Диалектика капитала. К марксовой критике политической экономии. Процесс производства капитала. Том 1. Книга 1: читать начало книги онлайн

При этом явно обнаруживаются существенные недостатки полной, или развернутой, формы стоимости.

Во-первых, относительное выражение стоимости каждого товара является здесь незавершенным, так как данный ряд выражений его стоимости никогда не заканчивается. Он может быть продолжен путем включения в него любого нового товара, служащего материалом выражения стоимости.

Во-вторых, относительная стоимость каждого товара не имеет здесь единообразного и общепризнанного выражения. Напротив, она получает разрозненное и разнородное выражение. Например, стоимость холста выражается и в сюртуке, и в чае, и в пшенице и т. д. При такой пестроте выражений стоимости товаровладельцам было довольно трудно сравнивать количественные соотношения, или пропорции обмениваемых товаров.

В-третьих, бесконечный ряд выражений стоимости зачастую исключал здесь возможность непосредственного обмена одного товара на другие товары, так как частный труд отдельных товаровладельцев должен получить общественное, всеобщее признание. Но этому препятствует то, что любой товар обладает потребительной стоимостью не для всех, а только для части членов общества. Поэтому возникала необходимость в каждом конкретном случае изыскивать окольные пути обмена, что крайне затрудняло его.

Все эти «недостатки развернутой относительной формы стоимости отражаются, в свою очередь, и на соответствующей ей эквивалентной форме».[628] Поскольку натуральная форма каждого товара является здесь особенной эквивалентной формой наряду с бесчисленными другими особенными эквивалентными формами, то в данном меновом отношении существуют лишь ограниченные такие формы, каждая из которых исключает все остальные. Равным образом определенный вид конкретного труда, содержащийся в каждом особенном товаре-эквиваленте, является лишь особенной, а следовательно, не исчерпывающей формой осуществления и проявления абстрактного труда. Например, 20 аршин холста = 1 сюртуку – это одна эквивалентная форма. 20 аршин холста = 10 ф. чаю – другая эквивалентная форма. Первая исключает вторую, а вторая – первую. И в сюртуке, и в чае воплощен абстрактный труд, но он не получает здесь единой формы проявления. «Правда, последний получает свою полную или исчерпывающую форму проявления в совокупности этих особенных форм проявления. Тем не менее он не обладает здесь единой формой проявления».[629]

Согласно К. Марксу, возможность преодоления указанных недостатков заключена в самом содержании развернутой относительной формы стоимости. С точки зрения количественной определенности это содержание «состоит лишь из суммы простых относительных выражений стоимости, или уравнений первой формы, например:

20 аршин холста = 1 сюртуку,

20 аршин холста = 10 ф. чаю и т. д.

Но каждое из этих уравнений содержит и тождественное с ним обратное уравнение:

1 сюртук = 20 аршинам холста,

10 ф. чаю = 20 аршинам холста и т. д.».[630]

Предположим, если какой-либо товаровладелец обменивает свой холст на многие другие товары и, следовательно, выражает его стоимость в ряде этих товаров, то многие другие товаровладельцы обязательно должны, очевидно, также обменять свои товары на этот холст, следовательно, должны выразить стоимость своих различных товаров в одном и том же третьем товаре, т. е в холсте. Итак, если обернуть данный ряд уравнений: 20 аршин холста = 1 сюртуку, или = 10 ф. чаю, или = 40 ф. кофе, или = 1 квартеру пшеницы и т. д., то тем самым выразим лишь обратное отношение, которое, по сути дела, уже содержится в этом ряду.

Таким образом, всеобщая форма стоимости может быть представлена следующей формулой: Y товара В, или V товара С, или W товара D, или N товара Е, или Z товара К и т. д. = Х товара А.

Заметим, возникновение всеобщей формы стоимости означает качественный скачок в развитии товарных отношений. Если при развернутой форме стоимости одному товару, находящемуся в относительной форме стоимости, противостоит множество товаров-эквивалентов, то при всеобщей форме стоимости, наоборот, множеству товаров, находящихся в относительной форме стоимости, противостоит один товар, выполняющий роль всеобщего эквивалента. Однако эта роль не сразу закрепилась за одним товаром. Первоначально ее выполняли различные товары, которые стихийно выделялись из всего товарного мира. Они играли главную роль в данный период на местных рынках. Такими товарами были у одних народов скот, у других – хлеб, у третьих – меха и т. д. Но с течением времени все товаровладельцы стали выражать стоимости своих товаров в каком-либо одном товаре, который в силу этого превратился во всеобщий эквивалент. Тем самым на смену непосредственному обмену одного товара на другой приходит товарное обращение, т. е. обмен стал осуществляться опосредованно, при помощи третьего товара – особого товара, служащего всеобщим эквивалентом. Теперь все товаровладельцы стали обменивать свои товары на этот товар, а затем последний – на нужные им товары.

