— Какие еще свои? Кто такие?
— Слыш, Фиар, дымом пахнет, — второй крестьянин принюхался.
— Да они же амбар подожгли! — догадался Фиар. — Это ж крысы северные! Да я вас!
Он взмахнул топором, едва не попав по Гленарду — тот успел отскочить назад. Гленард рывком достал свой топор, Славий выхватил меч.
Фиар снова замахнулся. Мужик он был большой и сильный, легкому Гленарду было с ним совладать непросто. Гленард присел, уворачиваясь от второго удара, прыгнул вперед, уходя от третьего и оказался позади противника. Не думая, рубанул топором из-за всех сил. Лезвие раскололо затылок Фиара, словно тыкву. Во все стороны брызнула кровь и какие-то ошметки, попав и на лицо Гленарда, но он этого даже не заметил.
Славий, тем временем, отбивался от второго крестьянина. Меч был, конечно, покрепче самодельного копья. Но что в этом толку, если ты не можешь подобраться к противнику, так как его оружие вчетверо длиннее твоего?
Славий отступил назад, отбивая мечом лезвие копья-косы, которым крестьянин тыкал в него неумело, но очень ретиво. Отступая, поскользнулся на чем-то, наверное, коровьей лепешке, и упал на спину. Крестьянин тут же прыгнул вперед, занес копье над сержантом… И упал на колени, выпустив копье из рук. Гленард, возвышаясь у него за спиной с окровавленным топором в руке, тут же нанес второй удар, и крестьянин с раздробленной головой рухнул в пыль.
Деревня стремительно пробуждалась. Шум и запах дыма будили жителей. Гленард подскочил к Славию, не убирая топора, протянул сержанту левую руку, помогая подняться.
— Бегом, бегом, уходим! — скомандовал Славий. И они побежали.
Еще раз на них напали двое крестьян уже у края деревни. Но тут уже на подмогу подоспели Владек и Ромвен, и селяне просто сбежали.
Отбежав от деревни, они вскочили на коней, тут же пустили их в галоп. Остановились только минут через двадцать, переводя дух. И только тут Гленард понял, что его трясет.
Вытерев рукавом с лица кровь и остатки мозгов убитых противников, он сполз с лошади, и сел прямо на дорогу, в пыль. Голова кружилась, его била дрожь, знобило.
— Первые твои? — Славий, тоже спешившись, присел рядом с ним.
Гленард кивнул.
— Ничего, это пройдет. Так всегда, когда запал боя уходит. Привыкнешь, Гленард. Спасибо тебе.
— Служу Империи, командир, — Гленард криво усмехнулся.
— Гленард, пойдем, — Славий заглянул в палатку.
— Да, командир, — Гленард отложил топор и точильный камень и вскочил. — Куда?
— Хочу тебя поблагодарить, — Славий жестом позвал Гленарда следовать за ним и направился вглубь лагеря, к обозам. — Ты же мне, считай, жизнь спас.
— Да не за что, Славий. Сегодня я тебе, завтра ты мне. Это война.
— И всё же… Впрочем, ты прав, это война. Сегодня живы, завтра нет. В любой момент умрем. Поэтому нужно находить радость в каждой спокойной минуте. Пойдем.
— Куда мы идем, командир? Новое задание?
— Еще какое! — Славий рассмеялся. — Задание зовут Яника. Она из Плодэна, проститутка, но из свежих, молоденьких. Чуть старше нас с тобой, ей лет восемнадцать, наверное. Совсем недавно в лагере, работает только с офицерами, но уже заслужила себе репутацию, к ней прямо очередь.
— И что мне с ней делать, командир?
— Ну, а что с проститутками обычно делают, Гленард? Получать удовольствие! — Славий внезапно остановился. — Погоди, только не говори, что ты раньше никогда с женщинами…
— Никогда, сержант, — Гленард развел руками.
— Но, что делать-то ты представляешь?
— Конечно. Я же всё-таки из деревни. Знаю, что и куда, и отчего телята и козлята получаются. Но сам никогда еще не пробовал…
— Ну, тогда Яника тебе в самый раз, — Славий усмехнулся, — она заботливая и понятливая.
Яника действительно была заботливой и понятливой. А еще нежной и очень красивой. Она не спешила, давала Гленарду возможность и привыкнуть к новым ощущением, и изучить ее тело, показывая и подсказывая, что и как делать.