Стреноженная Россия: политико-экономический портрет ельцинизма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Словом, не было в истории «тоталитарного режима», как любят ругать неодемократы воспитавший их советский строй, такой нелегитимной, мало кого устраивавшей Конституции. Девятнадцать лет страна «живет» в нелегитимном «конституционном поле». Это не только негативно отражается на внутреннем состоянии общества – российская экономика втянута в Великую российскую депрессию[600], но и на внешнеполитической деятельности, о чем постоянно сожалеют патриотически думающие дипломаты.

Более активную позицию в вопросе нелегитимной Конституции Российской Федерации и ее легимитизации должен был бы занять Конституционный суд как орган конституционного правосудия, критерием деятельности которого является Конституция Российской Федерации. Именно Конституционный суд был вправе и был обязан указать на неконституционность указов, которые команда Б. Ельцина пекла как блины.

Между тем с момента «принятия» новой ельцинской Конституции Конституционный суд использует в качестве критерия своей деятельности нелегитимную Конституцию, безропотно наблюдает, как «совершенствуется, углубляется» ущербная «демократия» по-российски, при откровенном попустительстве гаранта конституционного правосудия, избрание депутатов осуществляется «большинством» из числа принявших участие в голосовании, то есть любым меньшинством избирателей, пришедших на выборы, российская «демократия» докатилась до выборов по партийным спискам, ликвидируя персональное голосование по одномандатным округам, формируя различные угодные власти «фильтры».

Подтасовывание результатов голосования, их фальсификация, одурачивание граждан России начало набирать обороты, усиливаться от выборов к выборам. Народ продолжает глотать эти пилюли, продолжает безмолвствовать!

Особенно наглядно ущербность ельцинского парламента «нового типа» видна на способе формирования Совета Федерации, и виной тому – «всенародно избранный» гражданин Б. Ельцин.

Когда проект Конституции РФ ее отцами-идеологами, «величайшими знатоками юриспруденции» С. Алексеевым, А. Собчаком и С. Шахраем, был положен на стол Б. Ельцину, он лично внес в него ряд поправок. Одна из его правок состояла в том, что в статью, где говорилось о Совете Федерации, он своей рукой вписал, что Совет Федерации «формируется» и что каждый субъект представлен в верхней палате двумя представителями: «Один от органа исполнительной власти, другой – от законодательной» (нынешняя статья 95, пункт 2).

«Величайшие знатоки юриспруденции» не узрели «демократичность» этой статьи. Эта правка Б. Ельцина создала серьезнейшие коллизии, которые не разрешены до сих пор. К каким только ухищрениям, различным «фильтрам» не прибегают «демократы», чтобы не допустит избрание членов Совета Федерации наиболее демократичным способом – всенародным голосованием.

Выборы в Совет Федерации проводились всего один раз – в 1993 г. Всенародно избранный состав верхней палаты парламента работал до 1996 г. Затем в Совете Федерации заседали губернаторы и председатели законодательных органов регионов. С 2002 г. в верхней палате стали заседать представители глав регионов и представители законодательных органов регионов. Членом Совета мог быть назначен кто угодно в зависимости от приближенности к Кремлю и толщины кошелька. Не удивительно, что подавляющее большинство членов Совета Федерации, как правило, москвичи, никак не связанные с регионами.

С 2012 г. начала действовать новая «загогулина». Кандидаты в сенаторы в количестве трех человек стали баллотироваться вместе с претендентом на губернаторское кресло на выборах. После победы губернатор выбирает одного из них и рекомендует в Совет Федерации.

Как мне представляется, понимая демократическую «загогулину» при формировании Совета Федерации «по-новому», президент Российской Федерации В.В. Путин 30 ноября 2012 г. на встречи с руководителями четырех фракций Госдумы: «Единой России», КПРФ, «Справедливой России» и ЛДПР был вынужден признать, что «нужно подумать об изменении Основного Закона» в направлении большей демократизации формирования Совета Федерации. Вброшен шар, который определит, как общество отнесется к возможным изменениям ельцинской Конституции.

Я всегда выступал за то, чтобы верхняя палата и ее сенаторы напрямую представляли население регионов и были авторитетными людьми. Необходимо понять, что сенаторами должны становиться не миллиардеры и отставные чиновники, а те, кто реально проживает и будет работать в регионах.

Лидеры КПРФ и «Справедливой России» Г. Зюганов и С. Миронов поддержали инициативу В. Путина о внесении «точечных изменений» в Конституцию. С. Миронов, в частности, заявил, что Конституция «не должна оставаться музейным памятником». Он предложил дополнить ее, расширив полномочия парламента и наделив Госдуму правом выражать недоверие как правительству в целом, так и отдельным министрам.