Как мы видели, К. Маркс избрал в качестве всеобщего эквивалента холст, который в действительности вряд ли когда-нибудь выполнял эту функцию. Но необходимо, однако, иметь в виду, что при исследовании формы стоимости (как, впрочем, и других экономических явлений) К. Маркс использовал не эмпирический метод, ориентированный на непосредственное отображение внешних сторон объекта, на восприятие последнего с точки зрения «здравого смысла», а метод диалектический, задача которого состоит в отображении сущности этого объекта и форм ее проявления.[631] Это позволило К. Марксу раскрыть логику развития формы стоимости, показать чудодейственную силу холста, как только тот стал выполнять необычную для его естественной природы функцию всеобщего эквивалента.

Переходя к анализу всеобщей формы стоимости, К. Маркс выделял три важнейших момента. Во-первых, изменчивый характер самой формы стоимости. Ибо «теперь товары выражают свои стоимости: 1) просто, так как они выражают их в одном-единственном товаре, и 2) единообразно, так как они выражают их в одном и том же товаре. Форма их стоимости проста и обща им всем, следовательно, всеобща».[632]

Между тем формы I и II (простая и развернутая) достигают лишь того пункта, при котором стоимость данного товара выражается как нечто отличное от его собственной потребительной стоимости, или его товарного тела.

Так, первая форма дает следующие уравнения: 1 сюртук = 20 аршинам холста, 10 ф. чаю = ½ тонны железа и т. д. Стоимость сюртука выражается здесь как нечто равное холсту, а стоимость чая – как нечто равное железу и т. д. Но по своей натуральной форме «эти нечто, равные холсту и железу, эти выражения стоимости сюртука и чая столь же различны между собой, как и сами холст и железо. На практике эта форма встречается, очевидно, лишь при первых зачатках обмена, когда продукты труда превращаются в товары лишь посредством единичных и случайных актов обмена».[633]

Вторая форма, в сравнении с первой, с одной стороны, более полно отличает стоимость данного товара от его собственной потребительной стоимости, так как стоимость, например, сюртука противостоит здесь его натуральной форме во всех возможных видах, как нечто равное любому другому товару: холсту, железу, чаю и т. д.; иначе говоря, стоимость этого товара есть нечто равное всему, чему угодно, но только не самому сюртуку. С другой стороны, здесь прямо исключается всякое общее выражение стоимости товаров, так как каждый отдельный товар выражает свою стоимость во всех других товарах, которые выступают лишь в качестве эквивалентов; последние отличаются друг от друга только по своей натуральной форме. «Развернутая форма стоимости впервые встречается фактически тогда, когда один какой-нибудь продукт труда, например, скот, уже не в виде исключения, а обычно обменивается на многие другие товары».[634]

Напротив, третья форма выражает стоимость всех товаров исключительно в каком-либо одном товаре, например, в холсте. Он представляет, таким образом, стоимость этих товаров через их равенство с ним. «Как нечто равное холсту, стоимость каждого товара отличается теперь не только от своей собственной потребительной стоимости, но и от всякой потребительной стоимости, и тем самым выражает собой то, что имеется общего у данного товара со всеми другими. Следовательно, только эта форма действительно устанавливает отношения между товарами как стоимостями, или заставляет их выступать по отношению друг к другу в качестве меновых стоимостей».[635]

В этом заключается существенное различие между третьей формой и обеими прежними формами. В самом деле, при первой форме стоимость каждого товара выражается в одном неоднородном с ним товаре, а при второй форме – в бесконечном ряде многих отличных от него товаров. Но и в том и в другом случае добыть себе форму стоимости является, в конечном счете, частным делом каждого отдельного товара. Он стремится получить ее самостоятельно, независимо от остальных товаров. Последние играют по отношению к нему лишь пассивную роль определенного эквивалента. «Напротив, всеобщая форма стоимости возникает лишь как общее дело всего товарного мира».[636] Выделившийся из этого мира отдельный товар служит здесь всеобщим эквивалентом, посредством которого устанавливается равенство всех товаров, выражающих в нем свою стоимость.[637]

В форме своего равенства товару-эквиваленту (холсту) все товары становятся теперь не только качественно равными, но в то же время количественно сравнимыми величинами стоимости. Поскольку они выражают величины своих стоимостей в одном и том же товаре – в холсте, то эти величины стоимости взаимно отражаются одна в другой. Например, 10 ф. чаю, или 40 ф. кофе = 20 аршинам холста. Следовательно, 10 ф. чаю = 40 ф. кофе. Другими словами, в одном фунте кофе заключена только четвертая часть того количества субстанции стоимости (труда), которое содержится в одном фунте чаю.

