Ерофей возился у печи в кухне и наводил порядок в комнатах. Со своими обязанностями бородач справлялся отлично: дом сиял чистотой, а ужин, который он нам подал, оказался очень вкусным. По крайней мере, Суворин с Ариной Арсентьевной уплетали его за обе щеки. У меня же снова не было аппетита. Я с большим трудом впихнула в себя куриное яйцо и едва ковырнула свою порцию тушеных овощей.
Когда Ерофей поставил на стол самовар, тетушка подняла вопрос об организации похорон. Немного посовещавшись, мы решили устроить кремацию. Много веков подряд так хоронили всех членов нашей семьи. Исключением был только отец, которого после казни закопали в сырой земле.
Арина Арсентьевна пообещала провести ритуал уже на следующий вечер — тянуть с погребением никто из нас не видел смысла.
От таких разговоров за столом воцарилась тяжелая гнетущая атмосфера, и ее требовалось немного разрядить.
— Раз уж мы так удачно здесь собрались, объясните мне, как в Нави оказался этот замечательный человек? — попросила я, кивнув на Суворина.
— Его сюда переправила я, — ответила старушка.
— Это понятно. Хотелось бы подробностей.
Филипп и Арина переглянулись.
— Этот молодец явился ко мне ровно через четыре часа после тебя, — сказала колдунья. — Как ты и сказала.
— Через четыре? — удивился Суворин. — Надо же… Мне казалось, я добирался до вас целую вечность. Знаешь, Вира, когда я пришел домой и обнаружил твою записку, то натурально обалдел. А когда увидел коробку с деньгами, обалдел еще больше. В общем, я решил не ждать у моря погоды. Нашел парафиновую свечку, коробку спичек, взял перышко, которые ты мне подарила, и побежал за тобой.
— Подвеска сработала сразу?
— Нет. Я минут двадцать бродил по улицам, пытаясь сообразить, в какую сторону нужно идти. Оказалось, надо было надеть перо на шею, успокоиться и прислушаться к себе. Когда я это сделал, все сразу получилось.
— И куда ты пришел?
— К лесу, что стоит неподалеку от города. Ну, там и сугробы, скажу я вам! Где до колена, а где и выше. Пока я добрался до черты, у которой начинался туман, с меня сошло десять потов. Но
это оказались цветочки. Стоило пересечь черту, как вокруг такие страсти начались — ужас и кошмар.
— Ты свечу-то зажег?
— А как же! Как только до тумана добрался, сразу и зажег.
— Молодец. И что же ты увидел?
— Метель. Она налетела, как по волшебству, с ветром, с воем, со снегопадом. В первый момент я подумал: «Тут-то она меня и похоронит». Потом вспомнил, что это только защита от незваных гостей, и пошел вперед. Шел медленно, ветром меня сносило — будь здоров. А потом метель закончилась, раз — и все. Словно кто-то нажал на кнопку, и она выключилась. Смотрю, а я, оказывается, стою на поляне возле избушки на курных ножках.
— Он постучал, я и открыла, — продолжила Арина Арсентьевна. — Спрашиваю: «Ты Филипп? Суворин?» «Да, — отвечает, — это я. Пришел узнать, куда делась Виринея». Я его впустила. Мы маленько поговорили, а потом он отправился домой.
— В каком смысле, домой? — не поняла я. — К кому домой?
— К себе, конечно. Филя-то твой бестолковый к порталу прибежал, а брошку волшебную взять не догадался!
— Я про нее даже не вспомнил! — воскликнул Суворин. — Мне казалось, эта птичка — самое обычное украшение.
— Я про нее тоже забыла, — призналась я. — Мне и в голову не пришло, что она может пригодиться.
— Говорю же, бестолочи, — кивнула Арина Арсентьевна. — Что бы вы без меня делали! Благо, я догадалась расспросить Филю о вашем житье-бытье. Филя молодец, подробно обо всем рассказал, и я сразу сообразила, как тебе, Вира, помочь. Мне ведь Орьевич еще до твоего прихода шепнул, что тебя к первому министру поведут. Я тогда подумала: «Все, пропала девка». И вдруг такая удача! Один к одному — и брошка зачарованная, и помолвка.
— По факту никакой помолвки не было, — заметил Суворин. — Мы просто поговорили об этом и все.
— Это тебе кажется, что не было, — отмахнулась волшебница. — В вашем мире такие дела, небось, делаются по-другому. А у нас, милок, реальность магическая. В ней каждое произнесенное слово можно посчитать за заклинание. Ты Виру замуж позвал? Позвал. Она согласилась? Согласилась, причем, искренне. Магическим потокам большего и не надо. С навьей точки зрения, вы теперь жених и невеста. А коли так, ты имеешь полное право пересечь границу миров, чтобы позвать невесту обратно. Словом, Вира, отправила я твоего жениха за брошью. Он, умница, всего за несколько часов обернулся, одна нога здесь, другая — там. Я его скоренько через портал перевела, и с Милославом связалась. Так, мол, и так, молодец с Земли прибыл, извольте принять.
— Это когда было-то?
— Сегодня, незадолго до рассвета. Ух и лютовал он, ух, и сердился! Я ему тогда пригрозила, что доложу обо всем царевичу Аникею. В нашем Уставе четко прописано: о любом необычном случае немедленно сообщать государю. Делать нечего, пришлось Милославу собираться и дорогого гостя встречать. А чтобы он гостя по дороге случайно не придушил и в сугроб не бросил, я еще Мстислава Феодоровича позвала, главного мага по межмирным порталам. И грамотку составила о неприкосновенности прибывшего иномирянина.
— А что, такие грамотки существуют? Или вы ее придумали на ходу?