— Большая часть наших просьб отвечает твоим интересам, Донрен, и интересам Империи.
— Слушаю тебя, Роллен.
— Во-первых, мы хотим, чтобы Славий, в случае его восхождения на престол Империи, принял бы законы и совершил бы действия для того, чтобы гарантировать реальное равенство прав лояльных Империи нелюдей и людей. Мы хотим равного доступа на рынки, равной защиты и равного доступа к политике, к армии, к титулам. Мы хотим справедливого и равного суда для всех. Понятно, что отношение к альвам, бьергмесам, зоргам и вархам не изменить росчерком пера, но мы хотим, чтобы проводились методичные и постоянные мероприятия для того, чтобы это отношение изменить.
— Славий? — повернулся Донрен к Славию.
— Я согласен, — кивнул Славий. — Я обещаю.
— Хорошо, — кивнул в ответ Роллен. — Далее. Мы хотим благополучия для всех жителей Империи. Мы хотим, чтобы Император вплотную занялся бы проблемами бедняков в Империи. Экономика Империи расшатана войнами и военными расходами. Огромные деньги тратятся на роскошь. И при этом миллионы подданных Империи умирают от голода. Даже здесь, особенно здесь, в Рогтайхе, это чрезвычайно ярко заметно. Посмотрите, как живут Белый город и Зеленый город, и посмотрите, как живут Бурый город и, особенно, Черный город.
— Я понимаю, Роллен, — согласился Славий, — я тоже хочу изменить эту ситуацию к лучшему. Именно поэтому я и согласился участвовать в борьбе за трон. Если я стану Императором, я хочу развивать экономику Империи, создавать новые рабочие места, поддерживать, и законами и деньгами, тех бедняков, которые хотят работать и хотят открывать свое дело. Мы все понимаем, что это долгий процесс. Что будет жестокое сопротивление со стороны цехов, гильдий, баронов, но я клянусь, что я постараюсь сделать всё, чтобы пройти по этому пути как можно дальше.
— Спасибо, Славий. Я рад, что мы друг друга понимаем, как и говорил Гленард. Третье наше пожелание — дать всем подданным Империи участвовать в управлении Империей. Мы не говорим пока о том, чтобы избирать напрямую правителей баронств и герцогств. Но мы хотим создать в каждом баронстве, в каждом герцогстве и во всей Империи постоянно действующие советы, избираемые всеми подданными Империи. Мы хотим дать власть этим советам. Не всю власть, но значительную. Мы хотим, чтобы бароны, графы, герцоги и Император советовались бы с этими советами по важным вопросам. И хотим дать этим советам возможность принимать законы.
— Этого не будет, Роллен, — печально покачал головой Славий. — Возможно, это когда-нибудь случится, но сейчас еще не время. Ты хочешь дать необразованным людям, полным страхов и суеверий право управлять Империей? Тогда ты тут же перечеркнешь всё, что мы можем сделать по первым двум пунктам. Сначала надо обустраивать экономику, потом надо повышать уровень образованности, а потом уже давать власть. Кухарка не сможет управлять государством до тех пор, пока у нее недостаточно знаний о том, как это государство работает. Прости, Роллен, но это ваше пожелание исполнено не будет.
— Хорошо, Славий, я понимаю. Возможно, ты и прав в целом, но по частностям можно спорить. Но не сейчас. Я заменю это требование на другое, более простое.
— Какое же, Роллен?
— Мы хотим, чтобы вы нашли и арестовали Ардэна. Он опасен и для вас, и для нас. Он попытается всех нас убить, а у нас может не хватить сил противостоять ему. Я прошу вас арестовать его и дать ему то, чего он заслуживает за убийства и прочие преступления. Мы поможем вам его найти.
— Согласны, — кивнул Донрен, — это в наших общих интересах. А чего за убийства и прочие преступления заслуживаете вы с Ниарой?
