Диалектика капитала. К марксовой критике политической экономии. Процесс производства капитала. Том 1. Книга 1: читать начало книги онлайн

Каждая страна нуждается в определенном резервном запасе благородных металлов как для внутреннего обращения, так и для обращения на мировом рынке. Вследствие этого функции сокровища возникают либо частью из функции денег как средства обращения и средства платежа на внутреннем рынке, либо частью из их функции как мировых денег. Именно для выполнения последней функции требуется денежный товар, золото и серебро во всей их натуральной плоти. При этом движение золота и серебра образует известный поток, который имеет двоякий характер. «С одной стороны, отправляясь от своих источников, он разливается по всему мировому рынку, перехватывается в различной степени различными сферами национального обращения, входит в их внутренние каналы обращения, замещает сношенные золотые и серебряные монеты, доставляет материал для предметов роскоши и застывает в виде сокровищ. Это первое движение совершается при посредстве прямого обмена национального труда, реализованного в товарах, на реализованный в благородных металлах труд стран, добывающих золото и серебро. С другой стороны, золото и серебро постоянно перемещаются туда и сюда между сферами обращения различных наций, следуя в этом своем движении за непрерывными колебаниями вексельного курса»[784]. Вместе с тем страны развитого капитализма ограничивают запас сокровища, находящегося в банковских резервуарах, необходимым для выполнения их специфических функций минимумом. Дело в том, что «за известными исключениями, чрезмерное по сравнению со средним уровнем накопление сокровищ в резервуарах свидетельствует о застое товарного обращения, или о приостановке товарных метаморфозов»[785].

Рассмотренные выше функции денег свойственны системе золотого стандарта. Впервые эта система была введена в Англии еще в конце XVIII в., а в последней трети XIX в. она утвердилась во всех промышленно развитых капиталистических странах (в соответствии с решениями международной конференции, состоявшейся в Париже в 1867 г.). Принятая система золотого стандарта стала функционировать в форме золотомонетного стандарта. Его главные черты таковы: 1) свободная чеканка золотых монет при определенном и неизменном золотом содержании денежной единицы; 2) основной формой кредитных денег являлись банкноты, выпускаемые эмиссионными банками в порядке краткосрочного кредитования потребностей капиталистических предприятий взамен коммерческих (товарных) векселей; 3) свободный размен банкнот и знаков стоимости на золото; 4) свободный ввоз и вывоз золота, а также национальной и иностранной валюты; 5) чеканка разменной (неполноценной) монеты только из принадлежащего государству металла. Данная денежная система была относительно устойчивой (хотя отнюдь не обеспечивала стабильности цен) и способствовала развитию капиталистической экономики.

Однако золотомонетный стандарт просуществовал недолго. Первая мировая война вызвала его крах. Ослабевшим за годы войны капиталистическим странам оказалось не под силу восстановление системы золотого стандарта в прежней довоенной форме (золотомонетный стандарт сохранился только в США). Правда, в некоторых странах (Англии, Голландии, Дании, Франции, Японии) эта система была восстановлена, и то лишь на несколько лет, в форме золотослиткового стандарта, при котором банкноты разменивались не на золотые монеты, а на золотые слитки весом более 12 кг. Но в большинстве стран (Австрии, Бельгии, Германии, Италии, Польше и др.) был установлен золотодевизный стандарт (решение о его введении было принято на международной конференции, состоявшейся в Генуе в 1922 г.). В соответствии с ним банкноты разменивались не на золото, а на иностранную валюту (девизу), т. е. на американские доллары, английские фунты стерлингов, французские франки, которые, в свою очередь, разменивались на золото. В таком качестве эта система функционировала в 30 странах капиталистического мира. Однако глубокий и разрушительный мировой экономический кризис 1929–1933 годов привел к отмене золотого стандарта в любой его форме. В результате произошел распад международной валютной системы.

