Хозяева плоской Земли. Путеводная симфония: читать начало книги онлайн

Раздражённый, я не сразу сообразил, что в Таиланде охранники если и есть, то исключительно для того, чтобы не выпускать не расплатившихся втридорога гостей наружу, но чтобы не пускать внутрь – это нонсенс. А тут меня хотели тормознуть именно при входе. Либо это какой-то неправильный Таиланд, либо…

Я находился в комнате, пахнущей ладаном, розами и старой утварью. Лишённая окон, она была освящена мерцающими огоньками свечей, расставленных в два ряда вдоль стен и особенно обильно – перед неким подобием алтаря с завораживающе разноцветным кругом мандалы64 и грустным бюстиком Девы Марии, сложившей в смиреной молитве худые руки. На какое-то мгновение мне показалось, что я перенёсся обратно в Бразилию и оказался в помещении, где вот-вот будут совершать ритуалы Вуду.

Комната была пуста. Когда глаза привыкли к полумраку и свечам, я заметил на дальней стене колышущиеся нити бусин до самого пола. Там, вероятно, и скрылась Татьяна. Больше спрятаться было некуда.

Не успел я протянуть руку, чтобы расчистить себе проход дальше, как мне навстречу вышел странный тип. Пониже меня ростом, с залысиной, в очках, в сандалиях на босу ногу, в шортах, тёмная рубашка навыпуск, но при этом легко узнаваемая колоратка65 католического священника. Озабоченно посмотрев на то место, где должен был находиться охранник и, оценив своё положение, он поднял взгляд на меня, улыбнулся и пожал мою уже не так решительно протянутую руку. Рукопожатие вышло странным, одними пальцами. Мне оставалось только по привычке подыграть, так что в итоге он не сразу высвободил кисть, несколько раз осторожно потряс её, улыбнулся ещё шире и сказал на беглом английском, но с ужасным итальянским акцентом:

– Я вас ждал, брат мой. Проходите. Мы ещё не начали.

Я замялся, пытаясь осознать услышанное. Меня явно приняли за кого-то другого, вот только плохо это или хорошо, непонятно. Чтобы замять заминку и не дать ему передумать, я ответил по-итальянски:

– Прошу меня простить, падре.

– О, – восхитился он, уже забыв про охранника, который мог ведь просто отлучиться. – Меня не предупредили, что вы знаете язык наших святых отцов.

Я подумал, что вообще-то святые отцы должны были говорить на латыни, однако спорить не стал. Да и кто знает, кого именно он подразумевал?

Чудаковатый священник отступил в сторону и отодвинул передо мной бусины, приглашая войти. Было бы странно, если бы я теперь отказался. Узенький коридорчик, молочная палка галогенной лампы в дальнем конце, крашеные стены и – отсутствие запахов. Здесь это было непривычно и приятно. Несколько обшарпанных дверей, мимо которых мы прошли, стояли под амбарными замками. Мой провожатый шёл впереди, что должно было означать полное ко мне доверие: если хотят себя обезопасить, обычно вежливо пропускают вперёд. Сейчас, когда я это всё вспоминаю, мне становится удивительно, каким я был отчаянным дураком, наивно полагавшим, будто опасности боятся храбрецов.

Свет галогенной лампы остался далеко позади, и священник включил фонарик. За его прыгающим по стенам и полу лучом мы прошли ещё несколько поворотов, узкой лестницей поднялись на два пролёта, миновали несколько тоже пустых комнат с железными кроватями, спустились на пролёт вниз – я даже не мог предположить, что на Уокинг-стрит есть такие большие дома, – снова куда-то свернули, и когда я уже окончательно потерял ориентацию, привели в сумеречную залу, освещавшуюся через два примитивных витража под потолком. Поскольку снаружи была ночь, витражи либо подсвечивались специально, либо оказались рядом с уличными фонарями, что в моём случае никакого значения не имело. А имело значение то, что в сумраке залы я снова увидел Татьяну. Точнее, женщину, которая издалека была очень на неё похожа. Когда мы вошли, она приблизилась, и я понял, что обознался. Незнакомке было далеко не двадцать и даже не тридцать лет, но миниатюрный рост, спортивная фигура и чёрные волосы до пояса легко сбили меня с толка. Её английский был безупречным:

– Мы не называем имён, но вы ведь знаете, чьи интересы я тут представляю, не так ли? – начала она без разгона и не обращая внимания на священнослужителя, который смиренно замер чуть в стороне.

– Несомненно, – ответил я, не раздумывая. Это была игра, а я всегда считал себя игроком. Когда правила неизвестны, играть становится тем более интересно.

