims against Germany. Выра­жая Conference нашу искреннюю признательность, мы хотели бы отдельно поблагодарить директора и вице-директора Куль­турного отдела Conference Марка Ювилера и Леона Шапиро за оказанное нашему начинанию ценное содействие.

Нью-Йорк

Январь 1960 года

ПАМЯТИ М. Л. ВИШНИЦЕРА (1882-1955)

В лице покойного М. Л. Вишницера, — историка, обществен­ного деятеля, педагога, — мы потеряли человека европейской складки, убежденного носителя идей 19-го века. Но он был вы­нужден действовать в 20-м веке, — в веке, принесшем столько бедствий мировому еврейству, которое было его естественной средой и которому он посвятил всю свою интеллектуальную энергию, всю свою сознательную жизнь ученого и обществен­ника!

М. Л. Вишницер был европейцем и по воспитанию и по ми­ровоззрению. Все, кто знали его, не могли не видеть в нем при­рожденного западника. Не только Берлин и Париж, но и Нью-Йорк и Тель-Авив были в равной мере его духовной родиной. Идеи Запада, идеи права, уважение к личности, начала гума­низма, вера в формулу прогресса, — несмотря на все усилия ис­требить эти идеи в мире, — были основными элементами его мировоззрения. Терпимость к человеку, толерантность к чужо­му мнению, — была той драгоценной, редкой в еврейской среде, чертой его характера, которую оценили все, с ним соприкасав­шиеся.

По своему духовному складу М. Л. Вишницер не был типич­ным представителем русско-еврейской интеллигенции. Но с первых дней своей сознательной жизни, со студенческой ска­мьи Марка Львовича тянуло в ее мир. Этот сектор еврейской, точнее, русско-еврейской жизни смолоду овладел им и заколдо­вал его.

По приезде в Петербург в 1907 г., приступив к работам в ар­хивах по русской истории, Марк Львович установил тесное об­щение с русскими историками — великим князем Николаем Михайловичем, Лаппо-Данилевским, Шахматовым, Коковце­вым, В. Семевским. За петербургские годы он опубликовал ряд своих сочинений в русских журналах и газетах. Можно сказать, что от этого общения с представителями русской академической науки проснулось в душе Марка Львовича дремлющее русское начало.

Но в тот же петербургский период (1907—1914 годы) это влияние было вскоре осложнено другим, — более сильным и глубоким, — влиянием начала еврейского. В своих воспомина­ниях об этом времени Вишницер отмечает: «Императорская русская столица вернула меня к еврейским истокам. Если мне удалось что-нибудь сделать в еврейской жизни, то за это я дол­жен благодарить петербургские годы, сформировавшие еврей­скую программу моей жизни».

Именно в эту эпоху в кругах русско-еврейской интеллиген­ции наблюдался высокий подъем интереса к еврейской истории, к которой М. Л. Вишницер был особенно подготовлен всем кру­гом своего воспитания в юности и той научной школой, которую он прошел в университетах Запада. В Петербурге тех лет из су­ществовавшей прежде комиссии при О-ве Просвещения воз­никло Историко-Этнографическое Общество во главе с М. М. Винавером и стала выходить под редакцией С. М. Дубнова «Ев­рейская Старина». Тогда же появились «Русско-еврейская Эн­циклопедия», сборники «Пережитое», и было приступлено к осуществлению монументального плана издания 15-томной «Истории Еврейского народа». Молодой историк с увлечением вошел в творческую работу этой группы русско-еврейской ин­теллигенции. В этой атмосфере он открыл для себя новое по­прище и для ума, и для сердца.

Петербургский семилетний период наложил глубокую пе­чать на всю личность М. Л. Вишницера и определил круг его дальнейших интересов, как историка и общественного деятеля. Марк Львович в эти годы не только писал и учил, он запечатлел в своей деятельности и в своей личности заветы и традиции, столь характерные для русско-еврейской интеллигенции, и в со­четании его органического западничества с русско-еврейским началом и таился ключ к его личности, привлекавшей к нему сердца.

Марк Львович Вишницер родился в Ровно 10-го мая 1882 го­да. По окончании гимназии в Бродах (Австрия), он учился в венском и берлинском университетах, где получил степень док­тора философии в 1906. году.