Восстановление данной системы произошло на очередной международной конференции, которая состоялась в 1944 г. в городе Бреттон-Вудсе (штат Нью-Хэмпшир, США). На этой конференции было принято решение о введении золотовалютного, или золотодолларового, стандарта, при котором размен банкнот на золото был отменен, а обмен долларов на золото могли осуществлять только правительства и центральные банки стран – членов Международного валютного фонда. При этом США брали на себя обязательство по первому требованию обменивать доллары на золото без каких-либо ограничений по официальной цене 35 долл. за тройскую унцию (31,1 г). Но к началу 70-х годов ХХ в. явственно обнаружились существенные недостатки этой системы, связанные прежде всего с резким обострением противоречий между национальным характером доллара и его использованием как международного платежного средства. Оно проявлялось в образовании избыточной массы долларов на счетах иностранных банков, росте дефицита платежного баланса США, завышении курса доллара по отношению к другим валютам на фоне довольно быстрых темпов усиления инфляции и возросшей конкурентоспособности европейских и японских товаров на мировом рынке. В результате возникла необходимость очередного реформирования международной валютной системы. В соответствии с решениями, принятыми в январе 1976 г. в г. Кингстоне на Ямайке, золото перестало выполнять денежные функции, т. е. произошла демонетизация золота[786]. Она «происходила постепенно, проявляясь тем или иным образом в зависимости от конкретной политико-экономической ситуации, и прошла за последние десятилетия ряд этапов, знаменующих последовательное прекращение выполнения желтым металлом денежных функций:

отрыв ценообразования от золотой основы, что проявилось в постоянном росте цен – явлении, до этого времени практически неизвестном экономике в мирный период (причем этот рост не мог быть объяснен изменением соотношения стоимости товаров и золота как денег, что и вызвало пристальное внимание к нему ученых-марксистов);

изъятие золотых монет из обращения, сначала стихийно протекавшее параллельно внедрению бумажных и кредитных денег и завершившееся в основном в период Первой мировой войны (лишь в США завершение этого этапа связано с кризисом 1929–1933 гг.);

отмена всех форм платежей в золоте на внутренних рынках, происшедшая одновременно с крахом золотослиткового и золотодевизного стандартов и даже сопровождавшаяся многолетним запретом на владение желтым металлом в монетарной форме;

разрыв непосредственной связи между объемом золотых резервов банков и размером денежной эмиссии (в Великобритании – в 1939 г., в США – в 1968 г. и т. д.), в результате чего сокровища перестали быть приводными и отводными каналами денежного обращения не только непосредственно, но и косвенным образом;

использование резервных валют и международных расчетных единиц, постепенно вытеснявших золото из международного оборота;

появление двойной цены золота – рыночной и официальной, которые после краха так называемого золотого пула (1968 г.) стали все более различаться, что привело в конце концов к прекращению межгосударственных сделок с желтым металлом;

отказ от размена долларов на золото даже для центральных банков в соответствии с решением президента Р. Никсона от 15 августа 1971 г., знаменовавший собой крах последней формы золотого стандарта (золотодолларового);

отмена фиксирования золотых паритетов, т. е. ликвидация официальной цены золота и узаконивание системы свободно плавающих валютных курсов, осуществленная в 1976 г. на Кингстонской сессии Временного комитета МВФ, – уже лишь формальное признание совершившейся демонетизации золота»[787].

Процесс демонетизации золота обусловил существенную трансформацию современного денежного обращения. Она осуществлялась по двум основным направлениям.

Во-первых, обращение денег выступает в следующих формах: а) неполноценных металлических денег (монет); б) кредитных денег (векселей, банкнот, чеков, кредитных карточек и т. п.); в) бумажных денег (знаков стоимости). Эти формы денег знаменуют собой переход от золотого стандарта к кредитно-бумажной системе. Последняя характеризуется следующими особенностями: современные деньги, во-первых, не имеют внутренней (собственной) стоимости; во-вторых, не являются реальным эквивалентом противостоящих им товаров и услуг; в-третьих, представляют собой долговые обязательства государства, банков, сберегательных учреждений; в-четвертых, на мировом рынке представлены в виде свободно конвертируемых валют, региональных или международных денежных единиц в виде евро, СДР и т. п.

