— Именно это я хотел спросить у вас. Какие развлечения здесь доступны человеку, недавно вернувшемуся из Америки и ещё не успевшему испортить отношения со всем городом?
— Вы уже знакомы с папенькой.
— Поэтому и сказал «со всем».
Хлудов покачал головой.
Анфиса задумалась.
— Бывают вечера. Музыка. Карты. Танцы. Летом гуляют, ездят друг к другу, иногда устраивают домашние спектакли или чтения. Приезжие дают представления. В Дворянском собрании происходят балы.
— Что предпочитаете?
— Вряд ли вас заинтересуют те же развлечения, которые нравятся мне.
— Почему?
— Вы прожили пять лет в Америке. Пересекли океан. Наверное, видели леса, большие реки, индейцев, города, о которых здесь только читают. А я считаю хорошим вечером тот, после которого не жалею, что оставила книгу.
— Это значительно повышает требования к вечеру.
— Большинство их не выдерживает.
— Танцы?
— Иногда.
— Музыка?
— Если хорошо играют.
— Карты?
— Если больше нечем заняться.
— Прогулки?
— Если есть с кем разговаривать.
— Значит, дело не в развлечении.
— В людях.
Она сказала это без торжественности, как вещь давно установленную.
— Я люблю общение с умными людьми, Алексей Николаевич. Для этого не требуется бал, театр или особый случай. Иногда хороший разговор интереснее всего, что хозяева приготовили для гостей.
— В таком случае мы будем общаться часто.
Парамон Ильич перестал пить чай. Анфиса посмотрела на меня поверх чашки. Фраза ей явно понравилась. Но принимать её без проверки она не собиралась.
— Вы уже отнесли себя к умным людям?
— Я отнёс себя к людям, готовым часто с вами разговаривать. Окончательную оценку оставил вам. Опыт учит не обещать результат, который зависит от другого человека.
— А если моя оценка окажется неблагоприятной?
— Придётся приходить ещё несколько раз, чтобы собрать больше данных.