Председатель Конституционного суда В. Зорькин, откликнувшись 6 декабря 2012 г. на высказанную лидерами КПРФ и «Справедливой России» Г. Зюгановым и С. Мироновым возможность внесения «точечных изменений» в Конституцию, особо подчеркнул, что «действующая Конституция имеет огромный потенциал даже при существующих недостатках» и «во имя чего требуется изменить Конституцию в целом, ведь это эпохальное событие». Уважаемые юристы спокойно закрыли глаза и продолжают игрища, навязанные ельцинистами стране в момент государственного переворота сентября – октября 1993 г.

Но пока, к сожалению, ни Конституционный суд, ни российское юридическое сообщество, вращаясь вокруг «точечных изменений», занимаясь «латанием конституционных дыр», даже не пытаются ставить вопрос о нелегитимности ельцинской Конституции Российской Федерации 1993 г. Ждем, пока жареный петух…

Новым шагом к углублению и оттачиванию механизма фальсификации выборов стали выборы Президента Российской Федерации 1996 г.

К началу 1996 г. рейтинг Б. Ельцина из-за грубейших ошибок в проведении экономической реформы, резкого обнищания народа, войны в Чечне упал ниже 3 %. Главным оппонентом Б. Ельцина был лидер КПРФ Г. Зюганов, который выступал за изменение конституционного строя, пересмотр социально-экономической политики и имел достаточно высокий рейтинг. Нужны были неординарные меры, чтобы Б. Ельцин мог выиграть эти выборы. И прежде всего – административный ресурс и откровенные сплошные фальсификации, подкрепленные крупными денежными вложениями.

Серьезные фальсификации были зафиксированы при подведении итогов голосования уже в первом туре президентских выборов. Так, например, в Казани на основании полученных наблюдателями копий протоколов был сделан вывод о значительном добавлении голосов Б. Ельцину: по одним данным – 35 540 голосов, по другим – 47 040 голосов. Верховный суд РФ, рассматривавший жалобу коммунистов, направил материалы дела в Прокуратуру РФ, которая просто не стала рассматривать эти материалы.

Еще более значительная фальсификация на президентских выборах 1996 г. была осуществлена во втором туре. Это относится к республикам Адыгея, Башкортостан, Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкарская, Карачаево-Черкесская, Мордовия, Северная Осетия, Ставропольский край и Ростовская область, где поддержка Г.А. Зюганова во втором туре многократно снизилась по сравнению с первым. Так, если в Татарии в первом туре победу одержал Г. Зюганов, то во втором победил со значительным опережением Б. Ельцин. В Дагестане и Карачаево-Черкесии процент голосования за Г. Зюганова между первым и вторым турами сократился с 66,5 % до 45,7 % и с 56,2 % до 45,1 % соответственно. По оценкам экспертов, только в указанных выше регионах масштаб фальсификации в пользу Б. Ельцина во втором туре составлял от 700 до 900 тыс. голосов. За две недели пристрастия избирателей не могли так значительно измениться хотя бы в силу естественной инерции.

Большая «игра» – выборы поста Президента Российской Федерации больным и дряхлым Б. Ельциным – стоила больших «свеч» – требовала огромных финансовых ресурсов. В бой вступили российские олигархи и Запад. Они отчетливо понимали, что выборы «своего» президента – это фактически было установление «своей» конституции, упрочение «своего» режима, осуществление полной ревизии демократического законодательства начала 90-х гг.

«Выборы» 1996 г., по заявлению ближайшего сподвижника Б. Ельцина Геннадия Бурбулиса, стали апогеем «номенклатурно-кланового и олигархически-криминального функционирования страны»[601].

Значительную и не менее важную роль, чем «семибанкирщина», сыграла Центральная избирательная комиссия (ЦИК) во главе с перевертышем Николаем Рябовым. Подтасовки в пользу Б. Ельцина были повсеместные и видны невооруженным глазом. Особенно в республиках, где контроль находится в руках националистических кланов. Установка «проконтролировать голосование и добиться поддержки Ельцина» в регионах сработала повсеместно. И ЦИК во главе с Н. Рябовым на все закрывал глаза.