Во-вторых, структура денежной массы включает в себя такие компоненты, которые непосредственно не могут быть использованы в качестве покупательного или платежного средства. Так, например, денежные средства на срочных счетах, сберегательных вкладах, в депозитных сертификатах, акциях инвестиционных фондов, краткосрочных государственных ценных бумагах и т. п. не могут быть непосредственно использованы для совершения сделок по купле-продаже товаров и услуг. Но в то же время эти средства являются высоколиквидными активами, т. е. они легко реализуемы, их можно быстро обратить в денежные средства (в наличной или безналичной форме) без потери стоимости. Самым ликвидным видом активов являются, естественно, наличные деньги, так как они обладают абсолютной ликвидностью. В порядке убывания степени их ликвидности выделяются следующие денежные агрегаты, среди которых каждый следующий агрегат включает в себя предыдущий; является менее ликвидным, чем предыдущий; является более доходным, чем предыдущий. Денежный агрегат М1 – «деньги для сделок» – включает в себя наличные деньги (металлические и бумажные), средства на текущих счетах (чековые вклады и кредитные карточки), дорожные чеки (аккредитивы), депозиты до востребования (следует отметить, что в Германии особо выделяют денежный агрегат М-0, в который включаются только наличные деньги, находящиеся в небанковском секторе). Денежный агрегат М2 – «деньги в широком смысле» – включает в себя денежный агрегат М1, средства на сберегательных счетах, временно изъятые из обращения, а также небольшие срочные вклады (в США – до 100 тыс. долл.). Денежный агрегат М3 – денежная масса в целом – включает в себя денежный агрегат М2 и средства на крупных срочных счетах (в США – свыше 100 тыс. долл.), а также депозитные сертификаты. Заметим, вышеуказанные средства на срочных счетах и депозитные сертификаты, сами по себе, не являются деньгами, так как их непосредственно нельзя использовать для осуществления сделок по купле-продаже товаров и услуг. Вместе с тем они быстроликвидны, т. е. способны превращаться в денежные средства (в наличной и безналичной форме). Иначе говоря, в денежные агрегаты М2 и М3 в качестве составных компонентов входят так называемые «квазиденьги», т. е. почти деньги. Они образуют значительную часть денежной массы. Кроме того, в некоторых странах, например в США, выделяют еще денежный агрегат L, который включает в себя денежный агрегат М3 и такие ликвидные активы, как краткосрочные государственные ценные бумаги, закладные, облигации и другие кредитные средства. Другими словами, денежный агрегат L является самым широким понятием денежной массы.

В этой связи неизбежно возникает вопрос: какова природа современных денег? Прежде всего необходимо отметить, что в экономической литературе нет однозначного ответа на этот вопрос. Так, зарубежные экономисты, как правило, выводят определение денег из выполняемых ими функций[788]. Опираясь на этот подход, Л. Харрис утверждает, что деньги – это «любой товар, который функционирует в качестве средства обращения, счетной единицы и средства сохранения стоимости»[789]. Это определение Л. Харрис иллюстрирует следующим, весьма примитивным, примером. Предположим, что вы хотите продать товар (скажем, автомобиль) и купить другой товар (допустим, телевизор), тогда вы вряд ли будете обменивать непосредственно автомобиль на телевизор. Вместо этого вы обменяете его на определенную сумму долларов, а последнюю, в свою очередь, – на телевизор. В данном случае доллары служат, во-первых, средством обращения в том смысле, что с их помощью происходит обмен автомобиля на телевизор, где они выступают в качестве посредствующего звена; во-вторых, единицей счета, поскольку цены как автомобиля, так и телевизора выражены в долларах (допустим, что цена автомобиля равна 1 000 долл., а цена телевизора – 200 долл., тогда первая относится ко второй как 5:1); в-третьих, средством сохранения стоимости, потому что полученные вами от продажи автомобиля доллары сохраняют свою стоимость и дают вам возможность купить телевизор[790]. И хотя далее Л. Харрис неоднократно подчеркивает, что деньги представляют собой «общественный феномен», что они могут существовать лишь «в рамках определенных общественных и хозяйственных отношений», а также указывает на наличие обмена, разделения труда и частной собственности, как необходимых условий возникновения денег,[791] тем не менее, этот феномен остается не раскрытым.

Подобный (функциональный) подход к трактовке денег широко представлен не только в монографической, но и в учебной литературе. При этом одни авторы выделяют три функции денег (средство обращения, мера стоимости, средство сбережения),[792] другие – четыре функции (средство обмена или средство платежа, единица счета, средство сохранения стоимости, мера отложенных платежей),[793] третьи – только две основные функции (средство обмена и средство платежа).[794] В целом, однако, такой подход имеет следующие серьезные недостатки:

– определение денег как особого экономического феномена сводится к плоской и бессодержательной тавтологии: «деньги – это то, что используется как деньги», «деньги – это то, что выполняет функцию денег», «деньги – это то, что делают деньги»;[795]

– абсолютизация какой-нибудь одной функции денег, выделение ее в качестве ключевой и решающей (например, средства обращения или единицы счета), которая противопоставляется другим функциям;

– отождествление таких функций денег, как меры стоимости и масштаба цен, с одной стороны, средства обращения и средства платежа, с другой.

