— Все пишите ваши разгромные статьи о нас, Калина?
— Нет, или ты самая… — он усмехается и выдавливает из себя практически комплимент: — Аппетитная старушка в мире.
— Вы нарушаете мое личное пространство, — довольно прохладно сообщает она.
Государь поворачивается к камере и делает туда небольшой кивок.
— Это первое правило, которому меня научили наши политики. Дружи. Так проще получить информацию.
И женщина покорно шагает назад и закрывает за собой двери. Устало опирается на них спиной и смотрит на стоящего перед ней хмурого мужчину.
— Сама? — Вишнар недвусмысленно вскинул бровь, и озорные искорки заплясали у него в глазах.
— Вы ждали правителя бессмертных — вампира с острыми зубами, — понимает Калина.
— Вампиры активно борются с малокровием среди людей, чем не заголовок для газет? — тихо смеется Калина. — Повысите свой рейтинг, Вишнар. Хотя он и так не низок.
— Это не игра, — тихо сказала она. — Я не буду врать, что он никогда не был мне симпатичен. У него редкое обаяние. Но это ничего не значит. Мы с ним по разную сторону баррикад. И всегда там будем.
Журналистка замерла и медленно повернулась к государю лицом.
— Да, кусок красивый, но ни о чем. Как бы ознакомительный. Такой который одобрят. Ровно на то время что нам необходимо на вставки. А потом мы его вырежем. Закончить фильм предлагаю так — заботливый овцевод чешет ласково гриву милой белой овечке, с умилением и теплотой, а затем на последнем кадре отправляет за двери с надписью «Бойня».
— Нашему телеканалу прислали приглашение. Вопрос обговаривался не один месяц. Вампиры хотят, чтобы мы сняли фильм про них.
— Цветочек это мило, — улыбнулась журналистка.
— Хорошо.
— Вы побледнели, — настаивает капитан к очевидному огорчению своей дамы.
— У меня твердое правило. Если я не переспала на первом свидании с мужчиной который меня чуть не задушил, то обычно, это происходит не раньше, чем он убедит меня, что все-таки достоин второго свидания.
— Обращайтесь, если будут вопросы… Про нас снимут кино и потом покажут его людям! — тут же весело сообщает государь своим гостям. — Так что ведите себя не так как всегда, а прилично. Глупо не шутите и не напейтесь как всегда. Это я говорю про вас, Давир.
— Я буду вам очень благодарна. У меня невыносимо прожорливый кот, Рамзес второй. Надеюсь, в остатках будет мясо. Он его особенно любит. А для меня оно теперь дорого.
— Они далеко не глупы.
— А зачем обычно женятся?
— Женщина, всего лишь женщина, — шепчет Вишнар и тянет ее за шею на себя, поцеловать.
Серпов выполнил обещание, но Проскурина не успела по-настоящему обрадоваться. Работу дали, но мало и совсем не ту, на которую рассчитывала. Бывшей журналистке пришлось начать с того, с чего обычно начинают стажеры. Но это ее не испугало. Калина так активно взялась за дело, помогая коллегам во всем, что проводила на новом месте вдове больше времени, чем было оговорено. Официально она была взята на четверть ставки, на рабочем месте ей полагалось бывать трижды в неделю, и работать неполный день. Она же проводила там четыре дня, с утра до самой поздней ночи. Это подкупало новых коллег и вызывало симпатию Серпова. Калина трудилась бы на телеканале и семь дней в неделю, но остальное время вынуждена была работать над своими разгромными статьями, а так же — официанткой в баре Данила. Необходимость пищи и денег никто не отменял. На телеканале ей платили копейки.
— Безусловно, — пожал плечами Вишнар. — Уже хотя бы потому, что вам нечего нам предложить.
— Разве? А мне кажется, я вижу тут как минимум пятерых мужчин. Если речь о гостях…
— Нет. Волков бояться, в лес не ходить.
— Подозревает тебя в пристрастном отношении? Давил? Пугал?
— Нет?
— Кроме разве что?.. — Серпов развел руками, указывая на сидящих за столом дам.
Комментарий Проскуриной был проигнорирован.