Чтобы не быть уличенным в фальсификации голосов при возможном их общем пересчете, по указанию Председателя ЦИКа Н. Рябова, вопреки действующему положению, памятуя опыт выборной кампании 1993 г., были досрочно одномоментно уничтожены все бюллетени голосования. В то время в Госдуме гуляла юморная байка: «Председатель Центризбиркома Николай Рябов докладывает Б. Ельцину: "Борис Николаевич, у меня две новости – хорошая и плохая. Плохая: Зюганов получил 70 % голосов. Хорошая: вы все равно победили!"»

Вскоре за «успешно» проведенные выборы Президента Российской Федерации 1996 г. Председатель ЦИК Н. Рябов был награжден должностью Чрезвычайного и Полномочного посла в Молдове.

По окончании выборов 1996 г. наступило время расплаты: многие стали утверждать о своем неоценимом вкладе в эту победу. Первыми на первенство победы стали претендовать американские консультанты, действительно имевшие прямое отношение к ельцинскому избирательному штабу. Из недр российских олигархических кланов стали появляться «манифесты мародеров». Наиболее откровенен был Б. Березовский. В октябре 1996 г. в интервью одной из газет он высказался предельно ясно: «Мы, семь самых богатых бизнесменов, вложили громадные деньги в избирательную кампанию Ельцина, наняли Чубайса ее менеджером и обеспечили победу. Теперь мы должны пожинать плоды нашей победы – занимать ключевые посты в правительстве»[602]. Власть фактически выскользнула из рук Ельцина и перешла в руки олигархствующей «Семьи».

Давно замечено историками, что совершенные при захвате власти преступления, как правило, находят отражение, «отзываются» на самой установленной с их помощью политической системе. Система ельцинизма, возникшая в результате государственного переворота, танкового расстрела избранного народом парламента, массовых убийств собственного населения, отбросившая действующую Конституцию и заменив ее другой, якобы «всенародно принятой» в условиях серьезнейшего ограничения деятельности в стране оппозиции, каждодневно сталкивается с тем, что народ постепенно прозревает и припоминает ее изначальную нелегитимность.

Я уже писал, что в ходе встречи 20 февраля 2012 г. Президента Российской Федерации Д. Медведева с лидерами общественных организаций и несистемной оппозиции, принявших участие в протестных мероприятиях, проходивших в Москве в декабре – январе в связи с фальсификациями на выборах в Государственную думу 4 декабря 2011 г., Дмитрий Анатольевич, задумавшись, произнес: «Да, выборы в Государственную Думу были не стерильны, но вряд ли у кого есть сомнения, кто победил на выборах президента в 1996 г. Это не был Борис Николаевич Ельцин!..»

Президент Российской Федерации Д. Медведев не спонтанно высказал свое откровение о более чем десятилетнем периоде нелегитимной высшей государственной власти в стране в части того, «кто победил на выборах президента в 1996 г.» Это глубокое внутреннее убеждение Д.А. Медведева как ученого и юриста и, скорее всего, реакция на документы, сохранившиеся по итогам выборной кампании 1996 г., до сих пор неизвестных широкой общественности.

Однако это не помешало Д. Медведеву самолично открыть в Екатеринбурге памятник узурпатору и кровавому расстрельщику народа и парламента Борису Ельцину, продемонстрировав свою сопричастность всему тому, что породил ельцинский режим в России. Д. Медведеву не хватило гражданского мужества открыто назвать преступление преступлением и предложить, как России из этих ельцинских «загогулин» выбираться.

Стержень «теории» ельцинизма – творить «загогулины», совершенствовать фальсификации как способ оболванивания россиян хорошо усвоили преемники и преемники преемника.

Первая «загогулина» состояла в том, что В. Путин сам выбрал себе преемника – неизвестного Дмитрия Анатольевича Медведева[603]. Избиратели пришли на избирательные участки, чтобы равнодушно утвердить сделанный за них выбор. И утвердили! Народ, как всегда, по Пушкину, продолжал безмолвствовать. И получил «специалиста» по переименованию милиции в полицию, внедрению энергосберегающих лампочек, переобуванию больших автопоездов в шипованную резину, черную ночь по утрам, «нулевое промилле» и т. п.

[600] См.: Воронин Ю.М. Великая Российская депрессия // Финансы. Деньги. Инвестиции. 2009. № 2; Воронин Ю.М. Модернизация и структурная перестройка экономики: политико-экономический аспект. М., 2012.

[601] Московские новости. 2006. 31 января.

[602] Новая газета. 2001. 19–22 апреля.

[603] На одном из торжественных мероприятий при вручении государственных наград Д. Медведев заявил, что при советской власти он был вынужден начинать трудовую деятельность дворником, о чем имеется запись в его трудовой книжке. Лукавство чистой воды, рассчитанное на примитивных.