Отсюда видно, что лишь всеобщая форма стоимости придает отдельному товару (холсту), выделившемуся из товарного мира, характер всеобщего эквивалента. В силу этого его собственная натуральная форма становится всеобщим образом (зеркалом) стоимости для всех товаров, холст приобретает способность непосредственно обмениваться на них. Кроме того, натуральная форма холста играет здесь роль видимого воплощения, всеобщей общественной оболочки всякого человеческого труда. Ткачество есть частный труд, производящий холст, который находится во всеобщей общественной форме, т. е. в форме равенства со всеми другими видами труда. Поэтому всеобщая форма стоимости, состоящая из бесчисленных уравнений, приравнивает труд, воплощенный в холсте, поочередно ко всем видам труда, содержащимся в каждом другом товаре, и тем самым делает ткачество всеобщей формой проявления труда вообще, т. е. абстрактного труда. «Таким образом, труд, овеществленный в товарной стоимости, получает не только отрицательное выражение как труд, от которого отвлечены все конкретные формы и полезные свойства действительных видов труда, но отчетливо выступает и его собственная положительная природа. Последняя состоит в том, что все действительные виды труда сведены к общему для них характеру человеческого труда, к затрате человеческой рабочей силы.

Всеобщая форма стоимости, которая представляет продукты труда просто в виде сгустков лишенного различий человеческого труда, самим своим построением доказывает, что она есть общественное выражение товарного мира. Она раскрывает, таким образом, что в пределах этого мира всеобще человеческий характер труда образует его специфический общественный характер».[638]

Во-вторых, отношение между развитием относительной формы стоимости и эквивалентной формы. Ранее было установлено, что и относительная, и эквивалентная формы стоимости есть формы, вытекающие из различных функций товаров, находящихся в стоимостном отношении друг к другу. Относительная форма стоимости – активный, а эквивалентная форма – пассивный полюсы этого отношения. Указывая на взаимосвязь между ними, К. Маркс писал: «Степени развития относительной формы стоимости соответствует степень развития эквивалентной формы. Однако – и это важно отметить – развитие эквивалентной формы есть лишь выражение и результат развития относительной формы стоимости».[639]

Простая, или единичная, форма относительной стоимости товара делает другой товар единичным эквивалентом. Полная, или развернутая, форма относительной стоимости, характеризующая это выражение стоимости товара во всех других товарах, придает последним форму разнообразных особенных эквивалентов. Наконец, всеобщая форма относительной стоимости, фиксирующая выражение стоимости всех товаров в одном особом товаре, превращает его во всеобщий эквивалент.

Таким образом, «в той самой степени, в какой развивается форма стоимости вообще, развивается и противоположность между двумя ее полюсами – относительной формой стоимости и эквивалентной формой».[640]

Так, уравнение первой формы – 20 аршин холста = 1 сюртуку уже содержит эту противоположность, но вместе с тем не фиксирует ее. Дело в том, что каждый из этих двух товарных полюсов, холст и сюртук, может находиться попеременно и в относительной форме стоимости, и в эквивалентной форме. Поэтому «здесь довольно трудно установить полярную противоположность»[641] между ними.

Во второй форме, в отличие от первой, один какой-нибудь товар выражает свою стоимость в бесчисленном количестве товаров-эквивалентов, а потому он всякий раз может вполне определенно развернуть свою относительную стоимость, или он обладает развернутой относительной формой стоимости лишь потому, что все другие товары противостоят ему в эквивалентной форме. В силу этого «здесь уже нельзя переставить обе части стоимостного уравнения, например, 20 аршин холста = 1 сюртуку, или = 10 ф. чаю, или = 1 квартеру пшеницы и т. д., не изменяя его общего характера, не превращая его из полной во всеобщую форму стоимости».[642]

[628] Там же. С. 74.

[629] Там же.

[630] Там же.

[631] «Следует иметь в виду, что к пониманию и интерпретации этого раздела, как, впрочем, и всего “Капитала” в целом, нельзя подходить эмпирически или просто с точки зрения “здравого смысла”. Постижение формы стоимости предполагает преодоление ограниченности узкоэмпирического подхода, согласно которому истинно лишь то, что отражает непосредственно наблюдаемые факты, то, что можно видеть или чувственно воспринимать каким-либо иным способом. С этой точки зрения марксов анализ формы стоимости не может быть правильно понят. Истинное его постижение возможно лишь на основе диалектического образа мышления» / Очерки по истории «Капитала» К. Маркса. М., 1983. С. 251.

[632] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 75.

[633] Там же.

[634] Там же.

[635] Там же. С. 76.

[636] Там же.

[637] «Данный товар приобретает всеобщее выражение стоимости лишь потому, что одновременно с ним все другие товары выражают свою стоимость в одном и том же эквиваленте, и каждый вновь появляющийся товар должен подражать этому. Вместе с тем обнаруживается, что так как стоимостная предметность товаров представляет собой просто общественное бытие этих вещей, то и выражена она может быть лишь через их всестороннее общественное отношение, что их стоимостная форма должна быть поэтому общественно значимой формой» / Там же.

[638] Там же. С. 77.

[639] Там же.

[640] Там же.

[641] Там же. С. 78.

[642] Там же.