– Сегодня утром нам подтвердили счёт, и отправка готова. Сколько вам нужно времени, чтобы пройти таможенную очистку?

Это уже было ближе к моей компетенции. За время работы на транспортные фирмы я успел кое-что усвоить из реалий повседневной жизни погрузочно-разгрузочных служб и таможни. Поэтому импровизированный ответ не заставил себя долго ждать и прозвучал, на мой взгляд, вполне убедительно:

– Зависит от срочности и пункта пересечения границы.

– Срочность вам известна. Как обычно. В Японии утренний улов к обеду уже не продашь. А пункт, если я не ошибаюсь, всегда указывали ваши люди. Это я хотела поинтересоваться у вас, куда доставлять контейнеры.

Возникла короткая пауза. Я не поверил, что речь идёт о какой-то рыбе. По поводу рыбы в присутствии католического священника в шортах не встречаются. Про Японию она упомянула явно нарицательно. Меня смущали контейнеры. Рыбу, если она свежая, а тем более живая, возят в чанах и бочках, будь то машина или железнодорожные вагоны.

– Мы тоже не сидим, сложа руки, – вспомнил я одну из любимых фраз синьора Теста. – С последней поставки кое-что изменилось, и сегодня мы готовы исходить из удобства для поставщика.

Собеседница опустила взгляд на мою грудь, снова подняла и улыбнулась.

– Не сомневалась, что когда-нибудь вы это скажете. Мы тоже надеемся на развитие нашего сотрудничества и делаем всё, чтобы оно ширилось. Лаем Чебанг?

Она назвала второй по величине порт страны, куда мы с Доном Витторию ездили накануне и где нас встречали в одном из лучших гольф-клубов мирового уровня. Всего в каких-то двадцати с небольшим километрах к северу от Паттайи. Мир тесен.

– Отлично! Пусть будет Лаем Чебанг.

На мгновение вспыхнул свет, то ли в зале, то ли за витражами, и я успел заметить нечто вроде алтаря, над которым со стен нависали два флага, один желто-белый, который знаком каждому итальянцу, поскольку это флаг папства, другой – совсем детский, пиратский, чёрный, с черепом и костями, над которым были изображёны кинжал, красный крест и буквы I.N.R.I. Мелькнул красный крест и на полу. Комната для взрослых игр, понял я и заговорчески добавил, будто ничего не произошло:

– Вы передадите мне сведения сейчас или…

– Маркировка обычная. Два контейнера. Сорокафутовые. Вот погрузочный ордер. – Она вручила мне тонкий запечатанный конверт. – Всё нужное потом сами допишите. Тут все копии. Контракт будет у экспедитора.

Я думал, что она ещё что-нибудь скажет, но женщина сама выжидательно замолчала. Неловкую тишину нарушил священник:

– Наш поклон капеллану66. Передайте на словах, что мы высоко ценим его заботу. Если обе стороны удовлетворены, я бы предложил на этом расстаться. – Они обменялись с женщиной кивками. – В том же порядке, если позволите.

Он учтиво повёл рукой в сторону, предлагая мне проследовать из залы обратно в лабиринт коридоров. Что я и сделал, искренне ожидая, когда мои собеседники прочухаются и всадят мне в спину отравленный кинжал. Ничего не произошло. Вот и первая комната с пыльной занавеской. Охранника по-прежнему не видно. Надо интеллигентно уходить. Никто мне не помешал. Священник даже руки не подал, просто поблагодарил за визит и ждал, пока я спущусь на улицу по красным ступенькам. Здесь охранника тоже не было. Не могло же ему стать настолько стыдно, что он побежал топиться в мутные воды Сиамского залива?

Наблюдая за происходящим вокруг меня как бы со стороны, я ни на мгновение не переставал усиленно рассуждать. То, что я ввязался в какую-то опасную афёру, было очевидно. Скорее всего, наркотики. Под патронажем церкви. Ну, я давно стал циником и перестал чему-либо подобному удивляться. Другое дело, почему я? Почему они ни с того ни с сего мне доверились? Они кого-то ждали, он опоздал, появился я, и они охотно обманулись. Ясно, что они не знали того, кто должен был прийти, лично. Как же они собирались его отличить? Рукопожатие? Оно был странным, да, пожалуй, похожим на условный знак. Неужели всё? Опять пресловутый человеческий фактор!

[64] Сакральное схематическое изображение мира божеств в буддизме и индуизме.

[65] Элемент облачения священнослужителей в западных Церквях, представляющий собой жёсткий белый воротничок с подшитой к нему манишкой или белую вставку в воротничок-стойку обычной однотонной рубашки.

[66] Священник, совмещающий сан с какой-либо дополнительной, как правило, светской должностью.