Схема, примененная мною, называлась методом Кнутовского-Пряникова и числилась в педагогике со времен постройки египетских пирамид. С пряниками, правда, тогда была напряженка, но ведь справлялись же как-то.
Я использовал подход совершенно осознанно: сперва показал, что скучный урок — прямое следствие их собственных джинсов, затем обозначил цену игры и подкрепил санкциями с конвенцией ООН. Исполнением я остался доволен. Особенно конвенцией. Она придавала угрозе международный вес.
[+1 к Адаптации. Управление мотивацией группы.]
— Замечу, без единого свистка.
[ Зафиксировано. Свисток оскорблен и требует объяснений.]
Я отдал бумажный журнал старосте, выключил компьютер и запер дверь в тренерскую. Рабочий день по расписанию закончился, однако по факту вовсю продолжался. В двух кварталах отсюда меня ждал дом, где второй день не брали трубку.
По дороге к выходу я прикинул порядок действий. Звонок в дверь, представиться, спросить про самочувствие, оценить обстановку. На словах выходило просто, но простота эта мне не нравилась. По опыту, ровно в таких местах планы терпели крах и начиналась чистая импровизация.
На крыльце школы обнаружилось столпотворение.
Седьмой «Б» в полном составе, с рюкзаками и пакетами из музейного магазина, оккупировал ступени и прилегающую территорию. Между детьми ловко лавировала Алена. Географичка пересчитывала головы, отвечала на два вопроса одновременно и передавала школьников подходящим родителям, как посылки под роспись.
Меня она заметила от перил.
— О, Ром! — голос у нее был еще по-экскурсионному звонкий. — Ну как вы тут без нас? Школа стоит?
— Пока держится. Даже обзавелась колонками.
— Чем?
— Долгая история. Как музей?
— Чудесно! Устала как собака, но все в порядке. Двоих чуть не потеряла в зале с рыцарями, одного нашла в сувенирной лавке, второго… — она передала очередного ребенка маме с коляской. — Ой, все, не хочу об этом. Слушай, а пойдем пройдемся? Погода смотри какая! Я целый день в автобусе и залах, хочется просто… подышать.
— Не могу. — отрезал я. — Дела.
— А. — девушка как-то сдулась. — Ну да. Дела…
Ее голос опустился до обычной разговорной громкости, и Алена развернулась к оставшимся детям чуть раньше, чем закончила фразу.
Оживление — вероятность 29%.
Двадцать девять. Без стартовой точки число мало что значило, но как будто еще минуту назад там было далеко за семьдесят.
Я стоял и смотрел, как она вручает предпоследнего семиклассника бабушке в берете. Дела у меня действительно имелись. Формулировка «не могу» полностью соответствовала действительности. Я произносил ее уже третий раз за три дня, и ничуть не кривил душой.
Все время занят. Психо свидетель. Статистика, безупречная со всех сторон, кроме одной. Какой именно, я сформулировать не мог.
Психо молчал. Подсказок по этой части у него не водилось. Или он тоже жадничал.
Последний ребенок отбыл с высоким мужчиной на седане лилового цвета.
— Пойдем со мной. — предложил я географичке. — Если хочешь.
Алена обернулась.
— Куда?
— К ученику домой.
— Зачем?
— Расскажу по дороге.