Как видим, зарубежные экономисты предпочитают вообще не исследовать сущность современных денег, а потому ограничиваются лишь формулировками функций, которые они выполняют. В этой связи сами деньги рассматриваются преимущественно в трех взаимосвязанных аспектах: 1) как универсальное средство обмена; 2) как наиболее ликвидное средство, т. е. быстро реализуемое, способное быть обмененным на любые товары и услуги; 3) как декретное (законное) средство, установленное государством. Первый аспект тяготеет к определению денег, выдвинутому еще А. Смитом (напомним, по его мнению, деньги представляют собой общераспространенное и общепризнанное орудие обмена), второй – к определению денег, данному К. Менгером (напомним также, по его мнению, деньги – это такой товар, который обладает наибольшей способностью к сбыту), третий – как мы увидим ниже – к определению денег, предложенному немецким экономистом Г. Кнаппом.

§ 6 Немарксистские теории денег

История развития экономической науки свидетельствует о том, что ее представителями были разработаны различные теории денег. В обобщенном виде наиболее важными среди них являются следующие: металлическая, номиналистическая и количественная.

Как известно, функцию всеобщего эквивалента в процессе развития товарных отношений выполняли всевозможные товары. Однако с течением времени денежная форма стоимости прочно срастается с благородными металлами (золотом и серебром). Если исходить из этой внешней видимости и не проводить строгих различий между действительной сущностью денег и вещественной формой их бытия, то неизбежно возникает представление о том, что будто бы золото и серебро становятся деньгами в силу своих естественных свойств, по своей «металлической» природе. Такое представление превращается в непререкаемую догму, когда в качестве всеобщего эквивалента начинает функционировать только один металл – золото. Именно поэтому исторически первой и вместе с тем весьма примитивной теорией денег явилась металлическая теория.

Основоположниками данной теории были меркантилисты (У. Стаффорд, Т. Мэн, Ф. Галиани и др.). Как уже отмечалось, они сосредоточили свое внимание на исследовании сферы обращения, внешней торговли, торгового капитала, занимавшего господствующее положение в эпоху становления капиталистической экономики. Соответственно источниками богатства меркантилисты считали внешнюю торговлю, приносящую торговую прибыль, а также отрасли производства по добыче благородных металлов и экспортные отрасли, обеспечивающие активный торговый баланс. При этом само богатство отождествлялось с деньгами, а следовательно, и с благородными металлами. Характеризуя суть меркантилистской доктрины, А. Смит писал: «Поскольку … утвердились (в этой доктрине – Н.С.) два основных положения, что богатство состоит из золота и серебра и что эти металлы могут притекать в страну, не обладающую рудниками, только в результате благоприятного торгового баланса или посредством вывоза на большую сумму, чем страна ввозит, главной задачей политической экономии неизбежно сделалось уменьшение, елико возможно, ввоза иностранных товаров для внутреннего потребления и увеличения, по возможности, вывоза продуктов отечественной промышленности. И поэтому двумя главными ее средствами для обогащения страны явились ограничения ввоза и поощрение вывоза»[796].

Подобные политико-экономические взгляды отражали особенности эпохи первоначального накопления капитала, для которой было характерно сосредоточение денежного капитала в руках купцов, представлявших класс нарождающейся буржуазии. Последняя стремилась проводить такую экономическую политику (при поддержке государства), которая обеспечивала превышение экспорта товаров над их импортом, приток в страну благородных металлов, что позволяло иметь благоприятный торговый баланс, более надежный источник увеличения денежного капитала, богатства страны.

Незрелость капиталистического способа производства обусловила соответствующие теоретические представления о природе денег и выполняемых ими функциях. Отождествляя деньги с благородными металлами, меркантилисты впадали в денежный фетишизм, т. е. приписывали золоту и серебру свойства денег. В действительности же деньги – это не вещь как таковая, не золото и серебро сами по себе, а выраженное посредством вещи производственное отношение между людьми в товарном хозяйстве. Стало быть, золото и серебро не являются деньгами по своей природе. Эти благородные металлы становятся деньгами лишь в условиях товарного хозяйства. Сущность денег заключается не в их вещественной оболочке, не в том, что они – золото и серебро, а в том, что они выступают в качестве специфического товара, выполняющего роль всеобщего эквивалента.

Исходя из «металлической» природы денег, меркантилисты рассматривали лишь некоторые функции денег, для выполнения которых необходимы реальные (золотые и серебряные) деньги (мера стоимости, средство образования сокровищ, мировые деньги), игнорируя в то же время другие их функции (средство обращения и средство платежа). Поэтому меркантилисты отрицали правомерность существования неполноценных денег – знаков стоимости, прежде всего бумажных денег. Заметим, эту точку зрения развивали все представители металлической теории денег. Так, один из ее убежденных сторонников, немецкий экономист XIX века К. Книс, заявлял, что понятие «бумажные деньги» – это такая же бессмыслица, как и «бумажные булки». Но такое утверждение находится в полном противоречии с реальной действительностью, с фактом существования бумажных денег, которые успешно функционируют в сфере товарного обращения.

