Он заснул сразу. Без снов.
Утром, уходя, он сказал Сычёву, что сделал с тетрадью. Не с его — со своей. Сычёв ничего не спросил. Кивнул. Как Бурмистров. Один раз.
Потом сказал:
— Правильно. Долги закрыты — записи не нужны.
Ковалёв посмотрел на него.
Он подумал, что Сычёв, наверное, прав. Как всегда. Как Шейкин. Как Бурмистров. Как все они, эти люди, которые были рядом с ним четыре года и ничего не знали — и всё понимали.
Он надел фуражку. Пожал старшине руку.
И пошёл по просёлку, под дождём, к реке.
Итог он подвёл в уме — коротко, как всегда. Последний раз.
Сжёг.
Спасибо за чтение!
Другие книги доступны в библиотеке moreknig.org.