Его диссертация вышла в расширенном виде под заглавием «Геттингенский Университет и развитие либеральных идей в России в первой четверти 19-го века», в Берлине в 1907-ом году (по-немецки). Одна из его первых статей о «Проекте русской конституции», выработанной Союзом Освобождения, появи­лась в «Фрайштат» в Мюнхене 3 июня 1905 года.

Приехав в Петербург в 1907 году, Марк Львович принял на себя редактирование отдела по истории евреев в Европе в «Ев­рейской Энциклопедии» (1907—1913) и читал лекции на кур­сах Востоковедения, основанных бароном Д. Г. Гинцбургом (1908-1912).

Марк Львович был соредактором «Истории Евреев в Рос­сии», первый и единственный том которой появился накануне первой мировой войны в 1914 году. В том же году вышло его «Послание франкистов 1800-го года», — исследование, сделан­ное на основании материалов, хранившихся в Императорской Академии Наук. Оно было напечатано в «Записках Академии Наук», том XII, номер 3 (1914).

Продолжая интересоваться темой, которой была посвящена его диссертация, Марк Львович напечатал ряд статей о Н. И. Тургеневе в «Минувших Годах» (1908), в «Голосе Минувшего» (1914), а также о декабристах в «Русской Мысли» (1909). В те же годы появлялись его очерки по экономической и культурной истории евреев в «Еврейской Старине», в «Восходе» и других органах. В 1909—1913 годах он был соредактором «Регестов и Надписей», сборника источников по истории евреев в России.

После мировой войны, в Лондоне Марк Львович издал хра­нившуюся в Jews College древнейшую рукопись мемуаров 18-го века под названием «The Memoirs of Вег Bolechow (1723—1805)». Английское издание этой книги вышло в издательстве «Окс­форд-Университи Пресс» в 1922 году. Кроме того, вышли древне­еврейское издание и издание в переводе на идиш. В Англии Марк Львович читал доклады в Еврейском Историческом Обществе, между прочим на тему, которая занимала его всю жизнь: о еврей­ских ремесленных цехах. Его книга о еврейских ремеслах от биб­лейского периода до новейшего времени, почти законченная, го­товится к изданию.

В 1921 году Марк Львович перенял руководство «Hilfsverein der deutschen Juden» в Берлине в качестве генерального секрета­ря, а в последние годы до 1938 года — члена президиума этой ор­ганизации. От имени Гильфсферейн Марк Львович ездил в 1926—1927 гг. в Крым, где посетил еврейские колонии, в резуль­тате чего оказана была поддержка госпиталям в колониях. В 1929, 1931 и 1932 гг. Марк Львович ездил в Румынию, Польшу и Литву, где наметил устройство школ и летних колоний, кото­рые по его указанию получали субсидии от Гильфсферейн.

В 1930 году Владимир М. Хавкин, известный бактериолог, обратился к Марку Львовичу с планом создать фонд для под­держки ешиботов (еврейских традиционных религиозных школ), преимущественно таких, которые ввели ремесленные курсы для своих воспитанников, как часть своей учебной про­граммы. Хавкин завещал для этой цели большую сумму и для ее осуществления был при Гильфсферейн организован Haffkine Foundation. Марк Львович в качестве исполнительного секрета­ря этого фонда снова посетил Румынию, Словакию, Венгрию, Польшу и Литву для ознакомления с постановкой преподава­ния в ешиботах этих стран, которые затем стали получать субси­дии из Хавкинского наследства.

Начиная с 1933 года, когда Гильфсферейн сосредоточил свою работу на эмиграции евреев из Германии, Марк Львович совер­шал поездки в страны, предоставляющие возможность хотя бы временного поселения. Он посетил Чехословакию, Южную Аф­рику, включая Родезию и Кению, и получил громадное удовле­творение, когда в 1936 году ему удалось перевести несколько сот человек в Южно-Африканский Союз, как раз накануне издания новых ограничений.

Книга М. Л. Вишницера «Juden in der Welt» (Евреи во всем мире), вышедшая в 1935 году в Берлине послужила как бы путе­водителем для многих тысяч эмигрантов.

В 1922—1924 годах Марк Львович вместе со своей женой Ра­хилью Владимировной Вишницер редактировал и издавал жур­налы по литературе и искусству «Римон» (на древнееврейском языке) и «Милгром» (на идиш).