— И мы как раз переходим к последнему пункту, — ответил Роллен. — Мы понимаем, что мы совершили много того, за что мы должны быть казнены по законам Империи. Мы шли кровавым путем, и Гленард убедил нас в том, что этот путь неправильный. В обмен на нашу поддержку мы просим простить нам, мне, Ниаре и всем, кто нас поддерживал, за исключением Ардэна и его банды, все наши преступления, совершенные до этой минуты. Мы просим вашего прощения. Мы хотим вступить на новый путь, в новый союз, будучи чистыми перед законами Империи.
— Вы многого просите… — задумчиво сказал Донрен.
— Мы многое даем, — отозвался Роллен.
— Простить убийство может только Император, — сказал Донрен. — Я, как Великий Инквизитор Империи, ведущий расследование ваших преступлений, могу только пообещать не давать ход вашему делу до коронации нового Императора. И я обещаю это. Если Императором станет Славий, он, вероятно, исполнит вашу просьбу и простит ваши преступления. Но только те, которые совершены до этой минуты. Что скажешь, Славий?
— Согласен, — кивнул Славий. — Обещаю, что если я стану Императором, то я дарую вам прощения за все преступления, совершенные до настоящего момента. Однако своими преступлениями вы нанесли серьезный вред людям. Я прощаю вас, и Гленард, думаю, тоже простит. Но вы убили хорошего человека и принесли великую боль в его семью. Вы не сможете вернуть им то, что они потеряли. Но вам нужно придумать, как сделать так, чтобы эта боль и потеря были каким-то образом компенсированы, хотя бы частично. Думайте, время до коронации у вас еще есть. И если вы сможете это сделать, тогда я дам вам полное прощение.
— Это справедливо, Славий, — согласился Роллен. — Пожалуй, Гленард прав, и ты достаточно мудр, чтобы стать хорошим Императором. Мы поддержим тебя.
— Спасибо, Роллен — протянул руку варху Славий. Роллен пожал руку.
— Пусть же все присутствующие будут свидетелями этого союза, — торжественно проговорил Ректор барон Стиррен ан Райфинголь.
— Остался еще один вопрос, — напомнил Гленард. — Как нам найти Ардэна?
— Есть склад в Буром городе, — ответил Роллен, — я покажу его тебе на карте, Гленард. Ардэн скрывается там. У него там что-то вроде штаба. И любимое место. Он думает, что я о нем не знаю, но я прочел это в его мыслях. Вероятно, после нашего с ним разрыва он скрывается там. Планирует ответные действия.
— Хорошо, спасибо. Тогда я отправляюсь к лейтенанту Михалу, и мы вместе с ним и с его людьми постараемся арестовать Ардэна.
Глава XXII
К тому моменту, когда Гленард вместе с Михалом и десятком его помощников добрались до места, указанного Ролленом, солнце уже клонилось к морю, хотя до заката было еще далеко.
Небольшой склад, затерянный между других строений, вдалеке от каналов. Покосившиеся кирпичные стены, заросшие во многих местах зеленым мхом. Крыша, покрытая почерневшей дранкой. То тут, то там в крыше виднелись прорехи. Заколоченные досками окна. Вокруг склада на земле разбросаны редкие остатки гнилых досок от ящиков. У стены лежит половина старого дешевого стула, покрытая плесенью. Ближе к зиме, вероятно, все эти деревяшки соберут бедняки на топливо.
Склад выглядел совершенно необитаемым, однако Гленард был уверен, что Роллен показал ему именно это место.
Гленард шепотом дал команду помощникам Михала окружить строение. А сам вместе с лейтенантом, достав мечи из ножен, крадучись, подошел к покосившейся двери. Гленард осторожно потянул дверь на себя. К его удивлению, она легко открылась. Гленард и Михал вошли внутрь.
Внутри было темно. Гленарду пришлось подождать, пока его глаза привыкли к мраку. Тогда он смог рассмотреть, что они находились в большом пустом помещении. Свет едва пробивался через заколоченные окна. На земляном полу лежали кучи обломков кирпичей и какие-то старые полусгнившие мешки. Никаких следов Ардэна и вообще кого-либо. Только в углу промелькнула большая крыса.