Как и металлическая теория денег, номиналистическая теория исходит из внешней видимости экономических явлений, ограничиваясь их описанием в том виде, в каком они выступают на поверхности общественной жизни. Известно, что бумажные деньги есть знаки стоимости. Несмотря на утрату своей реальной стоимости, они тем не менее безукоризненно выполняют функцию средства обращения, поскольку последняя носит мимолетный и преходящий характер. Для ее выполнения деньгам не обязательно быть воплощением стоимости. Но так как выпуск бумажных денег осуществляет государство, то отсюда делается вывод, будто бы сами деньги суть продукт государственной власти, что обусловило появление номиналистической (от лат. nomen – имя, название) теории денег.

В противоположность представителям металлической теории денег, номиналисты утверждали, что деньги – это только знаки стоимости, условные счетные единицы, не имеющие ничего общего с товарами. По мнению номиналистов, важно лишь наименование денежной единицы, а металлическое содержание монет несущественно для их ценности. Отождествляя реальные (золотые и серебряные) деньги с бумажными, номиналисты отрицали товарную природу денег, полагая, что назначение последних всецело предопределяется волей государя, который своим штемпелем и обозначением количества денежных единиц в состоянии придать монетам любую ценность. Пожалуй, никто так популярно и просто не изложил суть номиналистической теории денег, как это сделал первый русский экономист И.Т. Посошков. В своей книге «О скудности и богатстве» он писал: «Мы – не иноземцы, не меди цену исчисляем, но имя царя своего величаем, того ради нам не медь дорога, но дорого его царское именование, того ради мы не вес в них числим, но исчисляем начертание на ней»[797].

[784] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 155–156.

[785] Там же. С. 156.

[786] Вышеуказанные процессы характеризуют трансформацию международной валютной системы, подробный анализ которой будет дан во втором томе.

[787] Шаров А.Н. Эволюция денег при капитализме. М., 1990. С. 4–5.

[788] Заметим, такой подход, берущий свое начало еще от работ Дж. Беркли и Дж. Стюарта, получил широкое распространение в конце XIX – начале ХХ вв. не только в зарубежной, но и российской экономической литературе. Так, А.А. Мануилов писал: «Определение денег основывается на их функциях. Самое простое определение этого рода и в свое время наиболее употребительное заключается в том, что в определении денег перечисляются все функции, которые они исполняют. Согласно такому определению, деньги – предметы, являющиеся орудиями обмена, платежными средствами, измерителями ценностей и средствами их хранения» / Мануилов А.А. Учение о деньгах. Специальный курс политической экономии, читанный профессором А.А. Мануиловым в Московском Коммерческом Институте. М., 1918. С. 16.

[789] Харрис Л. Денежная теория. М., 1990. С. 75.

[790] См., там же. С. 75–78.

[791] «Таким образом, – пишет автор, – деньги существуют лишь в таких общественных системах, где имеет место обмен товаров, где характер производства диктует необходимость разделения труда и где правовая и этическая системы допускают наличие частной собственности. Но деньги отнюдь не обязательно используются во всех общественных системах, допускающих обмен товарами. В примитивном хозяйстве обмен может быть построен на принципах бартера, хотя можно поставить под сомнение вероятность того, что когда-либо существовало общество, базирующееся на всеобщем бартере» / Там же. С. 78.

[792] См. Макконнелл К.Р., Брю С.Л. Экономикс: Принципы, проблемы и политика. Т.1. М., 1992. С. 264–265; Долан Э.Д., Кэмпбелл К.Д. Деньги, банковское дело и кредитно-денежная политика. М., 1991. С. 26–33.

[793] См. Фишер С., Дорнбуш Р., Шмалензи Р. Экономика. М., 1993. С. 474–475.

[794] См. Самуэльсон П.А., Нордхаус В.Д. Экономика. М., 1997. С. 517.

[795] Отметим, что эти определения денег были выдвинуты американским экономистом Ф. Уокером и английским экономистом Дж. Хиксом. Вместе с тем некоторые зарубежные экономисты не считают вообще нужным давать какое-либо определение денег как особого экономического феномена, полагая, что этот феномен априори известен каждому / См., например Хансен Э. Денежная теория и финансовая политика. М., 2006.

[796] Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. Т. II. М.—Л., 1935. С. 27.

[797] Посошков И.Т. Книга о скудости и богатстве. М., 1959. С. 238.