— О чем вы, Вишнар?
Калина с интересом наблюдала как капитан, склонившись к спутнице, что-то ей шептал на ухо с легкой тенью улыбки. Странно было только то, что дама ему не отвечала, почти все время смотрела на сцену и лишь внимательно слушала. Наверное, она не любит своего капитана…
— Веселенький он у нас, верно?
— Милая Калина, я хочу, чтобы вы знали, я могу вам помочь. В силах повлиять на ситуацию.
— Только за тех, кто мешает мне быть с вами наедине, Ягодка, — подмигнул Вишнар, и дверь за их спинами отворилась, пропуская в ложу Амира. Четверо охранников на посту у входа расступились.
— Нет. Мне просто интересно.
— Вам.
— У вас во дворце есть свой оперный театр? — изумилась журналистка.
Калина улыбнулась, но странная дама не покинула ее мыслей. Но дело было даже не в ней. Все оставшиеся в холле бессмертные были мужчинами, женщины за миг растаяли как дым. Настолько не любят общества чужаков?.. Или это вампиры так их стерегут от людей? Тогда зачем им нужен мир?
— Хочу увидеть ваш парк, мечтаю рассмотреть виноградники, но больше просто не в силах стоять на ногах, — как можно более мягко отказалась она.
— Имя ему подбирали недавно?
Но юноша не ответил, лишь забавно поморщился. И они двинулись дальше…
— И вам.
— Вы за всех так переживаете, государь? — пошутила гостья.
До этого вечера Калина никогда не была в опере. И не предполагала, что это так интересно. В мире людей, это развлечение давно вышло из моды. Опера все еще жила, но была лишь отголоском прошлого. Отголоском, который ценили мало… В этом же зале наслаждались все.
— У меня нет, но у этой дамы, да, — провожая взглядом изящную фигуру, протянула журналистка.
— Я…
— Ваш начальник безопасности тоже пришел в театр. Я думала, он круглосуточно занят на своем сверхответственном посту. А он в оперу ходит, — не без иронии заметила женщина.
— Очень приятно. Почту за честь быть вашей гостьей, с позволения государя, — кивнула Калина, и еще раз взглянула на молодого бессмертного. Аримас вновь улыбнулся. Лицо аристократическое, с тонким профилем, выбрито до синевы, осанка прямая, чувствуется военная выправка, но кроме всего княжеская кровь о себе говорит — бессмертный держится с редким достоинством. По царски. Очень высокий, стройный, слегка худощавый. Ни на миг не пытается отвести от новой знакомой глаз. Фиксирует ее янтарными в обрамлении удивительно густых и черных как смоль ресниц. Не то что бы редкий красавец, но лицо неописуемо обаятельное, цепляет глаза. И на левой щеке, когда мужчина улыбается, появляется милая ямочка…
Они немного побыли в гримерной. Все это время преимущественно говорил мужчина. Представил одну даму другой, восхитился пением, затем высказал надежду услышать какое-то незнакомое Калине произведение в исполнении дивы и все. После этого гостья и государь раскланялись и покинули закулисье оперы.
— Как вам опера? Как вам дива? — между тем расспрашивал князь.
— Шесть часов сна? Не мало?.. Постой, ты снова наказан преемником?
— Ягодка, почему вы так молчаливы сегодня? — шепотком обратился к ней Вишнар, вырывая из власти неприятных мыслей. — Вы печальны. Я бы хотел знать, кто или может быть «что» вас так огорчило? Возможно, я могу как-то изменить ситуацию?
— А что означает его полное имя?
— Это с Танумом? Тем, кто порывался укусить меня за хлебный мякиш?
— Мама ведь назвала. Кому меня лучше знать?!
— Благодарю вас, — поспешно произнес седой бессмертный, кавалер безучастной дамы, и склонился, выхватив перчатку из руки журналистки.
Калина согласно кивала, изучая не столько диву на сцене сколько зал. Обзор был восхитительный, все как на ладони. Вишнар поглощен пением, и она позволила себе отвлечься от зрелища, пока государь не смотрел в ее сторону.
Калина не скрывая интереса рассматривала вампиров. Впрочем, они занимались тем же. И тоже не скрывали интереса. Правда, изучением гостей занималась мужская часть зала, женщины вели себя крайне сдержано. Калина видела очень много янтарных глаз направленных на нее. И слегка растерялась в первый момент, когда оказалась в ложе государя. Такой интерес проявили мужчины. Женщины оказались удивительно тактичными. Ни одна не взглянула в сторону людей. Не исключено, что это была особенность их воспитания, но так же возможно, что бессмертные дамы попросту бойкотируют чужаков.
— Их сразу после представления должны были провести к себе. Вы хотели бы кого-то из них видеть, Ягодка?